Армагеддон ближе, чем может показаться

Пол Крейг Робертс: на Западе миролюбие Путина продолжают принимать за слабость

Читать на сайте inosmi.ru
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Американский отставной политик Пол Крейг Робертс занимал видное положение в администрации Рейгана. В этой статье он рассматривает "историю нарушения обещаний", данных НАТО России. Именно такие нарушения привели ситуацию к сегодняшней трагедии. Робертс призывает Россию к твердости.
Миру грозит катастрофа, но понимания этого нет. Уже много лет мы с покойным Стивеном Коэном, пока он был еще жив, предупреждали, что провокации Вашингтона против России, включая происки марионеток из государств НАТО, ошибочны и контрпродуктивны. Еще до распада Советского Союза Горбачев был готов открыться для сотрудничества с Западом. Русский народ благосклонно относился к Западу и с нетерпением ждал, когда Россия вольется в западный мир.
Администрации Рейгана и его преемника Джорджа Буша-старшего были к этому открыты. Госсекретарь Буша Джим Бейкер подтвердил его обещание: никакого продвижения НАТО на восток к советским границам, никакого расширения – если Горбачев дозволит Германии воссоединиться. Это обещание подготовило почву для освобождения восточноевропейских владений советской империи.
Но режим Клинтона под влиянием неоконсерваторов нарушил слово Америки на том основании, что обещание давалось устно, а не письменно, а потому якобы не имеет силы. Режим Клинтона не только разрушил Югославию и разорвал ее на куски, отдав мусульманам историческую часть Сербии, но и придвинул НАТО к границам России. После распада СССР в 1991 году Россия оказалась слишком слаба, чтобы ответить, да и к тому же правительство Ельцина само было марионеткой Вашингтона.
На Мюнхенской конференции по безопасности в 2007 году преемник Ельцина Путин заявил, что Россия не приемлет вашингтонского однополярного мира, где правит Америка, и будет отстаивать свои интересы, а не Вашингтона. Путинскую декларацию независимости тогда, можно сказать, проигнорировали, потому что Вашингтон был занят своими войнами на Ближнем Востоке в интересах Израиля.
Но со временем в Вашингтоне поняли, что Россия "вырвалась из загона" и что с этим пора что-то делать.
Такая возможность представилась во время Олимпиады в Сочи. Кремль считал, что успешная олимпиада на российской земле повысит авторитет страны на Западе, укрепит дружеские связи и рассчитывал на взаимность. Но мало того, что чиновники из США, Великобритании и Германии бойкотировали игры в Сочи. Стоило только Путину отвернуться, как Америка свергла дружественное России правительство Украины, которая веками была ее частью.
Усаженное Вашингтоном нацистское и антироссийское правительство начало физически притеснять русское население бывших российских провинций, которые в состав УССР включили советские лидеры. Крым, часть России с XVIII века, к Украине в 1956 году (так в тексте, прим. перев.) присоединил Хрущев, а Донбасс присоединили к УССР в ранний советский период предшественники Хрущева. В то время Украина и Россия были одной страной — Советским Союзом.
Независимость Украины после распада Советского Союза в 1991 году закрепил Вашингтон – в те дни, когда президента Горбачева арестовали не в меру рьяные коммунисты, сочтя, что он слишком торопится с либерализацей и раздает Вашингтону слишком много гарантий. Как впоследствии оказалось, по последнему пункту они были совершенно правы.
В Крыму находится главная база Черноморского флота России. С момента обретения украинской независимости она была в долгосрочной аренде. Путину хватило прозорливости понять, что новое марионеточное правительство Украины отменит договор и лишит Россию доступа к Черному морю, а через него и к Средиземному.
97% крымчан в 2014 году проголосовали за воссоединение с Россией — как и русские Донбасса. Но на просьбу Крыма Путин откликнулся, а вот Донбассу тогда, в 2014, — отказал.
Чем же было продиктовано это решение Путина, которое восемь лет спустя привело к постоянно усугубляющемуся конфликту на Украине?
Пожалуй, лучшее объяснение — это то, что Путин принял его под воздействием западной пропаганды. Если бы Путин вдобавок к Крыму, вместе с которым он потерял бы базу ВМФ, вернул себе еще и Донбасс, это вылило бы тонны воды на мельницу западной пропаганды — ведь она утверждает, будто Путин восстанавливает советскую империю. А раз Путин решил, что западная пропаганда вольна ограничивать поведение России в собственных интересах, если те идут вразрез с интересами Запада, то напрашивается вывод, что Путин лишь наполовину русский националист, а наполовину — западник.
Русские Донбасса ужасно пострадали от рук украинских неонацистов, которых усадил в правительственные кресла Киева Вашингтон. Путин понимал, что пора действовать. Но его решение предполагало добрую волю Запада — а ее не существовало. Путин придумал так называемые "Минские соглашения": по этой схеме Донбасс останется в составе Украины, но его жители получат некоторую автономию (например, собственную полицию), которая защитит население от неонацистских преследований.
Путин заставил Украину и республики Донбасса подписать Минские соглашения, а Германию и Францию — гарантировать их выполнение. Но Вашингтон запретил Украине их выполнять, а Франции и Германии — давить на Украину с требованием выполнять гарантированные Парижем и Берлином обещания.
Восемь лет Путин пытался продавить это соглашение — явно бесперспективное, учитывая очевидные намерения Вашингтона воспользоваться Украиной и доставить России максимум неприятностей. Почему Путин этого не разглядел?
Опасность путинской "ограниченной военной операции" с ее медленным продвижением заключается в том, что Запад получил возможность собраться с силами и перехватить инициативу. Несмотря на путинскую "красную линию", США и Европа стали отправлять Украине смертоносное оружие.
Поскольку, несмотря на объявленные красные линии, эффективного ответа России на провокации не последовало, следующим шагом стала подготовка украинских войск. Затем — разведданные и целеуказание. Затем — оружие большей дальности, способное поразить стратегические цели уже в России. Затем — атаки на Крымский мост и газопровод "Северный поток", а теперь еще и заговор с "грязной" бомбой как предлог для вмешательства американских войск с территории Румынии и уничтожение плотины, без которой российский Херсон будет разрушен, а элитный спецназ может попасть в украинский плен — это была бы огромная победа западной пропаганды.
В сложившийся ситуации, путинский метод ведения боевых действий ограничивает его собственные силы, а не силы противника. Складывается впечатление, что Путин и высшее российское командование хотят, чтобы инициатива осталась в руках их западных врагов. Кремль лишь реагирует на действия противника. Если Украина заодно с США и Великобританией взорвет Днепровскую плотину и затопит Херсон, то лишь тогда (и вряд ли раньше) Россия сама взорвет плотину и выиграет войну, отрезав от Украины большой кусок. Похоже, в Кремле до сих пор так и ответили на вопрос, почему Россия так легко мирится с потерями и складывающимся впечатлением унизительных поражений, когда запросто может выиграть войну за один день.
Провокации Вашингтона нарастают, но ответ Путина — это не демонстрация силы, а призыв к переговорам и готовность снабжать врагов России в НАТО энергией. Неудивительно, что Вашингтон идет на обострение.
Поскольку решительного ответа Москвы так и не последовало, Вашингтон поставил человечество на путь Армагеддона. Вашингтон и его натовские марионетки перестали бояться России, и провокации будут продолжаться. Поскольку Путин не стал отстаивать ни одну из объявленных красных линий, Вашингтон счел, что у Кремля их нет вовсе. Путин даже не защищает от израильских атак Сирию, которую прежде спас от вашингтонского завоевания.
Терпение для лидера — великая добродетель, но терпение Путина многие в Вашингтоне считают недостатком решимости. Если эта трактовка окажется ошибочной, Вашингтон перейдет красную линию, которая отделяет нас от Армагеддона.
Обсудить
Рекомендуем