Соединенные Штаты во главе с лауреатом Нобелевской премии мира Бараком Обамой ведут виртуальную войну против России и упорно готовят настоящую войну, которая развернется на украинской территории. Неважно, что со стратегической точки зрения эта военная авантюра обречена на провал. Цель состоит не в том, чтобы взять под контроль украинскую территорию и «сохранить ее для демократии», но в том, чтобы исчерпать силы российской власти, действуя удушающими экономическими и военными мерами и вовлекая Россию в изматывающую войну на территории чужой страны. Ведь даже самые безумные неоконсерваторы, обосновавшиеся в Пентагоне, Госдепартаменте и Совете национальной безопасности, не решатся напрямую предложить атаковать Россию, учитывая ее статус ядерной державы первого ранга.

Главная стратегия США заключается в том, чтобы силой утвердить свое мировое господство. Им нестерпимо существование бесполярного или многополярного мира ввиду такого ядерного конкурента, как Россия, и новой экономической державы в лице Китая, который в среднесрочной перспективе представляет собой в том числе и военную угрозу. Неоконсерваторам необходимо действовать сейчас, прежде чем конкурирующие силы пустят более глубокие корни. Украина послужила для этого отличным поводом. После свержения законного правительства и замены его кучкой бандитов следующим шагом станет включение Украины в НАТО, что в отношении России выглядит явной провокацией. Только сохраняя хладнокровие, Путин сможет обойти еще одну проблему на задворках России.

Довольно легко начинать большую войну на чужих территориях, особенно под воздействием иллюзии о неравенстве сил по отношению к противнику и даже когда нет уверенности в возможных последствиях. Но как только устанавливается послевоенный хаос, значительного военного превосходства оказывается недостаточно, чтобы эти последствия контролировать. Соединенные Штаты известны как опытные зачинщики незавершенных войн: так было в Корее, Вьетнаме, Ираке, Афганистане; недавний пример — раздутые революции в Северной Африке, которые привели к драматическому кровопролитию и обстановке перманентной нестабильности в Ливии и Египте. Однако когда дело доходит до заключения мира, Соединенные Штаты умывают руки. Причиненный ими ущерб приходится устранять другим, как это было в Гаити и Ираке.

Нетрудно понять стратегию так называемых неоконсерваторов, которые только что выдвинули на пост главы министерства обороны одного из своих представителей. Они намереваются воспользоваться теми же методами, что помогли обессилить бывший Советский Союз. В условиях виртуального ядерного паритета Соединенных Штатов и России, последнюю можно было бы заставить капитулировать в военном конфликте не на российской территории, который в то же время нес бы в себе угрозу ядерной войны, опять-таки на территории чужой страны. Лучшего варианта, чем Украина, и не придумаешь.

Цель неоконсерваторов состоит в попытках вновь применить ту стратегию, которая, хотя и сработала при ликвидации Советского Союза, но не уничтожила его сердцевину — российское государство. Социалистическое государство развалилось, тогда как русская нация, вся покрытая ранами, выстояла. Путин занялся планомерным восстановлением страны, отведя ей роль ядерной преграды, которая сдерживала бы безграничную власть Вашингтона. Так, намерения США атаковать сирийское правительство столкнулись с российским и китайским вето. Это явным образом продемонстрировало практическую невозможность осуществления власти гегемоном в общий ядерный век. Превратившись в марионетку в руках неоконсерваторов, Обама решил «задушить» Россию экономическими эмбарго.

Чтобы проследить существующие параллели, вспомним основные события, приведшие к гибели Советского Союза. В середине 70-х годов в Вашингтоне с подачи тогдашнего директора ЦРУ Джорджа Буша-старшего (George H. W. Bush) была возобновлена деятельность неправительственной организации под названием Comitee on the present danger, или «Комитета по существующей опасности» (CPD). Свою главную уставную цель Комитет видел в том, чтобы «привести Советский Союз к капитуляции, если это необходимо, военным путем». Членами Комитета являлись 60 известных личностей американского консервативного круга, включая и будущего президента Рональда Рейгана (Ronald Reagan), вступившего в него незадолго до своего избрания в 1979 году. Будучи на посту президента, он назначил на ведущие позиции в министерстве обороны, Государственном департаменте и Совете национальной безопасности 33 члена Комитета.

В 1985 году, когда я освещал встречу Большой Семерки в Германии, там присутствовал и глава Совета национальной безопасности США Ричард Перл (Richard Perle), член CPD, который читал доклад о концепции, лежавшей в основе программы ядерного щита, известной как «звездные войны», которая отстаивала принцип «безопасной ядерной войны». Я поинтересовался у немцев, что они думают по этому поводу, поскольку «безопасная» ядерная война в контексте «звездных войн» подразумевала ядерную защиту территории США, но не Европы. Немцы, с которыми я беседовал, пребывали в недоумении. Думаю, что они находились в том же состоянии, когда форсированным маршем война прошлась по территории Украины, в результате чего они оказались лицом к лицу с российскими вооруженными силами на их собственной территории.

Важно отметить, что это была не просто риторика. В политике Рейгана на рубеже первого и второго президентского срока наметились важные изменения, касающиеся компьютерных программ, которые ставили в положение боевой готовности три стратегические системы американских ядерных сил: сухопутную, морскую и воздушную. Благодаря утечке информации, в прессе была обнародована информация о фундаментальных изменениях в SIOP (Едином интегрированном оперативном плане), электронном оборудовании, с помощью которого ядерная война против Советского Союза могла быть начата с территории Европы.

Основное изменение в SIOP, согласно фрагментам секретных президентских директив, собранных и восстановленных канадским ученым Ф. Кнельманом (в книге «Рейган, Бог и бомба»), состояло в том, чтобы после первого экстренного сигнала задержать на восемь минут начало полномасштабной ядерной атаки на СССР. Это было не только теоретическим посылом. Ввиду того что гипотетической советской баллистической ракете необходимо было 36 минут, чтобы оказаться на североамериканской территории (речь идет о ракетах, запущенных с земли, тогда как атомный подводный флот не упоминается), программа «звездных войн» оправдывает себя только в том случае, если существует действительная возможность перехватить ракету в середине ее пути, то есть, в первые 18 минут после запуска.

То же самое время понадобилось бы американской ракете, запущенной с земли, чтобы поразить вражескую ракету в стратосфере. Таким образом, требовалась система мгновенного оповещения о начале атаки. Практически, не существует иных средств для перехвата боеголовки на начальном участке траектории, чем системы ПРО космического базирования. Программа «звездных войн» предполагала создание противоракетной обороны орбитального базирования, но до тех пор приходилось полагаться на добрую волю советских стратегов, надеясь, что они не нанесут удар первыми. Поэтому в SIOP период реагирования был ограничен до восьми минут, этого времени было достаточно лишь для одноуровневой проверки того, являются ли данные о запуске, отображающиеся на экранах электронного управления, фактическим нападением. Таким образом, все мы были подвержены возможности случайной ядерной войны, ввиду того что SIOP автоматически реагировал на ложный сигнал, не оставляя времени для опровержения президентом в случае ложной атаки.

Первым шагом к реализации «звездных войн» стало игнорирование договора ОСВ II, который ограничивал производство систем ПРО Соединенными Штатами и Советским Союзом. Логика ОСВ II, оставшегося нератифицированным Сенатом США, но до тех пор соблюдаемого обеими сторонами, была проста: принцип ядерного сдерживания эффективен лишь тогда, когда гарантировано самоуничтожение тех, кто начинает ядерную войну. Если одной из сторон удается создать операционную систему, способную эффективно защитить собственную территорию от ядерной контратаки, она свободно может осуществить первый удар, не опасаясь возмездия. Ученые всего мира, включая американцев, поставили под сомнение технические базы «звездных войн», но Рейган, затеяв технологическую гонку с целью исчерпать последние силы Советского Союза, поставил Горбачева в безвыходное положение из-за отсутствия экономических и технических условий для поддержания собственного ядерного щита.

Это технологическое, экономическое и политическое давление со стороны США привело Советский Союз к самоуничтожению. По тому же пути США следуют и сейчас с целью обречь Россию на экономическое истощение и политическую капитуляцию. И это далеко не теория заговора. Американцы, сознающие собственное военное и экономическое превосходство, никогда не скрывают своих истинных замыслов. Выбранная ими стратегия обнародована в соответствующих документах. Так, намерение исключить любую возможность появления «нового соперника» было заявлено в 1992 году, сразу после развала Советского Союза, неоконсерватором Полом Вулфовицем (Paul Wolfowitz), представителем CPD, тогдашним заместителем министра обороны США, в руководстве оборонного планирования:

«Наша основная цель — предотвратить появление нового соперника как на постсоветском пространстве, так и в любом другом месте земного шара, который будет представлять угрозу схожую с той, что представлял для нашей страны СССР. Это положение является основным в новой стратегии обороны. Мы должны постараться предотвратить появления враждебных региональных держав, которые с помощью своих ресурсов могут быть способны получить глобальный контроль в международных отношениях».

Этой стратегической линии в настоящее время следуют с религиозным фанатизмом, минуя опровергаемую реальность виртуального ядерного паритета, только бы Россия не стала помехой для абсолютной военной гегемонии Соединенных Штатов. США вышли из договора ОСВ II. Они отказываются, с другой стороны, приступить к разоружению космоса. Таким образом, чтобы понять поступки США, мы должны вернуться к геополитике, предшествующей холодной войне. На самом деле, реальная возможность войны на Украине вот уже полтора десятилетия методично готовится со стороны НАТО, которая как раз сейчас под давлением США решает вопрос об увеличении военных расходов (до 2% ВВП). Начиная с 1999 года организация осуществляет свое продвижение на Восток. В том же году в НАТО вступают Чешская Республика, Венгрия и Польша. Второе расширение происходит в 2004 году, когда членами НАТО становятся Болгария, Эстония, Латвия, Литва, Румыния, Словакия и Словения. Таким образом, почти половина стран на восточном направлении, которые в настоящее время входят в НАТО, были включены в нее после распада СССР. Параллельно с этим происходит расширение на восток Европейского союза, чей последний шаг состоит в попытках включения Украины в ряды своих членов. Такая интеграция Украины и Грузии, официально заявленная на саммите в Бухаресте в 2008 году, не состоялась только потому, что на этот раз Путин отреагировал силой, ведь, с его точки зрения, это означало возведение враждебной военной крепости на задворках собственной страны.

Военное кольцо вокруг России стягивается, чему способствует триединая стратегия: расширение НАТО, экспансия Европейского Союза и продвижение «демократии», которая, очевидно, не принимает во внимание риск развязывания открытой войны. Ответом на стратегический ход России, заключавшийся в поглощении Крыма при поддержке подавляющего числа жителей полуострова, стали экономические санкции со стороны Соединенных Штатов, которые начинают свое движение навстречу конфликту с недавно завоеванной сильной позиции в области энергетики. Однако нам не следует обманываться. Война в традиционном понимании была бы весьма на руку Соединенным Штатам, которые стремятся истощить российские военные и экономические силы без риска эскалации до уровня ядерной войны. На эту возможность и рассчитывают неоконсерваторы.

С другой стороны, исторический опыт показывает, что Соединенные Штаты не слишком озабочены тем, как заканчивать войны. Для них это скорее стратегическая игра, направленная на утверждение мировой гегемонии. Таким образом, на данный момент единственной силой, способной остановить военную машину Соединенных Штатов, является американский народ, осознающий свою солидарность с миллиардами ни в чем не повинных людей во всем мире, и сами эти люди, могущие пострадать от последствий протоядерной войны. Важно, чтобы обыкновенные люди прервали свое бездействие, начали говорить и голосовать. В действительности, Соединенные Штаты могут высосать экономические и военные силы России в войне на чужой территории. Но что обычно происходит с державой побежденной, униженной, находящейся в осаде и между тем обладающей огромным ядерным арсеналом?

Тех, кто считает этот анализ преувеличенным, просим обратиться к сентябрьскому номеру «Foreign Affairs», одного из самых престижных журналов американского истеблишмента, где подробно освещается и комментируется «кризис» на Украине. В одной из статей ясно говорится: «Кризис на Украине — это наша вина». Статьи рассказывают об активном продвижении НАТО на Восток, вступающем в прямую конфронтацию с предыдущими договоренностями, заключенными с российской стороной, и вызывающем постоянные протесты. Здесь же можно подробно узнать о хаосе, запланированном Государственным департаментом и НПО, финансируемыми правительством США, с целью свержения пророссийского законного правительства в Киеве и замены его на другое, в котором по крайней мере четыре ведущих представителя выражают неофашистские взгляды.

Среди провокационных мер, обращенных против России, выделяется чудовищная авиакатастрофа Boeing 777, сбитого над территорией восточной Украины, типичный террористический акт, который Соединенные Штаты намеревались приписать пророссийским повстанцам. Неправда. Самолет, о котором теперь симптоматично умалчивают, был сбит военными силами киевского правительства, как заявил, основываясь на результатах независимых исследований, президент России Владимир Путин на международной встрече; заявление это вызвало практически нулевую реакцию на Западе.

Особенное оживление американских неоконсерваторов, вступивших в глобальную экономическую конфронтацию с русскими, было вызвано энергетической революцией, произошедшей благодаря добыче газа из сланца, с применением одной из самых преступных с экологической точки зрения технологий — фрекинга. Коммерческий успех предприятия, сопровождавшийся стремительным ростом добычи сланцевого газа и нефти, позволил ударить по главной опоре российской экономики, крупного производителя и экспортера нефти и газа, и одновременно «успокоить» европейцев в отношении возможного прекращения поставок российского газа, который теперь может быть заменен на американский.

Неизвестно, вступила ли Саудовская Аравия в эту игру по геополитическим причинам, избегая сокращения добычи нефти, чтобы принести ущерб русским, или по своим собственным причинам, чтобы попытаться экономически подорвать добычу сланцевых углеводородов. Факт в том, что и крупные американские компании, которые вложили значительные средства в добычу нефти и газа из сланца, несут огромные убытки со снижением цен на нефть, которые на руку только потребителям. С другой стороны, якобы бесконечные возможности фрекинга в последние месяцы оказались на удивление ограничены: так, в Монтерее, штат Калифорния, запасы сланцевой нефти, ранее оценивавшиеся в 13,7 миллиардов баррелей, были заново оценены, по официальным данным, в 600 миллионов, то есть на 96% меньше. Кроме того, американская общественность начинает выступать против применения технологии фрекинга: согласно недавнему опросу, в 2008 году эту технологию поддерживали от 48% до 38% американцев; в ноябре текущего года от 47% до 41% были против. Свидетельства разрушения окружающей среды, в особенности водоносных слоев, являют собой необратимые последствия, которые несет с собой эта технология.

Пока на рынке углеводородов, после уроков Калифорнии, не произойдет очередной поворот, Россия, несомненно, будет в тисках американской стратегии экономического удушения. Путин со свойственным ему хладнокровием подчеркнул, что Россия является самодостаточной страной и в любом случае способна пойти на ответные меры, вероятно, подразумевая эмбарго на экспорт газа в Европу. Важной фигурой для России, безусловно, является Китай, с которым уже заключен контракт на поставку газа стоимостью в 400 миллиардов долларов сроком на 20 лет и который поддерживает Россию в ряде геополитических вопросов, как, например, в случае с Сирией. Тем не менее, мы явно становимся свидетелями эскалации конфликта.

Новым шагом, спровоцированным США, стало недавнее решение Верховной Рады Украины отказаться от нейтралитета. Обратите внимание, что сам Киссинджер (Henry Kissinger) в недавней статье отметил, что окончательным разрешением украинского кризиса в форме, приемлемой для Российской Федерации, мог бы стать нейтралитет Украины в отношении ЕС/НАТО и России, так, как это произошло с Финляндией в годы холодной войны. Правда, Киссинджер является здравомыслящим консерватором старой закалки, а не сумасшедшим неоконсерватором. США, под контролем последних, по всей видимости, не собираются упустить еще одну возможность развязывания военного конфликта. Все указывает на то, что они заставят Россию принять вызов. В случае интеграции Украины в НАТО — инициатива, к которой миллионы русских и прорусских жителей Востока страны относятся с равнодушием, западный военный альянс будет дышать России в затылок, что означает прямую угрозу ее территории. Минимум, который Россия может предпринять, это разделение Украины при поддержке местного населения, что определенным образом было опробовано в Крыму. Тогда территория Украины станет театром глобальных военных действий?

А мы, как нам поступить в сложившейся ситуации? Некоторые наивно полагают, что американские неоконсерваторы рассматривают наше сближение через БРИКС со своим заклятым врагом как вполне естественное явление. Они считают, что запись телефонных разговоров нашего президента была не более чем развлечением. Они думают, что попытки дестабилизировать сегодняшнее бразильское правительство, равно как и переизбранное, представляют собой явления исключительно внутреннего порядка или результаты этических побуждений некоторых судей. Ввиду того что Бразилия находится в центре достаточно мирного континента, а войны обходят ее стороной, мы не привыкли размышлять в геополитическом ключе, кроме того, в наш ядерный век геополитика должна бы, безусловно, выйти из моды. Тем не менее, хотим мы того или нет, мы вовлечены в игру. Если цены на нефть упадут ниже 40 долларов за баррель, рентабельность добычи нефти в подсолевой зоне окажется под угрозой. А если Соединенные Штаты начнут войну против России на территории Украины, Бразилия встанет перед серьезным выбором.