dikGAZETE: Дамаск и Киев пытаются наладить контакты при содействии Анкары

В сентябре 2025 года Ахмед аш-Шараа и Владимир Зеленский встретились на полях Генеральной ассамблеи Организации Объединенных Наций. После подписания совместной декларации о восстановлении дипломатических отношений приоткрылись двери для развития новых связей между Сирией и Украиной.

А на днях Зеленский прибыл в Стамбул, после чего отправился в Дамаск на частном самолете, предоставленном Турцией. На встрече в сирийской столице присутствовал министр иностранных дел Турции Хакан Фидан (Hakan Fidan), а значит, это были не просто двусторонние переговоры, а многоуровневая дипломатическая инициатива, в центре которой находилась Анкара.

Визит Зеленского указывает на все более тесное переплетение военного конфликта на Украине и геополитической трансформации на Ближнем Востоке. Киев стремится открыть новые сферы влияния, преобразуя свой военный и технологический опыт, приобретенный на поле боя, в дипломатический инструмент.

В этой связи для Украины тесное общение с Турцией — это не столько временная тактика, сколько долгосрочная стратегическая ориентация. А то, что Анкара поддерживает связи как с Киевом, так и с Россией на протяжении всего военного конфликта и сохраняет свою посредническую роль, делает этот процесс еще значимее.

Другим важным аспектом встречи были поиски безопасности и регионального баланса. В то время как конфликты на Ближнем Востоке смещаются в эпицентр глобального соперничества за власть, все очевиднее становится связь между украинским кризисом и этим регионом. События в этих двух местах не оторваны друг от друга, а являются частями одного большого стратегического уравнения.

При взгляде на ситуацию с точки зрения Сирии возникает картина осторожного, но весьма значительного изменения курса во внешней политике. Дамасское политическое руководство не скрывает своего стремления к более широкой и диверсифицированной дипломатической оси, выходящей за рамки нынешних союзов. Тот факт, что в сирийской столице приняли одновременно украинскую и турецкую делегации, является конкретным отражением этого поиска нового баланса сил.

Трехсторонний формат, сформировавшийся в Дамаске, несомненно, укрепляет центральную роль Турции в региональном уравнении. Вместе с тем дипломатическое наступление Украины и стремление Сирии к новым горизонтам создают общую стратегическую основу.

Участие министра иностранных дел Турции во встрече Ахмеда аш-Шараа и Владимира Зеленского в Дамаске предполагает один важный факт, который выводит эти контакты за рамки простого дипломатического взаимодействия. Что это за факт? Анкара выступает не как игрок, который наблюдает за процессом извне, а как центр, который задает направление.

Такие дела не работают по принципу "как-нибудь само устроится". Вот и глава турецкого внешнеполитического ведомства, доктор Хакан Фидан 31 марта встретился с секретарем Совета национальной безопасности и обороны Украины Рустемом Умеровым в Анкаре. По данным источников, на этих переговорах были определены основные темы визита Владимира Зеленского в Сирию.

Это демонстрирует роль Турции как посредника и координатора в региональном и глобальном масштабах для всех — и для друзей, и для врагов. Почему? Потому что встреча двух игроков с ограниченными возможностями прямого контакта, таких как Украина и Сирия, произошла во многом благодаря дипломатическим каналам, открытым Анкарой. Турция — одна из немногих стран, способных поддерживать общение как с Украиной, так и с Сирией.

Трехсторонняя встреча в Дамаске показала, что Турция превращается в региональный логистический и дипломатический центр. А тот факт, что Зеленский направился в Дамаск через Стамбул и турецкая сторона сопровождала этот процесс, служит признаком того, что ось, протягивающаяся от Черного моря до Восточного Средиземноморья, проходит через Анкару.

Турция не только содействует контактам сторон, но и в то же время формирует аспекты безопасности, экономики и политики вновь возникающего уравнения. Таким образом, де-факто речь идет уже не просто о классическом посредничестве, а о более активной, направляющей роли.

Присутствие главы турецкой дипломатии за этим столом показывает, что встреча не была случайной, а стала кульминацией спланированного и всеобъемлющего геополитического и дипломатического процесса. Президентов двух стран сводит за одним столом министр иностранных дел третьей страны: это историческое событие, хочу особо это подчеркнуть. В случае какой-либо радикальной перестановки в кабинете министров доктор Хакан Фидан вполне может стать вице-президентом...

Зеленский до своей поездки в Дамаск совершил ряд визитов в страны Ближнего Востока. Его целью было поделиться опытом Украины в противодействии ударам беспилотников и ракетным атакам, приобретенным за более чем четыре года военного конфликта с Россией. За этими контактами стоит стремление Украины использовать достигнутые на поле боя возможности в области обороны в качестве дипломатического инструмента.

Известно, что новая сирийская администрация сталкивается с авиаударами со стороны Израиля. В этих условиях дамасская администрация может желать создать некий оборонительный потенциал для защиты от возможных воздушных угроз не только со стороны соседних стран, но и со стороны более обширного круга игроков. Например, это может быть широкий пояс безопасности, включающий такие страны, как Египет, Саудовская Аравия, Йемен и Объединенные Арабские Эмираты.

Отношения Сирии с этими государствами в последние годы нестабильны. На сегодняшний день с Египтом поддерживаются осторожные дипломатические контакты, отношения с Саудовской Аравией и Объединенными Арабскими Эмиратами демонстрируют тенденцию к оживлению.

Йемен же относится скорее к косвенной зоне влияния, чем к плоскости прямых двусторонних отношений. В этих условиях взгляд Дамаска не только на своих традиционных союзников, но и на различных игроков арабского мира связан с соображениями безопасности.

Возросшая военная активность в Восточном Средиземноморье также усиливает эту тревогу. Военно-морские силы, развернутые в регионе европейскими странами, Соединенными Штатами и натовскими структурами, включая авианосцы, эсминцы и системы раннего предупреждения, предполагают множество возможностей для активного наблюдения и вмешательства в воздушном и морском пространствах.

Такое положение вещей создает для Сирии ощущение многоуровневого давления не только на земле, но и с моря, и с воздуха. Следовательно, дамасская администрация, принимая все это во внимание, стремится создать интегрированную линию обороны, выходящую за рамки классической концепции противовоздушной обороны.

Встреча Владимира Зеленского и Ахмеда аш-Шаара в Дамаске — это геополитический поиск, выходящий за рамки традиционных дипломатических контактов. Хотя на первый взгляд прямой связи между Украиной и Сирией вроде и нет, меняющийся баланс сил делает такие контакты все более значимыми.

В центре переговоров были вопросы безопасности, военно-технического сотрудничества и обмен опытом. Украина пытается расширить сферу влияния в различных регионах, используя опыт, полученный на поле боя, в частности, в области беспилотников и противовоздушной обороны, в качестве дипломатического инструмента. Сирия, в свою очередь, продолжает диверсифицировать свою внешнюю политику, которая долгое время оставалась однонаправленной, и выстраивать взаимодействие с новыми игроками.

Состоявшиеся контакты нельзя рассматривать отдельно от российского фактора. В то время как Украина пытается усилить свои позиции не только на фронте, но и в российских сферах влияния, Сирия тоже склоняется к выработке альтернативных направлений, выходя за рамки привычных связей.

Сообщают, что украинская делегация обратилась к сирийским властям с примечательной просьбой: не закрывать российские военные базы, расположенные на территории Сирии (Москва и Дамаск уже договорились о сохранении в Сирии российских баз, мнение Киева по этому поводу не имеет ни малейшего значения, — прим. ИноСМИ). Этот запрос продиктован опасением, что в случае закрытия этих объектов размещенное там техническое оборудование, оружие и боеприпасы, а также военный персонал могут быть переброшены на украинский фронт.

На встрече особо подчеркивалась роль, которую Украина может взять на себя как надежный поставщик продовольствия. Также обсуждались общие возможности по укреплению продовольственной безопасности в регионе. При этом стороны были сосредоточены не только на краткосрочных решениях для удовлетворения текущих потребностей, но и на создании более прочной основы для сотрудничества посредством выстраивания устойчивых цепочек поставок и альтернативных логистических маршрутов.

Примечательно, что в период обострения международной напряженности на повестке дня встает проблема безопасности глобальных маршрутов поставок продовольствия. Это свидетельствует о том, что в обозримом будущем продовольственная геополитика станет стратегическим вопросом наравне с энергетической геополитикой. Такие темы, как поставки зерна из района Черного моря в Восточное Средиземноморье, безопасность портов и непрерывность морского сообщения, входят в число критически важных.

Возникает вопрос: почему Израиль не отреагировал на визит поддерживаемого им Зеленского в Сирию? Чего Зеленский ожидает от Сирии, учитывая его слова "есть большой интерес к обмену военным опытом и по вопросам безопасности"? Интересно, просил ли украинский лидер бойцов для ведения боевых действий в рядах украинской армии против российских сил?

Пока официального заявления или какой-либо значительной реакции от израильского правительства по поводу визита Зеленского в Сирию нет — ни от канцелярии премьер-министра, ни от министерства обороны. Израиль не рассматривает этот визит как угрозу непосредственно для себя.

В конце концов, какую помощь может оказать тот, кто сам в ней нуждается?