Джордж Фридман (George Friedman) регулярно напоминает об этом без намека на иронию и с холодной уверенностью: в сфере геополитики и прогнозирования все нужно уметь ставить в четкие временные рамки. За несколько месяцев до выхода его книги «Следующие 100 лет: прогноз на XXI век» в декабре 2009 года банк Lehman Brothers объявил себя банкротом, положив начало кризису, от которого содрогнулись основы мировой финансовой системы.


То есть, априори это был совершенно неподходящий момент для работы в защиту идеи о том, что США сохранят доминирующее положение в XXI веке благодаря экономической и военной мощи. «Некоторые посчитали мой прогноз мертворожденным, поскольку американская экономика рушилась и не могла оправиться», — вспоминает Фридман.


Как бы то ни было, месяцы спустя после публикации американская экономика все еще держалась, а книга основателя Stratfor (частная американская разведструктура) оказалась на пятом месте в списке бестселлеров The New York Times.


Центр тяжести мировой системы


США переживали тяжелейший финансовый кризис, который перерос в рецессию, однако вовсе не встал на один уровень с Великой депрессией 1930-х годов. Кроме того, по мнению политолога, эта рецессия отнюдь не стала худшей с окончания Второй мировой войны. В любом случае, она вновь показала, что Америка является центром тяжести мировой системы: если она переживает кризис, под угрозой оказывается весь мир.


К тому же, кризис куда сильнее свирепствовал за пределами США, чем на их территории. Из всего это Фридман делает следующий вывод: мир сможет оправиться лишь после того, как Америка встанет на ноги. Отмечает он и другие переменные: недавнее катастрофическое вмешательство в Ираке оказало меньшее воздействие, чем это можно было представить.


США отправили туда менее 200 000 человек и потеряли менее 5 000, что составляет от 6% до 8% потерь во Вьетнаме и всего 1% потерь во Второй мировой войне.


Беспрецедентные события


Еще один аргумент в его пользу заключается в сохранении структурной геополитической черты США: они все еще держат под контролем все моря. Этот контроль является основой не только безопасности Америки, но и ее способности влиять на международную систему.


Помимо вторичной симптоматики финансового кризиса Джордж Фридман подчеркивает его воздействие на восприятие геополитики: по его словам, он демонстрирует, что почти у всех событий уже были прецеденты, и что возможности для пересдачи карт практически отсутствуют.


Таким образом, геополитика с его точки зрения, заключается в том, чтобы вспомнить о подобных типах поведения и понять, почему они повторяются. Его прогнозы в книге «Следующие 100 лет: прогноз на XXI век» оказались достаточно смелыми. Они упираются в четко прописанный автором горизонт: один век. Этот горизонт позволяет ему избежать ответственности за свои пророчества.


Два блока, две коалиции


Политолог заявляет, что развивающиеся державы во главе с Россией и Китаем ждет скорый упадок. Кроме того, к 2050 году он предрекает третью мировую войну двух блоков. Первый будет сформирован США, Польшей (она станет лидером Центральной Европы), Великобританией, Индией и Китаем. Второй примет форму альянса Турции и Японии.


Начало конфликту положит скоординированная атака турок и японцев. Они будут стремиться не к оккупации или уничтожению США, а к соглашению, которое гарантировало бы им сферы влияния: северо-запад Тихоокеанского региона для Японии и Ближний Восток для Турции.


В более отдаленной перспективе (где-то у 2080 года) Джордж Фридман представляет себе конфликт между США и Мексикой. Хотя сейчас США закрывают границы для мексиканских мигрантов, через 20 лет эта динамика может измениться по демографическим причинам: в стремлении скомпенсировать старение рабочей силы США могут ввести облегченный режим выдачи трудовых виз и даже финансовые стимулы для всех, кто будет готов работать у них (в первую очередь для мексиканцев, с которыми у них имеется длинная общая граница).


Американоцентризм


К 2080 году эта страна станет мощной экономической державой с большой диаспорой в США. Она может превратиться в угрозу для национальных интересов Америки. Что повлечет за собой конфронтацию двух стран.


На момент выхода книга получила целый ряд положительных отзывов. The Washington Post посчитала прогноз о сохранении доминирующей сверхдержавности США в XXI веке оправданным, хотя остальная аргументация показалась газете более сомнительной. The New York Times в свою очередь тоже согласилась, что США останутся державой, чьи силы будут только расти.


The San Francisco Chronicle заняла намного более жесткую позицию и выступила с критикой «американоцентризма» книги, сравнив ее теории с логикой «напуганного и страдающего от бессонницы человека, который не может оторваться от «Эпохи империй», потому что отчаянно хочет победить, пока не встало солнце». Во Франции книга была переведена в 2011 году небольшим издательством Zdl editions.


Европейский национализм


Джордж Фридман считает, что его подход основывается на здравом смысле:


«В прогнозировании очень важно выделить очевидные вещи. Наш мир работает с опорой не на тайные, а на хорошо заметные вещи. Понять эти вещи нам мешает только инертность. Очень трудно поверить, что существующих сегодня значимых институтов когда-то не будет, или что мир ждут радикальные перемены. Как бы то ни было, радикальные перемены происходят каждые 20 лет».


Иначе говоря, нужно внимательно отслеживать то, что может стать следующей большой переменой. Он напоминает, что европейские державы доминировали в мире в 1900 году, но лежали в руинах в 1920 году после Первой мировой войны. «Все считали, что с Германией покончено, но 20 лет спустя она оккупировала Францию и стала первой континентальной державой, — считает он. — После падения берлинской стены геополитика закончилась, больше не должно было быть войны». Но случилось 11 сентября.


«Что кажется нам очевидным через 20 лет?— продолжает он. — В своей книге я пишу о неизбежности подъема национализма в Европе. Тогда на дворе был 2009 год, и подобное казалось просто немыслимым, поскольку Европейский союз основывается на упразднении границ, идее противодействии национализму. Сегодня же я не вижу ничего, что могло бы остановить упадок Евросоюза».


Упадок России и Китая


Что касается краткосрочных прогнозов (на 2010-е годы), Джордж Фридман недоволен лишь тем, что посчитал, что упадок России и Китая начнется позже. Стоящая перед Китаем проблема заключается в том, чтобы перевести богатства с прибрежных регионов внутрь страны. А это представляется непростой задачей.


Некогда демонстрировавший небывалые показатели рост китайской экономики замедляется до обычного уровня, как в прошлом японский. Только вот в стране все еще остается миллиард бедняков. По мнению политолога, Китаю мешает его география: он напоминает остров, который окружен не водами, а дикими землями. Они изолируют его от остального мира и ограничивают его гегемонию Юго-Восточной Азией. Россия же живет главным образом за счет экспорта углеводородов. Раз цены на них упали и продолжают падать, российское государство ждет только спад.


Как бы то ни было, Фридман признает за собой серьезную ошибку: он не сумел предугадать обострение ближневосточных конфликтов. В то же время он все еще не видит особой угрозы со стороны ислама, как для Запада, так и арабских стран: «Проблема ислама в том, что он разделен на религиозные и этнические группы. Цель «Исламского государства» (запрещенная в России террористическая организация — прим.ред.) заключается в том, чтобы восстановить халифат. Для этого необходимо добиться единства на территории от Марокко до Филиппин, чего не случится в течение этого века».


Пылкая убежденность


Самый смелый и подробный прогноз касается третьей мировой войны. В этом вопросе Фридман пылко отстаивает свою точку зрения: «Во все века были свои системные войны. Они происходят, потому что одни державы набирают силу, а другие переживают упадок. Во время Второй мировой войны на первый план вышли три державы: Германия, США и Япония. Франция и Британская империя сдавали позиции. Будет странно, если в XXI не произойдет системных изменений».


Ему возражают, что новый мировой конфликт практически немыслим из-за современного оружия. Он отвечает: «Войны всегда невозможны… До того дня, как они начинаются». «Я назвал Японию и Турцию набирающими силу державами. Япония вновь станет региональной державой, чьи воздушные и морские силы потребуют укрепления. Это будет означать столкновение с американской державой, которая стремится к доминированию в океанах».


Турция представляет собой другой показательный случай. Последние 100 лет стали аномалией для страны с учетом прошлого Византийской и Османской империй. «По всей логике эта сильная страна должна утвердить свою гегемонию в нестабильном регионе», который перестанет быть таковым при доминировании Турции.


Проводя анализ ХХ века, политолог отмечает, как легко было догадаться, что объединившиеся в 1930-х годах Германия и Италия, а также пошедшая по пути индустриализации Япония захотят изменить международную систему. То же самое касается и доминирующего положения США и СССР во второй половине столетия.