Долгожданный и широко разрекламированный еще до выхода на экраны фильм «Викинг» режиссера Андрея Кравчука побил все рекорды по кассовым сборам, преодолев планку в миллиард рублей на девятый день проката. Таким образом, меньше чем за две недели лента «отбила» потраченные на ее создание 1,25 миллиарда.


Ликование, охватившее соседнюю великую державу в процессе победного шествия «Викинга» по стране, по степени эмоционального накала сравнимо разве что с реакцией граждан СССР на полет Юрия Гагарина. Ну, только без тех массовых демонстраций, которые сопровождали сообщение ТАСС о первом в мире космонавте. Впрочем, без широкого одобрения трудящихся все-таки и здесь не обошлось: ведущие российские телеканалы на первой неделе Нового года транслировали опросы кинозрителей, побывавших на премьерных показах в разных городах страны. И примерно трое из четырех, восторгаясь содержанием фильма, считали необходимым подчеркнуть, что по обилию и качеству спецэффектов новая картина нисколько не уступает лучшим голливудским блокбастерам. Значит, и мы тоже можем!..


Козинцев vs сэр Лоуренс


Когда первый человек слетал в космос, многие специалисты и рядовые граждане отмечали это событие как несомненное доказательство развития советской науки и техники опережающими темпами, тоже сравнивая с американской.


Но, во-первых, это был период официально признанного соперничества двух сверхдержав во всех областях, от изготовления консервов до строительства баллистических ракет и космических кораблей. А во-вторых, 12 апреля 1961 года выяснилось, что СССР не только не уступает своему сопернику, но и оказался на несколько шагов впереди него. Мы превзошли США на самом наукоемком и ресурсозатратном направлении экономики, и уже американцам требовалось прилагать огромные усилия, чтобы догнать «этих русских».


Но когда прохожие на улицах искренне радуются, что их страна может что-то делать «не хуже, чем у других», мне, ей-богу, становится обидно за державу. А самое нелепое, что ту же ахинею на голубом глазу повторяют специалисты отрасли — кинокритики, продюсеры, режиссеры…


Я не могу себе представить, что Григорий Козинцев, снимая своего «Гамлета», ставил перед собой цель — во что бы то ни стало превзойти одноименный английский фильм с сэром Лоуренсом Оливье в качестве режиссера и исполнителя главной роли. Или Андрей Тарковский своим «Андреем Рублевым» стремился бы доказать, что и русские способны снимать историческое кино не хуже, чем в Голливуде. В равной степени невероятным представляется мне соперничество с американским кино в качестве стимула при съемках таких составляющих золотой фонд отечественного кинематографа кинолент, как «Тот самый Мюнхгаузен», «Белый Бим — черное ухо», «Летят журавли», «Сталкер», «Иваново детство» и многих других, заслуживших высшие награды на международных конкурсах и кинофестивалях.


К слову, в этом смысле показательной можно считать историю с фильмом Владимира Меньшова «Москва слезам не верит», лидером кинопроката 1980 года (90 миллионов зрителей), получившим в 1981 году премию «Оскар» Американской киноакадемии в номинации «лучший фильм на иностранном языке». Вот уж где нет и намека на стремление хоть в чем-то подражать Голливуду. Снятый целиком на материале из советской реальности, фильм, тем не менее, заслужил признание у американских коллег. Вряд ли их так же впечатлит новый российский блокбастер с его спецэффектами «не хуже американских».


А мы действительно можем


Конечно, соревновательность в искусстве тоже присутствует, и всякий настоящий художник, приступая к работе над своим очередным произведением, вольно или невольно равняется на уже известные шедевры в этой области и стремится их превзойти. Но превзойти глубиной содержания, новизной взгляда на уже известные вещи, а не оглушающими и ослепляющими спецэффектами, которые вышибают из мозгов последние остатки способности воспринимать слышимое и видимое критически.


Между тем история советского и, в частности, российского кинематографа знает примеры действительно прорывного характера, когда в ходе работы над обычным, казалось бы, материалом создавались не просто шедевры, а целые жанры. Режиссер Владимир Мотыль в 1969 году снял фильм «Белое солнце пустыни», мгновенно разошедшийся на цитаты и побивший все рекорды того времени по просмотрам и сборам. За период первичного проката (около года) ее посмотрели почти 35 миллионов зрителей. По более поздним показам статистики нет, хотя наверняка к названной выше цифре следует прибавить еще минимум ее половину, поскольку «Белое солнце…» эпизодически выходило на экраны все последующие десятилетия, не раз спасая конторы кинопроката различных областей и союзных республик от финансового «пролета». И сегодня, спустя почти полвека, фильм смотрится все так же на едином дыхании.


По мнению экспертов, его авторам удалось создать новый жанр — остерн, поскольку все события развиваются на Среднем Востоке, что, кроме чисто внешнего антуража, подчеркивается и свойственной здешним жителям неспешностью, — в отличие от вестерна, динамичные сюжеты которого посвящены освоению «дикого Запада». При этом съемочной группе удалось не только избежать привычных для вестерна штампов, но еще и сопроводить действие органично вписанным в экзотичный сюжет типично среднерусским «орнаментом» в виде эпизодов-вставок с кустодиевской красавицей, женой главного героя красноармейца Федора Сухова, «любезной Катериной Матвеевной».


…Наверное, фильмы типа «Викинга» тоже нужны — хотя бы как попытки технологически не отставать от мировых стандартов. Но даже с этой точки зрения попытки выдать их появление за великое достижение ущербны по своей сути. Россия с ее природными, материальными, интеллектуальными и творческими ресурсами не просто может — она обязана во всем быть первой, не повторяя чужие успехи, а продуцируя собственные.