Еще на первом месяце своей профессиональной карьеры, которая сделала Марию Шарапову самой богатой в мире спортсменкой, репортер программы Real Sports из кабельной сети HBO во время визита в Теннисную академию Флориды спросил ее, чего она хочет больше: победить на Уимблдоне или заработать 20 миллионов долларов.

«Я бы выбрала победу на Уимблдоне, — ответила 13-летняя теннисистка. — Потому что миллионы придут потом».

Этой уверенности в себе, железной целеустремленности и едва ли не сверхъестественного хладнокровия, которые легли в основу такого смелого ответа, характерного для прославленной, одной из самых богатых и популярных в мире спортсменок, совершенно не было видно в понедельник на пресс-конференции в Лос-Анджелесе, где прозвучала шокирующая новость о положительной пробе на допинг, которая грозит поставить под сомнение все достижения Шараповой.

Информация от агента Шараповой, пообещавшего «важное объявление», сразу вызвала предположения о том, что суперзвезда российского происхождения намерена заявить о прекращении своей 15-летней карьеры, в которой было пять наград Большого шлема (больше, чем у любой действующей спортсменки, за исключением сестер Уильямс), а также сотни миллионов призовых денег и сделки с известнейшими брендами, включая Porsche, Evian, Avon и Tiffany. Она стала одной из 10 женщин, выигравших на всех четырех основных теннисных турнирах, и, находясь на седьмом месте в мировом рейтинге, как будто плавно подходила к финалу своей спортивной карьеры. И тут она вышла на сцену.

Эта новость сама по себе стала гораздо большим сюрпризом, чем реакция на провал с допинг-тестом со стороны Шараповой. А отреагировала она молниеносно и очень профессионально. Выступив в понедельник с заявлением и ответив на вопросы прессы, Шарапова опередила всех и взяла новость под свой контроль, не ожидая пассивно, когда информация просочится в СМИ. Пока заявление дает свой результат. В теннисном мире к этой новости и к самой Шараповой отнеслись с сочувствием, за исключением Дженнифер Каприати, которая в своих первых за два месяца твитах выступила с беспощадным осуждением. Реакция со стороны публики, которая буквально растерзала велогонщика Лэнса Армстронга и легкоатлетку Марион Джонс, оказалась странно благожелательной.

Благодаря изощренным стараниям менеджмента команды во всей этой истории упор сделан на халатность (Шарапова получила в декабре электронное сообщение со ссылкой на обновленный перечень запрещенных препаратов на 2016 год, но ее агенты, менеджеры и личные тренеры не удосужились прочитать его), однако принять такую версию довольно трудно. Ситуацию усугубляет и то, что в прошлом месяце на допинге попадались и другие спортсменки, в том числе, Екатерина Боброва и бегунья на средние дистанции Абеба Арегави. Более того, российская антидопинговая федерация еще в сентябре предупредила всех российских атлетов о новом перечне.

Но в этой истории есть и этические вопросы, которые не столь однозначны. Если ты принимаешь медицинский препарат или добавку, которые не находятся под строгим запретом, и благодаря им ты лучше чувствуешь себя на корте и в общем, то неужели это неправильно? Шарапова призналась в понедельник, что впервые приняла этот препарат десять лет назад, а под запретом он оказался после того, как Всемирное антидопинговое агентство пришло к выводу, что он серьезно улучшает физические показатели. Такая разница во времени вызывает вопросы о том, по каким медицинским причинам спортсменка принимала его так долго.

Именно этот вопрос возникает у публики, когда ее спрашивают, следует ли поставить под сомнение достижения и репутацию Шараповой.

Невозможно не задать вопрос о том, какой была бы реакция, окажись на месте Шараповой Серена Уильямс. Две теннисистки связаны неразрывными узами упорного спортивного соперничества, в ходе которого ракетка номер один одержала победы в 18 последних играх за 11 с лишним лет. Это поразительная история, в которой было семь встреч на турнирах Большого шлема и три в важных финальных поединках. Не нужно быть гением, чтобы понять, что ответ на данный вопрос носит расовый подтекст.


Благодаря умному поведению перед СМИ и мгновенной реакции Шараповой репутация спортсменки после прозвучавшего в понедельник заявления конечно же пострадает, но не будет полностью разрушена. Компания Nike, которая недавно предложила новый контракт Джастину Гэтлину, дважды попадавшемуся на допинге, приостановила связи с Шараповой, но наверняка возобновит их, когда теннисистка вернется на корт. Армия фанатов спортсменки настолько ей предана, что после прозвучавшей в понедельник сенсации из нее вряд ли кто-то дезертирует.

Тем не менее, 28-летней теннисистке, которую в последние годы преследуют травмы, грозит отстранение от соревнований на длительный срок. Четыре года, если обнаружится, что она принимала мельдоний специально для улучшения показателей, и два года, если она делала это непреднамеренно. Но в любом случае спортсменку ожидает переломный момент в судьбе. Либо она полностью исчезнет со спортивной сцены, либо возьмет на себя смелость все преодолеть. Но что касается такого очень важного вопроса как отношение к Шараповой, то спортсменка в понедельник показала, что у нее еще есть порох в пороховницах.