Европа — наш естественный партнер. За тысячу лет мы стали переплетены в демографическом, экономическом и культурном измерениях. Включая и войны.


Турки задолго до взятия Стамбула пришли и поселились на Балканах, в Эгейском регионе.


Сотни тысяч иудеев, бежавших от давления католической Испании, стали неотъемлемой частью Османской империи. Они заняли важное место в экономических и культурных отношениях Турции и Европы.


Османская империя всегда шла по следам Европы, промышленной революции и эпохи просвещения. Хотя и с отставанием, но она проводила в жизнь этот опыт.


С образованием Турции Ататюрка мы проводили «модернизацию путем синтеза» в науке, образовании, искусстве и культуре. Пойдя таким путем, мы вырвались из темноты и трясины Ближнего Востока. Мы стали единственной среди мусульманских стран «модернизирующейся страной».


Став членом Совета Европы, мы осуществили институциональную интеграцию. Мы вошли в европейские организации во всех сферах, от культуры до спорта. Естественное партнерство и синтез шли рядом.


С начала 1960-х годов миллионы наших граждан расселились по всем странам Европы, прежде всего в Германии. Сегодня 5,5 миллиона наших граждан являются частью Европы. В одной Германии работает более 50 тысяч турецких предпринимателей. С 1970-х годов я прочел около 40 лекций в десяти странах Европы. Я принял участие в порядка 45 академических встречах, посвященных интеграционным процессам между Турцией и Европой, и лично пережил это. Все это я опубликовал в пятитомнике под названием «Моя жизнь — Европа».


Результаты опубликованных мною исследований показали, что в отношениях Турции и Европы «углубляется естественная интеграция» в экономическом, социальном и культурном плане, хотя институционального характера она не носит.


Почему Америка — «глубокий партнер»?


Партнерство Турции и США во многом отличается от партнерства с Европой. В годы холодной войны США рассматривали нас в качестве «сторожевой заставы». Процесс подчинения, начавшийся с программы помощи Маршалла в 1947 году, завершился членством в НАТО в 1952 году.


На наших землях были созданы ядерные объекты даже без нашего ведома. В ходе Кубинского кризиса нас сделали одной из игральных костей, когда шел торг Куба — Турция.


Военные и исламистские перевороты в Турции всегда приходили с этой стороны. Наконец, произошла попытка переворота террористической организации FETÖ Фетхуллаха Гюлена (Fethullah Gülen). Турция используется в качестве орудия для реализации проекта «Большой Ближний Восток» (BOP). В 1991 году через Инджирлик была создана «Курдская республика Барзани (Barzani)». Сейчас с помощью Партии «Демократический союз» активно создается сирийская часть Курдистана. В Сирии возникла база США.


Все это показывает, что США являются для нас «глубоким партнером». «Стратегическая глубина» нашего бывшего премьер-министра (Ахмета Давутоглу (Ahmet Davutoğlu), автора книги «Стратегическая глубина: международное положение Турции» — прим. пер.) словно была написана о глубоком партнерстве США, что мы и увидели в Сирии.


FETÖ — это феномен, который наш глубокий партнер медленно создавал в течение последних 40 лет. Целился он в республику Ататюрка и ВС Турции, преданные Ататюрку. Для BOP нужно было уничтожить и то, и другое. При голосовании 16 апреля необходимо держать перед глазами эти расчеты.


Только ли FETÖ в погоне за глубокими расчетами? Разве враги Ататюрка и Республики не становятся «скрытыми сторонниками глубоких партнеров»?


А Россия — «практический партнер»


Наш гигантский сосед является «практическим» партнером и в энергетической, и в экономической сферах. Он незаменим с точки зрения нашей энергетической потребности, сельского хозяйства, туризма, строительных компаний. Сейчас и С-400 на повестке дня.


Особенно когда Партия справедливости и развития ради трибун идет ва-банк против Европы и США, ей приходится доставать из рукава образ своего практического партнера. Особенно когда все свои карты она пытается поместить в узкий чехол, делая ставку на Катар, Саудовскую Аравию.


И, конечно же, когда Россия, де-факто создавая базы в Сирии, пытается вместе с США стать нашим новым южным соседом.