Россия с казавшимися уже невозможными после демонтажа коммунизма хладнокровием и бесстыдством исказила образ Олимпиады в Лондоне и Сочи. У нас были основания полагать, что после краха биполярного мира, конца ГДР и СССР тема допинга будет касаться только алчных лабораторий, непорядочных врачей, аморальных спортсменов и их тренеров. К сожалению, нынешний скандал показывает, что в путинской России у этой гидры отросла государственная голова.

МОК, то есть владелец олимпийского спектакля, судя по всему, всерьез обеспокоен. Никто больше не хочет проводить зимние Игры, летние слишком дорого обходятся, и руководитель олимпизма Томас Бах (Thomas Bach) начал говорить о том, что во время выбора хозяина летней Олимпиады 2024 года проигравшему автоматически предоставят право провести следующую — в 2028. Это сложно расценивать иначе, чем попытку создать гарантии на будущее в нестабильные времена.


Однако сначала Баху и компании придется обезвредить российскую бомбу. Если объявленная повторная проверка всех проб, взятых у российских спортсменов в Лондоне и Сочи, даст ужасающие результаты, МОК окажется в крайне сложной ситуации.

Не стоит требовать от спортивного концерна слишком много, ведь мы помним, что единодушия и жестких санкций Запада в отношении России не было ни после аннексии Крыма, ни после того, как в российско-украинском пограничье вспыхнула война.

Бах — немец, а это не лучшая исходная позиция для антипутинского крестового похода. Перед Рио-де-Жанейро уже появлялись сигналы, что примером для него будет служить, скорее, бывший канцлер Герхард Шредер, который ведет с россиянами бизнес (в прошлом Бах тоже этим занимался), чем те, кто требовал отреагировать жестко. Россиян не отстранили от участия в Олимпиаде, а ответственность переложили на международные федерации, в которых никогда не будет единодушия. Российский допинг отравил атмосферу период Играми в Рио и в их ходе, а после россияне старались доказать, что в допинговом отношении Запад тоже не безгрешен. Они обладают мощной, в особенности на внутренней арене, пропагандистской машиной, поэтому спортивная холодная война разгорелась вновь, и вторая часть доклада Ричарда Макларена (Richard McLaren) ее лишь обострит.

Тех, кто мечтает о том, что у россиян отберут чемпионат мира по футболу 2018 года, можно назвать неисправимыми идеалистами. ФИФА, которая дала россиянам это мероприятие, не считает себя частью допингового спорта и повторяет, что полностью доверяет организаторам. Кто же тогда сможет этот чемпионат отобрать? Спортивная Организация Объединенных Наций? Сложно вообразить себе даже какой-нибудь бойкот, ведь его не хочет никто, кроме немногочисленных сирот барона де Кубертена и fair play.

Одно можно предсказать точно: давление западных СМИ, призывающих не прощать Россию, будет усиливаться, а Олимпиада в Пхёнчхане (с россиянами или без) окажется отравленной, как Игры в Рио-де-Жанейро. МОК столкнулся с беспрецедентным вызовом, а опасения, что надвигается кризис, угрожающий олимпийскому движению как в спортивном, так и в экономическом плане, растут.

Ключ к решению находится в руках Кремля. И в этом состоит проблема, поскольку кажется, что Россия не готова признавать собственные ошибки. Она никогда не была к этому готова, мы знаем это лучше, чем Запад, и, возможно, поэтому надежд у меня меньше.