С приближением в России президентских выборов 2018 года вновь встает вопрос об участии в них Владимира Путина. Новая длительность президентского срока (два мандата по шесть лет) задумывалась так, чтобы Путин находился у руля в 2020 году, который станет решающим в плане окончания первой фазы реструктуризации российских вооруженных сил.


Владимир Путин с большой долей вероятности вновь выставит свою кандидатуру и будет переизбран к огромному разочарованию западных официальных лиц и традиционных СМИ, которые не упустят случая излить желчь и фрустрацию от того, что совершенно не силах повлиять на результаты выборов.


Владимир Путин появился на российской и международной политической арене чуть более 18 лет назад. О нем тогда мало что знали даже в России, не говоря уже об остальном мире.


Когда угасавший Борис Ельцин назначил в 1999 году Владимира Путина премьером РФ, никто даже представить себе не мог, что тот вывернет наизнанку все прогнозы о казавшемся тогда неизбежным развале России с образованием нескольких независимых государств.


Казалось, что спасение может прийти разве что от Евгения Примакова, настоящего тяжеловеса в политике и относительно жесткого человека в отношениях с Западом. Тем не менее, президент Ельцин и его окружение преградили ему путь.


Мы уже никогда не узнаем, кого видел Борис Ельцин в лице Владимира Путина — лидера, который должен спасти страну от краха, или очередного главу государства в руках олигархов.


В любом случае, те дали согласие на появление этого нового волка, сказав себе, что без их финансовой поддержки Путин либо проиграет выборы, либо будет быстро свергнут. Он должен был быть обязанным им, чтобы они могли и дальше беспрепятственно грабить страну.


На посту президента Владимир Путин сначала соблюдал условия «сделки». Он не стал начинать следствие по поводу мошеннического приобретения жемчужин советской промышленности или судить ельцинскую семью за личное обогащение и потворство криминальным методам олигархов.


Но он медленно, но верно принялся восстанавливать государственную власть вплоть до самых отдаленных регионов страны. Иначе это можно назвать формированием вертикали власти.


Итоги двух первых мандатов


Владимиру Путину повезло с тем, что США увязли в затяжных и дорогостоящих войнах в Афганистане и Ираке. Они наверняка считали, что Россия уже не оправится, и не уделили должного внимания стране, которая, как никто другой, могла поставить под сомнение их военную гегемонию в мире.


Владимир Путин был первым иностранным лидером, кто выразил поддержку США после событий 11 сентября. Он не стал бы налагать вето на вторжение в Ирак в 2003 году без настояния Франции, потому что стремился в первую очередь сохранить хорошие отношения с Америкой.


Реорганизация страны благодаря прямому назначению губернаторов Кремлем (это позволило вернуть контроль над удаленными регионами) и подъем цен на нефть на мировых рынках стали двумя важнейшими элементами, которые позволили ему укрепить власть и освободиться от денег олигархов.


Россия, наконец, сбросила с себя груз катастрофических 1990-х годов, демонстрируя 7% роста экономики. Уровень жизни россиян вернулся на достойный уровень.


Хотя Владимир Путин и не выглядел покладистым партнером, Запад или точнее семь остальных стран G8 считали, то у них имеется достаточно средств, чтобы контролировать нового члена клуба. Дальнейшие события покажут, были они правы или нет.


Спорный период Медведева


Его можно назвать «спорным», потому что Запад питал иллюзии о том, что после катастрофического (для него) грузинского эпизода Россия вернется в строй и подчинится воле представленного G8 и НАТО западного руководства.


Президентство Дмитрия Медведева началось в 2008 году с войны на Кавказе в результате грузинской провокации. В результате все впервые смогли убедиться в том, что российская армия уже не была в настолько же кризисном состоянии, как в 1990-е годы, пусть даже у нее и имелись пробелы, на которые немедленно указали западные СМИ.


Эта международная инициатива стала одной из немногих, по которым новый президент и ставший его премьером Владимир Путин говорили в один голос.


Что касается подавляющего большинства прочих президентских решений, Владимир Путин зачастую отвечал, что сам бы поступил иначе, однако не стал оспаривать право президента на принятие решений.


Мы не станем составлять исчерпывающий список, но все же выделим некоторые из них:


— Голосование по новым санкциям против Ирана в Совбезе ООН в 2010 году.


— Решение воздержаться во время голосования по резолюции 1973, которая повлекла за собой натовские бомбардировки в Ливии.


— Отказ от поставок ракетных комплексов С-300 в Иран.


— Приобретение двух вертолетоносцев «Мистраль» с возможностью покупки еще двух.


— Соглашение с Норвегией по Шпицбергену.


Все это позволяет с уверенностью говорить о том, что четыре года президентства Дмитрия Медведева не следует рассматривать как часть периода власти Владимира Путина, который в тот момент лишь очень незначительно (если вообще) воздействовал на внешнюю политику страны.

 

Дмитрий Медведев, разумеется, консультировался со своим премьером, однако брал на себя всю ответственность и общался с другими советниками. Западные лидеры обрели в Медведеве намного более сговорчивого президента России и надеялись, что он останется у руля.


2012 год — громкое возвращение


Насчет участия Владимира Путина в президентских выборах 2012 года практически не было сомнений. Американские вмешательства в выборы достигли огромных масштабов, а посольство СЩА фактически служило штабом прозападной оппозиции. Российское вмешательство в американские выборы в 2016 году можно рассматривать лишь как маленький ручеек по сравнению с бурным потоком всевозможных инициатив за этот период. А именно: финансирование политической оппозиции, активизация российских НКО с подачи западных коллег, договоренность американских агентов с либеральной оппозицией, давление на олигархов, инсинуации насчет мошенничества в западных СМИ, обвинения в непомерном личном обогащении Владимира Путина и т.д.


Было очевидно, что вашингтонское «глубокое государство» и его европейские аналоги постараются осложнить мандат Владимира Путина и испытать его решимость на прочность в надежде, что он отреагирует, как советский лидер.


Ко всеобщему (в том числе и моему) удивлению, Владимир Путин неизменно вел себя умеренно, оставляя открытым путь для выхода из кризиса. В критические моменты, когда под угрозой оказывались жизненно важные интересы страны, он сумел быстро предпринять решительные шаги. К их числу относятся, например:


— спасение Виктора Януковича;


— законная аннексия Крыма для того, чтобы Севастополь в будущем не оказался в руках НАТО;


— помощь и, возможно, точечное вмешательство в Донбассе;


— вмешательство при сотрудничестве с Ираном для спасения светского сирийского режима.


Его действия отдаляют Россию от западных позиций и вызывают глубокий раскол в отношениях с Европейским союзом.


Кто может потягаться с Путиным в 2018 году? 


Президентские выборы в России пройдут спокойнее, чем в США и Франции? Пока еще говорить об этом слишком рано, однако уже сейчас можно с уверенностью заявить о том, что оппозиция подойдет к выборам как никогда разобщенной, и что основная часть антипутинской кампании будет идти в западных СМИ.


Все еще популярной в России Компартии придется сделать выбор между своим лидером Максимом Сурайкиным (39 лет) и историческим кандидатом Геннадием Зюгановым (73 года).


Не откажется от участия и Владимир Жириновский (71 год) с его ЛДПР.


Все еще разобщенные прозападные либералы выставят одного или нескольких кандидатов, в частности, вероятно, Михаила Касьянова (60 лет), если у него получится собрать нужное количество подписей.


Слегка удивительным стало заявление об участии Бориса Титова от «Партии Роста». Это объединение защищает права предпринимателей и всегда было верным Владимиру Путину. Наверное, именно с его подачи оно попытается оттянуть голоса у прозападных либералов.


То же самое наверняка касается и кандидата от «Справедливой России» Сергея Миронова (набрал 3,9% на прошлых президентских выборах), а также нескольких независимых и одного эколога, если, конечно, у них получится набрать необходимое количество подписей. Посмеет ли Михаил Прохоров или какой-то другой олигарх бросить дорогостоящий вызов Владимиру Путину, как это было в 2012 году? Честно говоря, сильно в этом сомневаюсь с учетом непопулярности олигархов, однако полностью вычеркивать такую перспективу нельзя.


Алексей Навальный, антикоррупционный агитатор, которого самого признали виновным в расхищении средств, видимо, отметится своим отсутствием. В настоящий момент он по закону не может участвовать в выборах, и я не думаю, что Владимир Путин уступит западному давлению и амнистирует его. Если же у него в конечном итоге все же получится зарегистрировать свою кандидатуру, это будет означать, что Путин не видит опасности для себя с его стороны.


Кроме того, он очень плохо проявил себя в последних теледебатах, когда путался в собственной программе. Ему больше не удается собирать те же толпы, что в 2011 году, а его конкуренты из оппозиции явно не намерены объединяться вокруг него.


Как бы то ни было, с президентскими выборами 2018 года связан еще один важный момент. Он еще не был подробно рассмотрен, однако мне хотелось бы обсудить его.


Сокращения среди 755 сотрудников американских дипломатических представительств в России станут сильнейшим ударом по возможностям связанных с ними организаций с точки зрения вмешательства в президентские выборы.


С оставшимися 455 сотрудниками у США больше не будет достаточно подготовленного и обладающего дипломатическим иммунитетом персонала для проведения столь же масштабной агитации, как в 2011 и 2012 годах.


Без особого риска ошибиться можно предположить, что ответ на последние антироссийские меры затронет в первую очередь присутствующие на российской территории американские организации, которые могли бы призвать к проведению протестов против результатов президентских выборов.


Кроме того, финансируемые Западом политические НКО были дискредитированы с принятием закона об «иностранных агентах», который, кстати говоря, опирается на действующую в США еще с 1938 года аналогичную меру.


Что касается новых американских санкций, которые нацелены на имущество олигархов и, косвенно, на покупательную способность россиян, они произведут эффект слишком поздно, чтобы поднять всеобщее недовольство. Кроме того, олигархи вряд ли поставят на кон все свои активы в России, устроив попытку государственного переворота, которая, скорее всего обречена на провал.


Следует также напомнить о реорганизации сил МВД, которая подразумевала влияние спецподразделений под единым командованием в 2012 году. В распоряжении власти имеется Национальная гвардия в 400 000 человек под командованием верного соратника Путина Виктора Золотова.


Повторюсь: Владимир Путин хорошо продумал ответ и мастерски выбрал подходящий момент.


Размышления о сроке пребывания у власти


Говорят, что власть развращает, что от нее возникает усталость, что ее смена позволяет привнести динамизм в политику, и что оппозиция должна прийти к власти. Но можно ли с уверенностью сказать, что эти утверждения верны везде и всегда?


Мы все свято верим, что представительная демократия является высшей демократической системой, и не заметили, что эта самая демократия постепенно выскальзывает у нас из рук.


В чем еще заключается смысл избрания представителя народа в собрание, которое может принимать решения лишь по ограниченному кругу вопросов и не имеет возможности высказаться по самой важной тематике? И что может принести смена власти в такой обстановке?


Нет сомнений, что в системе вроде ЕС, которая тяготеет к либерализму, и где основные решения носят социально-экономический характер, долгие мандаты могут привести к формированию связей между властью и определенными деловыми кругами. Как бы то ни было, главным образом все это происходит на европейском и региональном уровне, где число мандатов не ограничено.


Действительно ли лучший способ решения проблемы заключается в ограничении числа последовательных национальных мандатов, которое мешает честным и компетентным политикам и, следовательно, вредит интересам граждан?


Не лучше было бы сформировать систему, которая позволила бы лишить политика полномочий при наличии злоупотреблений или же поставить под сомнение решения правительства на референдуме, особенно в странах с сильной президентской властью?


В странах с представительной демократией наберется немало примеров политиков, которые долгое время оставались у власти не вызывая каких-либо протестных движений.


Приведем в пример в частности:


— Неру: 17 лет во главе Индии, мандат был прерван в результате убийства.


— Маргарет Тэтчер: 16 лет и еще 4 года на посту госсекретаря.


— Франсуа Миттеран: 14 лет и 11 министерских портфелей при IV Республике.


— Ангела Меркель: 12 лет и 8 лет в министерствах при Гельмуте Коле. В сентябре она поборется за четвертый по счету мандат.


— Биньямин Нетаньяху: 11 лет и различные министерские посты (финансов и иностранных дел) с 2002 по 2009 год. В настоящий момент он находится у власти, и в Израиле не существует на этот счет каких-либо ограничений.


— Жак Ширак: 12 лет на посту президента и предшествовавшая тому долгая политическая карьера.


Другие главы государств не смогли вновь выставить свою кандидатуру, несмотря на собственную популярность и спорную репутацию преемника. Так обстояли дела с Биллом Клинтоном, Лулой и Мишель Башле.


В то же самое время мы видели президентов, которые дорабатывают до конца мандата, несмотря на чрезвычайно низкие рейтинги. В одной лишь Франции стоит вспомнить недавние примеры Николя Саркози и Франсуа Олланда.


Если Владимира Путина переизберут на четвертый срок в марте будущего года (как, вероятно, Ангелу Меркель в сентябре), он завершит политическую карьеру в 2024 году с 20 годами президентства и 4,5 годами премьерства за плечами. Действительно ли это так много?


В такой либерал-консервативной государственной системе как Россия, которая стремится к независимости от глобализованного либерализма, смена власти может повлечь за собой скачки, как при президентстве Дмитрия Медведева.


Думаю, что в случае России аргумент насчет числа мандатов в еще большей степени является аргументом противников Путина, которые стремятся убрать его из власти. Подавляющее большинство россиян хотят, чтобы тот остался президентом.


Стоит отметить, что Владимир Путин неизменно следовал букве закона, а его легитимность опиралась на победу в первом туре с результатом более 50% голосов. То есть, оспорить ее никак не получится.


У меня нет окончательного мнения насчет числа мандатов, но мне кажется, что оно должно варьироваться в зависимости от обстоятельств, и что у каждого государства должно быть право выбирать наиболее подходящую для него систему.


Заключение


У американской системы был свой кандидат, и она проиграла. У французской системы тоже был свой кандидат, и он победил. То же самое происходит и в России. У российской системы есть свой кандидат в лице Владимира Путина, и он сделает все, чтобы добиться избрания в первом туре легальным способом. Это предоставит ему огромную легитимность.


Он явно не наберет 80% (его нынешний рейтинг), однако 63%, как в 2012 году, или даже просто абсолютное большинство в первом туре уже стали бы большим успехом. Единственное, что могло бы омрачить его победу, это низкая явка избирателей.


Еще шесть лет с Владимиром Путиным во главе России явно не по душе европейским лидерам, однако они никак не могут этому помешать, если не считать его физического устранения.


Поэтому у них остается лишь два варианта действий.

 

— Слепо идти за США по пути разрыва отношений с Россией. Это повлечет за собой окончательное подчинение Европы.

 

— Альтернатива заключается в том, чтобы начать жесткий разговор с американцами, убедить их, что мир завтрашнего дня будет аполярным или многополярным, и что их мечта о «новом американском веке» может привести к апокалипсису.


К сожалению, первый вариант — намного более вероятный. Реализация или отказ от проектов «Северный поток-2» и «Турецкий поток» для газоснабжения Европы станут решающей проверкой для будущего европейского континента.


Некоторые расценят данную статью как очередной панегирик Владимиру Путину, поскольку я не говорю о проблемах, которые так и не были решены в России после его прихода к власти: коррупция, доступ оппозиции к СМИ, непрозрачность политической жизни и государственных заказов (например, по тому же Керченскому мосту), слабый экономический рост, туманность судебной системы и т.д.


Прежде всего, стоит сказать, что большую часть этих проблем не решили и у нас самих. Кроме того, ситуация после ухода Бориса Ельцина явно улучшилась, а Владимир Путин в противном случае не пользовался бы такой народной поддержкой.


К тому же стоит отметить, что Россия занимает оборонительную позицию, и что в стране есть интеллектуальная и экономическая элита, на которую очень сильно воздействует западное давление, не дающее вести бизнес в привычных условиях. В таких условиях и для предотвращения любой подрывной деятельности власть удерживает контроль над политикой и экономикой. Нам с наших либеральных позиций это может показаться ненормальным, однако напомню, что Россия — намного консервативнее, и что у нее остались плохие воспоминания о временах разгульного либерализма при Ельцине.


Поэтому, наверное, стоит поскорее стать реалистом и осознать, что Россия Владимира Путина не уступит ничему, что ставит под угрозу безопасность и традиционный образ жизни россиян. Пытаться уничтожить Россию, разрушая при этом себя самого, — это суицидальное, шизофреническое и совершенно бесполезное поведение.


Несмотря на все те колоссальные средства, которые США задействуют, чтобы навязать глобализованный либеральный капитализм всему остальному миру, их политическое влияние сокращается, а все более частое применение принудительных экономических и военных мер свидетельствует об их слабости.


Реализм говорит нам, что 80% планеты отвергают глобализацию и представительную парламентскую систему в том виде, в каком мы сами ее практикуем. Ее (пусть и необоснованно) увязывают с так называемыми «гуманитарными» войнами и колониализмом, которые разрушили значительное число стран и обанкротили множество других после того, как капитализм и США (главный источник этой экономической модели) решили навязать ее остальному миру.


Мы все чаще видим, что мировая торговля обходится без доллара. Юань постепенно становится обменной валютой в Азии. Индонезия недавно приобрела 11 российских боевых самолетов по бартерной системе. Россия в свою очередь тоже подписала соглашения об отказе от доллара при расчетах с рядом стран: Турцией, Ираном, Китаем и т.д. Ведется обсуждение использования национальных валют в двусторонней торговле в рамках БРИКС. Россия и Китай мягко способствуют формированию новой системы расчетов с третьими странами на основе обратимого в золото юаня, вытесняя тем самым доллар, на котором зиждется вся экономическая мощь США.


Все это говорит о том, что в мире, который в скором времени окончательно отойдет от однополярной модели, мы все чаще будем возвращаться к издавна существующей практике торговли государства с государством при параллельном существовании нескольких экономических моделей. Либеральный капитализм проиграл борьбу за глобальное доминирование.


Мы можем об этом сожалеть или отказаться признавать этот факт, однако это неизбежно, и нам следовало бы поскорее подготовиться к нему.