Через несколько дней, 17 сентября, будет 73-я годовщина вторжения советских войск в Польшу. Порой сложно избавиться от ощущения, что они все еще тут. И речь идет не только об утраченных восточных территориях…

Бойцами партизанских отрядов Армии Крайовой, Национальных вооруженных сил и других национально-освободительных формаций часто становились простые местные крестьяне, хорошо знающие местность и окрестных жителей. Когда они встречали деревню, в домах которой они не могли найти безопасного укрытия, а владельцы этих домов благоволили больше Гвардии Людовой (военная организация Польской рабочей партии, действовавшая в 1942-43 гг., - прим.пер.), то они называли ее просто – Москва.

Подавляющее большинство таких населенных пунктов смогло разобраться с этим бесславным прошлым, но остались и те, кто не только его не стыдится, но и продолжает культивировать.

«Москва» в тени санктуария

Кодень (Kodeń), живописное село Бяльского района, - это место расположения одного из важнейших польских санктуариев Девы Мари. В том же самом месте паломники и туристы могут обнаружить стоящий ровно напротив храма с чудотворным образом памятник, как гласит надпись на нем, «советским героям» и «освободителям Коденя» (хотя немцы оставили деревню без боя).

Однако Кодень со своим небольшим монументом - это лишь незначительный пример культивирования памяти о прошлой эпохе в регионе. По сравнению с ним находящаяся неподалеку деревня Заблоче (Zabłocie) - это уже «Москва» в полном смысле слова. В центре деревни есть перекресток, а там - недавно отремонтированный на деньги ЕС дом культуры, магазин, здание добровольческой пожарной бригады, внушительное строение довоенной школы, переделываемое сейчас под тюрьму, новые тротуары. В общем – Европа. А в этой «Европе» практически друг напротив друга стоят два памятника. На первом - пятиконечная звезда и мемориальная доска в честь солдат Красной Армии, в 1944 году «освободивших» Заблоче, на втором - надпись «Сотрудникам Народной милиции и Службы безопасности (!), павшим в борьбе за установление власти народа в 1944-1947 годах».

В 200 метрах дальше сверкают на солнце купола красивой старинной церкви. Рядом с ней находится несколько могил. Можно было бы подумать, что это какие-нибудь священники и другие заслуженные жители. Проверим. Надписи на всех надгробиях сделаны кириллицей, кроме одной. Не буду упоминать фамилию, но это был один из этих «установителей», убитых антикоммунистическим подпольем, памятник которым стоит в центре деревни. За какие заслуги православный приход решил похоронить его не на кладбище, а у стен храма? Парой метров далее покоятся бренные останки тридцатилетнего мужчины, дата смерти которого интригует: 29 сентября 1939 года. Солдат? Или мирная жертва оккупантов? Ничего подобного. Загадку разрешил проходивший мимо старик. Он рассказал, что мы стоим у могилы члена коммунистического боевой группы, которая с оружием в руках напала на отходившую через Заблоче польскую часть и была ей разбита. Этот бой оказался для похороненного здесь последним.

Это не пережиток прошлого


Может быть, открытое нами прошлое деревни под Коденем - это реликт прежних времен, окутанный какой-нибудь никому неизвестной тайной? К сожалению, оба памятника блестят как новые, кто-то заботливо их отреставрировал. Кроме того - никакой это не реликт, и, более того, как мы проверили, не тайна. Все книги, посвященные истории региона, вне зависимости от того, кем и когда они были написаны, солидарны в оценке политической позиции местного населения. Две небольшие цитаты. В 2010 году профессор Хенрик Межвиньчкий (Henryk Mierzwiński) в работе «История Бялой-Подляски 1918-1939 годов» писал: «Исключение составляли жители гмины Костомлоты и Заблоче, которые находились под абсолютным влиянием коммунистов». Уже в «Монографии Бяльского района» 1939 года в разделе, посвященном Заблоче, можно обнаружить такие фрагменты: «Следует констатировать подверженность влиянию радикальных партий. Свою деятельность ведет здесь Польская социалистическая партия, которую использует в своей деятельности Компартия Западной Белоруссии».

Красная пятая колонна


Прозвучавшие в Заблоче в сентябре 39-го выстрелы - это один из многих подобных случаев внутренней агрессии по отношению к польскому государству, которые во время войны происходили на территориях, населенных симпатизирующим коммунистам населением - смешанным (украинским - на юго-востоке и немецким на западе и севере) или не имеющим четкого национального самосознания.

К счастью, не всем авторам тех выступлений ставят памятники в почетных местах. Обычно о них и их акциях вообще мало кто помнит. В некоторых деревнях после 1989 года появились свидетельства изменения в сознании людей, желания разобраться со сложной историей. Так, например, в находящемся поблизости от Заблоча селе Полоски (Połoski), в 1991 был возведен монумент, надпись на котором гласит: «На вечную память бойцам Войска польского, убитым в сентябре 1939 года украинскими коммунистами». Ведь нож в спину еще воюющей армии вбил не только СССР и родная компартия, но и действующие в восточных воеводствах страны ячейки Коммунистической партии Западной Белоруссии и Коммунистической партии Западной Украины. […]

Ренессанс памятников красноармейцам

В Википедии появилась уже отдельная статья «Памятники Красной армии в Польше» с 27 разделами, в которых можно найти информацию о важнейших рассеянных по всей стране монументах. Часть из них, как сообщают авторы текстов, недавно отреставрирована или находится в процессе реставрации. Самый громкий пример - это варшавский памятник советско-польскому братству по оружию. А сколько еще остается на польской земле подобных реликтов порабощения? Точно неизвестно. Согласно реестру Совета охраны памяти борьбы и мученичества в 1996 году их было 1007. И ошибаются те, кто думает, что с тех пор их число значительно уменьшилось. До сих пор появляются даже новые места, чествующие наших восточных захватчиков. Достаточно напомнить хотя бы об открытом два года в Оссуве (Ossów) под Варшавой назад памятнике большевикам, погибшим в 1920 году.

Кодень и его окрестности, с которого начиналась статья, это не позорное исключение, а современная Польша под увеличительным стеклом. Вроде бы свободная, но все еще остающаяся в тени красной звезды. И эта звезда вновь начинает светить все ярче.