Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Разрядка в отношениях между США и ЕС не решает экзистенциальную проблему НАТО, пишет FAZ. Несмотря на экономическое превосходство над Россией, альянс рискует утратить главный компонент сдерживания — политическую волю Вашингтона защищать союзников.
Николас Буссе (Nikolas Busse)
Премьер-министр Дании Метте Фредериксен недавно заявила, что НАТО пришел бы конец, если бы Соединенные Штаты напали на другого союзника по альянсу. Пока, впрочем, об этом говорить не приходится. Президент Дональд Трамп на Всемирном экономическом форуме в Давосе снял с повестки дня свою угрозу — при необходимости даже силой взять Гренландию под свой контроль.
Его спецпредставитель по Гренландии Джефф Лэндри теперь в гостевой колонке для газеты The New York Times изложил, что американскую администрацию в переговорах интересуют оперативная свобода действий, новые военные базы и инфраструктура, а также размещение систем противоракетной обороны. О присоединении Гренландии речь уже не шла, как и о силовом сценарии на арктическом острове.
Значит ли это, что НАТО спасена? По крайней мере, похоже, удалось избежать ситуации, которая в истории встречается не так уж редко: когда союз распадается и бывшие партнеры оказываются на грани военного столкновения. Случай с Гренландией, впрочем, был бы особенным. Конфликт напрямую затрагивал бы лишь двух членов НАТО, а любая эскалация поставила бы вопрос, как отреагируют остальные 30 союзников. Предсказать это трудно: им пришлось бы учитывать и другие интересы безопасности, в том числе с оглядкой на Россию.
Военная мощь альянса
Однако главная проблема в подходе Трампа и, к сожалению, она выходит далеко за рамки гренландского сюжета заключается в другом. Смысл НАТО в том, чтобы совместно отражать нападение на своих членов и, прежде всего, предотвращать их с самого начала за счет совместного сдерживания.
Во времена холодной войны этому уделяли огромное внимание. Классическую формулу предложил Генри Киссинджер — не только госсекретарь США, но и влиятельный исследователь военно-политической стратегии: "Сдерживание требует сочетания силы, готовности ее применить и оценки этих факторов потенциальным противником. (...) Если хотя бы один из этих факторов равен нулю, сдерживание проваливается".
Как это выглядит, если перенести эту логику на сегодняшнее НАТО? Первый критерий у организации выполняется в уникальном масштабе. Совокупная военная мощь НАТО многократно превышает возможности любого потенциального противника. Оборонные расходы всех 32 государств — членов НАТО, по оценке организации, в 2024 году составили 1,305 триллиона долларов США. У России, по данным Всемирного банка, — 149 миллиардов долларов, то есть около 11% от этой суммы.
В том же году у стран НАТО было около 3,41 миллиона военнослужащих действительной службы. Россия, ведущая масштабные боевые действия, насчитывала 1,13 миллиона человек. Кроме того, НАТО количественно превосходит Россию по большинству видов вооружений — от самолетов и танков до кораблей. В ядерных силах сохраняется баланс, по крайней мере, в стратегическом компоненте.
Сила НАТО решающим образом зависит от США
К этому добавляется экономический потенциал членов НАТО, среди которых и некоторые из крупнейших экономик мира. Американская администрация подсчитала, что один только суммарный ВВП европейцев и Канады в 2024 году составил 26 триллионов долларов — более чем в десять раз больше, чем у России с ее 2 триллионами. Если добавить ВВП США в 29 триллионов долларов, то в критической ситуации России пришлось бы иметь дело с подавляющим промышленным ресурсом, способным быстро стать решающим.
Однако проблема НАТО кроется во втором и третьем критериях Киссинджера. Военная эффективность НАТО решающим образом зависит от США: на них приходится 823 миллиарда долларов оборонных расходов и 1,3 миллиона военнослужащих. Именно ведущая держава предоставляет альянсу многие ключевые в стратегическом плане системы вооружений.
Однако проблема заключается в том, Трамп еще со своего первого срока неоднократно публично сеял сомнения в то, что США будут оказывать поддержку альянсу и в случае столкновения с Россией. О ключевой статье 5, закрепляющей обязанность взаимопомощи, он часто говорил уклончиво и неохотно. Низшей точкой его политической поддержки альянсу стало его заявление в 2024 году, когда в разгар кампании он заявил, что будет поощрять Владимира Путина делать с союзниками, не достигающими целевого уровня расходов на коллективную оборону НАТО, все что угодно. А в нынешнем споре вокруг Гренландии Трамп снова не стал исключать, что его страна может выйти из организации. Это звучит совсем иначе, чем у его предшественника Джо Байдена, который называл защиту территории НАТО священной обязанностью.
Это, вероятно, бьет и по третьему критерию. И раньше, похоже, Путин ориентировался на вероятность отступления Запада. Слабое впечатление, которое НАТО произвела выводом сил из Афганистана, как считается, укрепило его в решении о вводе войск на Украину. Публичные сигналы также указывают на то, что в Москве не ожидали жестких санкций, во всяком случае, длительных. То, что Байден незадолго до ввода войск вывел с Украины последних американских военнослужащих и дал понять, что не уверен, станет ли Запад реагировать на "небольшое проникновение", вряд ли могло остановить Путина.
Теперь ему противостоит Трамп: с одной стороны, он снова делает ставку на военную силу, но одновременно ищет разрядки с Россией. Все это еще не обнуляет второй и третий критерии Киссинджера, но и выигрышными они уже не выглядят.
15
Остеклить британию и посмотреть, сработает 5 поправка или нет.
12
Опять мантры, мы самые самые супер пупер, но почему нас ни кто не боится? Бояться всем!!! Если бы вы не убежали трусливо из Афгана, что бы сейчас было? Мешки бы с трупами вывозили от туда не сотнями, а десятками тысяч и маленький позор превратился в позорное поражение похлеще Вьетнама и это понимал даже Байден.
Обсудить
