В конце XIX века Кнут Гамсун (Knut Hamsun) посетил Турцию. Его сильно привлекал ислам и турки. В рассказе «В стране полумесяца» он рассказал о своем взгляде на отношения между турками и христианским армянским меньшинством: «В то время как западные газеты полны плача о жестокой судьбе этого народа, на Востоке не трудно услышать, что они заслужили такую судьбу… В самой Турции они выживают собственных детей этой страны из одного места за другим и занимают сами эти места. В их руки попадает торговля, ростовщичество и деньги. И эксплуатация людей».


Описание Гамсуна далеко от истины. Большинство армян были обычными крестьянами, хотя встречались среди них и богатые купцы. Тем не менее рассказ Гамсуна показывает некоторые из предрассудков, которые существовали в отношении к армянам и которые вскоре привели к катастрофическим последствиям для армянского народа.


Волна национализма


За десять лет до посещения Гамсуном этой территории турецкая империя потеряла большую часть своих европейских владений, которые находились под ее властью с XV века. Такие страны, как Греция, Болгария, Румыния и Сербия, одна за другой вырывались из-под ее власти.


Волна национализма затронула и армянское меньшинство Турции. Армяне считали себя лояльными гражданами, не устраивали мятежи и не требовали независимости, они хотели лишь реформ и больших прав. В ответ на это султан подавил движение за реформы. Более 200 тысяч армян были убиты.


В 1908 султан был свергнут так называемым «младотурками», которые постепенно начали двигаться в направлении националистического экстремизма. Во время одной правительственной конференции политик Назим Бей (Nazim Bey) заявил: «Я хочу, чтобы жили только турки. И я хочу, чтобы они жили здесь на этой территории и были независимы. Все элементы за исключением турок должны быть уничтожены независимо от религии, к которой они принадлежат. Эта страна должна быть очищена от чуждых элементов».


Теперь, после того, как империя сократилась до размеров первоначальной турецкой территории, здесь выделялась одна большая группа национального меньшинства — христианские армяне.


Мятеж


Во время Первой мировой войны Турция объединилась с Германией и Австро-Венгрией и находилась в состоянии войны с Францией, Великобританией и соседней Россией. Большинство армян были лояльны (по отношению к турецкому правительству) и смело сражались в турецкой армии.


Существовало также радикальное меньшинство, считавшее мировую войну возможностью освободиться. Некоторые из представителей этого меньшинства поступили на службу к врагам Турции или стали их агентами. Их было не много, но достаточно для того, чтобы ненависть младотурок к ним стала еще сильнее.


Зимой 1914-1915 года взбунтовались армяне провинции Ван. Они заявляли, что восстали, чтобы защитить себя от турецких злоупотреблений. Они по-прежнему помнили массовые убийства XIX века. Турки напротив считали, что мятеж был еще одним доказательством того, что армяне — предатели, которые готовились к нашествию неприятеля, поскольку провинция Ван граничила с Россией.


Страх лишь усилился после того, как некоторые армянские экстремисты устроили в этом районе массовые убийства мусульман среди турок и курдов. «Младотурки» решили, что «армянский вопрос» должен быть решен окончательно.


В марте 1915 года все губернаторы Турции получили телеграмму, подписанную Талаатом-пашой (Talaat Pasha): «Джемиет (собрание младотурок) решил вырвать с корнем и уничтожить силы, которые столетиями выступали против нас. Чтобы сделать это, мы вынуждены прибегнуть к использованию кровавых методов».


Казни


В последующих телеграммах текст был еще более ясным: «По приказу Джемиета правительство решило уничтожить всех армян, живущих в Турции… Их физическое существование должно прекратиться, включая женщин, детей, инвалидов и больных, невзирая на то, сколь трагическим может быть способ транспортировки». Талаат-паша отрицал отправку этих телеграмм, и с этим согласны многие историки. Независимо от того, кто их написал, телеграммы стали началом большой трагедии армян.


В первую очередь преследования обрушились на армянских солдат турецкой армии. Их отправляли на самые опасные участки фронта и посылали в самоубийственные атаки. Выжившие были казнены. 24 апреля 1915 года примерно 250 армянских лидеров и представителей интеллигенции были арестованы в Константинополе. Большинство из них были позднее казнены.


С тех пор 24 апреля стало среди армян называться «Красным воскресеньем». После уничтожения прослойки руководителей и военнослужащих армянское общество оказалось беззащитным.


Работа Нансена


Фритьоф Нансен был одним их тех, кто активнее всех выступал в поддержку армян. В книге «По Армении» 1927 года он дал личное описание произошедшего: «Все страхи, подобных которым нет в истории, стали действительностью. Из всех деревень Киликии, Анатолии и Месопотамии армян выгоняли на их марш смерти… Все должно быть зачищено от армянской жизни. Поскольку большинство мужчин были отправлены на фронтовые работы, из домов выгоняли в основном женщин, детей, стариков и калек… Несчастных из всех деревень соединяли в большие колонны и без воды и пищи гнали через горы в арабские пустыни, где не было сделано ничего, чтобы принять и поддержать толпы этих бедных голодных людей. Ведь план состоял в том, чтобы те, кто не сорвался в пропасть и не погиб в пути, умерли от голода».


Беженцы


В течение весны и лета 1915 года было уничтожено примерно полмиллиона или полтора миллиона армян. Настоящие цифры мы, видимо, никогда не узнаем. Однако этого было достаточно, чтобы министр внутренних дел Талаат-паша в конце августа 1915 года смог сказать: «Армянский вопрос больше не существует».


Но для Фритьофа Нансена эта тема лишь развивалась. В 1920 году знаменитый полярный исследователь был назначен Лигой Наций, предшественницей ООН, Комиссаром по делам беженцев.


Одной из главных проблем были примерно 300 тысяч армянских беженцев, выживших после массовых убийств в Турции. Они не могли вернуться в Турцию и у них не было собственного национального государства. Президент США Вудро Вильсон (Woodrow Wilson) предложил создать для армян собственную страну в районе на границы России и Турции, но западные державы не выказали никакого желания поддержать этот проект ни военной силой, ни экономическими средствами.


Расстроенный Нансен писал, что «со стороны западных держав Европы и Соединенных Штатов Америки последовали…. только слова».


Пытался получить советскую поддержку


В результате Нансен обратился к социалистическому Советскому Союзу. В 1920 году коммунисты создали Армянскую советскую социалистическую республику на Кавказе с столицей в Ереване. Это была историческая родина армян с большим армянским населением.


Летом 1925 года Нансен отправился в этой район, чтобы ознакомиться с условиями и возможностями для приема армянских беженцев. Нансен с восторгом воспринял то, что сделали коммунисты: «Там, где был хаос, бедность и голод, установлен порядок и даже некоторая степень уюта, а общество постоянно развивается благодаря многочисленным новым и важным мерам под эффективным руководством».


Он также сделал колкое замечание в адрес западных держав: «Странно, что именно со стороны тех, кто не выполнил своих обязательств и не сделал ничего, чтобы помочь армянам, которым очень нужна была эта помощь, когда это было необходимо, следуют упреки в адрес армян за то, что они приняли советскую власть, чтобы спасти страну и народ».


Нансен надеялся разместить 50 тысяч беженцев в этом районе — в частности, строя каналы и объекты водоснабжения, чтобы сделать пустынные территории Армении плодоносными. Советская власть поддерживала этот проект, но ей нужна была экономическая поддержка, поскольку революция и гражданская война разорили страну.


Лига Наций отказала в поддержке коммунистической Армении. Чтобы найти деньги, Нансену пришлось отправиться в поездки и делать доклады, а также пытаться заручиться поддержкой частных доноров. В 1928 году Нансен собрал достаточно денег, чтобы запустить свой скромный проект.


Чувствовал поражение


Около 20 тысяч армянских беженцев получили новую родину, но это было далеко не то, на что надеялся Нансен. Он писал с огорчением: «Почему Лига Наций создает комитеты, чтобы узнать, можно ли что-либо сделать для бездомных армянских беженцев? Она делает это для того, потому что ее мучает совесть (если она еще осталась)?…Горе армянскому народу, втянутому в европейскую политику! Было бы лучше, если бы ни один европейский дипломат не произносил это название».

 

Фритьоф Нансен умер в 1930 году, убежденный, что работа ради армян была самым большим поражением его жизни. Но сегодняшние армяне вряд ли согласятся с ним.


При открытии памятника в Ереване в связи со 150-летием Нансена министр иностранных дел Армении Эдвард Налбандян сказал: «Нансен помог армянскому народу в один из самых трудных для нас периодов. Он спас не только сотни тысяч армян, но и веру в то, что в людях есть нечто доброе. Веру в то, что после 24 апреля придет 25».