Преподаватель исторического отделения Университета изящных искусств имени Мимара Синана, доцент Ильяс Кемальоглу (İlyas Kemaloğlu) дает оценку подходу России к референдуму о независимости в северном Ираке.


За референдумом о независимости в Иракском Курдистане и его последствиями внимательно следят не только страны региона, но и другие государства, у которых есть интересы на Ближнем Востоке. И одно из этих государств — Российская Федерация. Москва, которая с давних пор придает большое значение этому региону и использует курдский фактор как важную точку опоры в своей региональной политике, не слишком благосклонна к референдуму и его итогам. Но почему Россия, которая не включает Рабочую партию Курдистана (РПК) в список террористических организаций и, как предполагается, оказывает поддержку Отрядам народной самообороны (YPG), ответвлению РПК в Сирии, не желает возникновения нового независимого курдского государства в регионе? Есть несколько причин, объясняющих эту позицию России.


Прежде всего Россия защищает территориальную целостность государств за исключением республик, где находится русское население, и выступает против сепаратистских движений. А это обусловлено прежде всего тем, что в России проживает более ста этнических групп и на территории РФ находятся такие республики, как Чечня и Татарстан, с которыми ранее у нее были большие проблемы. Референдумы, как и цветные революции, «заразительны», и поэтому ни Россия, ни такие страны, как Китай, не благоволят такого рода сценариям. А присоединение Крыма к России после проведенного на полуострове референдума Москва оценивает в других рамках.


Другая причина, по которой Россия выступает против референдума на севере Ирака и создания государства Курдистан, заключается в том, что новое государство нанесет вред интересам России в регионе с нескольких точек зрения. Прежде всего такое государство станет базой Израиля и США, как становится понятно по поддержке, которую они оказывают этому референдуму и в целом иракским курдам. Несмотря на то, что у Москвы хорошие отношения с иракскими курдами, поддержка, которую Россия предоставляет и сможет предоставить, находится на более ограниченном уровне по сравнению с политической, военной и финансовой поддержкой, оказываемой Израилем и США. Поэтому создание нового государства, на которое США и Израиль будут иметь влияние, не отвечает интересам России. Эта позиция России аналогична политике, которую она преследовала в отношении армян в Турции в начале XX века. Россия поддерживала армян в начале прошлого столетия, но не желала создания независимой Армении на территории Турции. Ведь государство армян, которое было бы здесь создано, повернулось бы лицом к Западу, как в свое время сделала Болгария, стало бы его базой и положило бы глаз на территории Армении, входившей в состав России.


Помимо этого, Москва полагает, что возможное создание нового государства повлечет за собой дестабилизацию в регионе. А это тоже не на руку Кремлю, поскольку после арабской весны, причинившей вред региональным интересам России, Москва пытается снова наращивать сотрудничество со странами региона и придает особое значение взаимодействию в энергетической сфере. Региональные страны естественным образом отреагируют на возникновение нового государства, потому как такое развитие событий причинит вред их интересам, и это еще более дестабилизирует регион. Держаться в стороне от этого нового спора Россия в рамках своих региональных интересов тоже не может. А это осложнит положение России с материальной точки зрения, так как одна только сирийская военная кампания обходится Москве в несколько миллионов долларов в день. Следовательно, еще большая дестабилизация региона и новая борьба — не в интересах России в нынешних условиях.


Еще одна важная причина, по которой Москва выступает против референдума и создания нового государства на Ближнем Востоке, — отношения России с Ираком, а также Турцией и Ираном, выступающими против этого референдума наравне с Багдадом. Другая позиция России отрицательно повлияет на ее отношения с названными странами. России, которая желает вновь повысить свое влияние в регионе, надлежит состоять в благоприятных отношениях с Ираком и Ираном. А отношения с Турцией имеют огромное значение для России не только с точки зрения ее интересов на Ближнем Востоке, но и с точки зрения ее внешней политики в целом в период, когда Россия сталкивается с изоляцией со стороны Запада. Поэтому Москва не может поддерживать процесс, угрожающий территориальной целостности Ирака, Турции, Ирана и Сирии, которая также крайне важна для России.


Поддержка, которую Москва оказывает центральному правительству Ирака, в то же время повышает доверие к ней в глазах региональных правительств и в целом в регионе. То, что Кремль, с одной стороны, до конца защищает Башара Асада, с другой — находится на стороне Багдада в процессе, связанном с референдумом, положительно сказывается на отношении лидеров региональных государств к России. Несмотря на то, что после арабской весны в странах Ближнего Востока были созданы прозападные режимы, даже они стали рассматривать Россию в качестве альтернативной и надежной силы.


Политика равновесия


С другой стороны, Россия также не желает полностью потерять курдский козырь в своей политике в отношении этого региона. Почему же курды важны для России и как Москва уравновесит чаши весов?


Давний интерес России к курдам и курдской проблеме объясняется геополитическими интересами. Русские, которые постоянно воевали с Османской империей и Ираном и вели борьбу с третьими странами за установление господства в регионе, уделяли большое внимание народам, проживавшим в этих странах. А тот факт, что курды считали русских «врагом моего врага», с одной стороны, повышал интерес русских к курдам, с другой — укреплял положение России в регионе. До конца Второй мировой войны единственным союзником СССР на Ближнем Востоке были курды. В советское время Кремль рассматривал курдов в качестве своего рода «защитной стены» от возможного пантюркизма со стороны Турции. А курды для получения поддержки русских утверждали, что они крупнейшее препятствие на пути экспансии турок. Таким образом, как в царской России, так и в советский период отношения между Москвой и курдами можно назвать «отношениями, основанными на собственных интересах».

 

В последние годы холодной войны, когда Москва начала развивать отношения с Ираком, Ираном и Турцией, значение курдов как союзника русских снизилось. Но в рамках новых событий на Ближнем Востоке данный фактор снова стал иметь большое значение. В этой связи Россия, на территории которой проживает около 20 тысяч курдов (а в СССР было в общей сложности 152 тысячи), хотя и выступает против независимого государства курдов на Ближнем Востоке, не желает полностью уступить США такой важный фактор, как курды этого региона, и потому развивает сотрудничество как с иракскими, так и с сирийскими курдами, поддерживает их в разных сферах. Это сотрудничество и содействие можно рассматривать в нескольких измерениях. В первую очередь Кремль, несмотря на прогрессирующее турецко-российское сотрудничество, официально не объявляет РПК террористической организацией. Российские официальные лица отмечают, что в качестве террористических организаций они рассматривают только те структуры, которые действуют на территории Российской Федерации или причиняют вред интересам России. Вдобавок к этому у YPG, сирийского ответвления РПК, есть представительство в Москве. Таким образом, в период, когда сирийская проблема подходит к концу, Москва наряду с официальным режимом также заручилась поддержкой и курдов в Сирии. А это, вне всякого сомнения, укрепляет положение России в процессе реконструкции этой страны.


Что же касается курдского района в Ираке, для Москвы особенно важно сотрудничество с этим регионом в энергетической сфере. Два российских энергетических гиганта под названием «Газпром» и «Роснефть» претворяют в жизнь инвестиционные проекты в курдском районе Ирака. «Газпром» реализует проекты на блоках Шакал, Халабджа, Гармиан. Представители «Газпрома» отмечают, что это один из редких регионов, где могут быть разведаны новые месторождения нефти. Кроме того, российские компании договорились и о строительстве трубопроводов в курдском районе Ирака. Следовательно, эта тема — важная сфера сотрудничества между иракскими курдами и Москвой на основе взаимных интересов.


Москва не хочет обижать курдов


Попытки Москвы ладить с курдами, проживающими в разных странах Ближнего Востока, можно объяснить еще одним обстоятельством. Несмотря на то, что в наши дни у России нет каких-либо проблем в отношениях с Турцией, Сирией, Ираком и Ираном, как показал самолетный кризис, балансы всегда могут измениться. При взгляде с этой точки зрения Москва не хочет обижать курдов и видит в них карту, которую она всегда может пустить в ход.


Таким образом, Москва, несмотря на то, что она против независимости Иракского Курдистана, преследует политику, которая не позволит курдам полностью отдалиться от нее. Этим фактом объясняется и то, что российские официальные лица делают крайне ограниченные заявления на эту тему. Бывший директор Российского института стратегических исследований, связанного с администрацией российского президента, Леонид Решетников как-то сказал: «Курды должны обижаться на свою судьбу». По сути, эти слова раскрывают подход России к этому вопросу.