В России ни дня не проходит без того, чтобы не обсуждалось число иностранных игроков в российском спорте. На той неделе сам президент вновь вдохнул жизнь в дебаты: он воспользовался случаем и раскритиковал «Зенит» за то, что тот сыграл матч на Лиге Европы с восемью иностранными игроками.


Владимир Путин в отчетливо ироническом тоне восхвалял главу клуба «Зенит» Сергея Фурсенко за победу со счетом 3:1 в матче против «Реал Сосьедад», в котором «Зенит» участвовал с восемью иностранными игроками, и это стало точкой отсчета для следующей главы тех дебатов, которые наложили отпечаток на весь российский футбол 2010-х годов. Правило о количестве иностранных игроков много лет ограничивало российскую сборную и команды клубов, но в том углу ринга, где стоят те, кто принимает решения, многие считают, что это правило — недостаточно строгое. Сам Путин озаботился тем, как идут дела у «Зенита» или какой-то другой российской команды, и это может стать поводом взяться за этот вопрос. Чемпионат мира по футболу, который состоится следующим летом, для Путина — лишь способ показать себя сильным в своей стране, а также привлечь к России внимание всего мира. Конечно, он хочет погреться в лучах славы успешной национальной сборной, как было на Олимпийских играх в Сочи, но неразумно думать, что Путин тратит по несколько часов в сутки, следя за российской лигой или за игрой команды на Чемпионате Европы.


Он решил поучаствовать в дискуссии об иностранных игроках в связи с тем, что один из его ближайших соратников, бывший министр спорта Виталий Мутко, стоял за введением «правила 6+5», которое сейчас действует для клубных команд в России и подразумевает, что в составе команды, играющей в Премьер-лиге, должно быть не более шести иностранных игроков. Летом 2015 года российские команды приняли правило, согласно которому они имеют право иметь максимум 10 иностранных игроков в группе, но при этом не было никаких ограничений относительно того, сколько из этих десяти могут одновременно находиться на поле. Кто-то высоко в российском правительстве сообразил, что происходит: российские клубы, у которых осталось менее трех лет до чемпионата мира, очевидно, решили наплевать на игровое время для местных игроков, — и сообщил об этом президенту. Вскоре был подписан закон, согласно которому у правительства есть власть ограничить число иностранных игроков во всех видах спорта, которые практикуются в стране, и «правило 10+15», которое должно было начать действовать менее чем за две недели до начала матчей футбольной лиги 2015/2016, было заменено нынешним «правилом 6+5».


То, что Путин мог такое решение принять сам, неправда. Его высказывания по вопросам футбола можно пересчитать по пальцам одной руки, и, согласно большей части информации, спорт его совершенно не интересует, несмотря на то, что многие из его близких друзей работали и работают в клубах. Но большинство из тех, кого он (а в стране практически все происходит по его указке) назначил следить, чтобы чемпионат мира по футболу 2018 года стал успехом для России, убеждены, что русским игрокам требуется игровое время в российской футбольной Премьер-лиге, чтобы прийти в наилучшую форму. А главная задача клубов в преддверии 2018 года — не завоевание титулов, а подготовка игроков к Чемпионату мира 2018 года. Этих аргументов хватило, чтобы Владимир Путин летом 2015 года минут примерно за пять сочинил новый закон, который перевернул все в лиге с ног на голову и сделал для российских футбольных команд более или менее невозможной конкуренцию в Европе на разумных условиях.


Хотя множество игроков и спортивных руководителей отозвались негативно о правиле касательно иностранных игроков, это мало волнует тех, кто на практике принимает решения. Кроме того, мало кто из владельцев клубов хочет вмешиваться в эту дискуссию, так как никто не склонен перечить президенту. Единственный, кто рискнул высказаться негативно, — президент ЦСКА Евгений Гинер, но он вообще-то родился на Украине и большую часть своих дел ведет за пределами России.


О плюсах и минусах такого строгого правила насчет иностранцев я в течение года говорил так часто, что просто уже не в силах заниматься этим еще раз. Но точно так же, как и в 2010 году, я могу и в 2017 констатировать, что в мире нет ни единого примера страны, которая бы с помощью подобных строгих правил добилась успеха в работе национальной сборной или клубных команд. Во всяком случае, на период дольше одного отдельно взятого сезона. Проблема России заключалась не в том, что «Зенит» завербовал Халка, Леандро Паредеса (Leandro Paredes) или еще кого-то. Проблема все эти годы была в том, что в сфере юношеского футбола тренеры команд мальчиков получали неразумно большую плату за то, чтобы выигрывать местные турниры, при том, что ни один тренер в мире не будет заботиться о взращивании хороших игроков, когда речь идет исключительно о том, чтобы пытаться добиться победы.


Коррупция, которая в юношеском футболе не менее распространена, чем в остальных сферах жизни в этой стране, приводит к тому, что многие талантливые игроки, у которых нет богатых родителей, вынуждены смотреть, как их игровое время исчезает в пользу менее талантливых детей, чьи богатые родители платят тренерам и которых затем отправляют дальше на обучение в кузницы кадров известных команд, за места в которых, очевидно, тоже заплачено. При таких условиях, конечно, нет ничего особенно странного в том, что Россия очень редко порождает хороших футболистов, хотя и входит в число стран, где больше всего молодых людей занимается этим видом спорта.


До чемпионата мира осталось меньше года, и тем не менее можно спокойно констатировать, что дискуссия, которая по-прежнему сдерживает футбольный спорт страны, ведется все так же яростно и громко. За подборку игроков «Зенит» критиковал не только Путин. Когда нынешнему вице-премьеру Виталию Мутко (который к тому же — председатель российского футбольного союза) задали вопрос, что он думает о начале сезона «Зенита» под руководством Роберто Манчини (Roberto Mancini), он ответил, что «недоволен количеством российских игроков в командных составах. Я надеялся, что Манчини будет больше заботиться об этих игроках, а не только об аргентинцах».