Номер за 3 марта 2005 года. "Все возможно", - сказал Михаил Касьянов, когда (вслед за его критикой в адрес правительства России спустя год после того, как президент Владимир Путин уволил его с поста премьер-министра) ему задали вопрос, не собирается ли он баллотироваться в президенты в 2008 году. В сравнении с Михаилом Фрадковым, его податливым и чрезмерно расхваливаемым преемником, г-н Касьянов теперь вспоминается как независимый реформатор, внезапное увольнение которого ознаменовало окончательное воцарение в Кремле "силовиков". Проводятся аналогии с Виктором Ющенко, когда-то премьер-министром Украины, а ныне ее президентом. Возможно, они неправильны, но вся эта суета все-таки указывает на два вопроса относительно либеральной оппозиции России.

Ни один из этих вопросов не относится к тому, станет ли г-н Касьянов следующим президентом. В России все возможно, а популярность г-на Путина несколько упала. Однако потребовалось бы что-то огромное, чтобы помешать победе в 2008 году выбранного им преемника (в настоящее время фаворитом считается министр обороны Сергей Иванов) или, если он изменит конституцию и выставит свою кандидатуру на 3-й срок, самого г-на Путина.

Первый вопрос: могут ли враждующие между собой либеральные фракции России объединиться и затем стать во главе широкой оппозиции в украинском стиле, имея в виду достижение победы на парламентских выборах 2007 года и, возможно, на президентских выборах 2012 или 2016 года. Союз между двумя главными либеральными партиями, "Яблоко" и Союз правых сил" (СПС), обсуждается с 2003 года, когда обе не смогли преодолеть порог для прохода в Думу, или нижнюю палату парламента, по партийным спискам. Высказываются предложения назвать тот фрукт, который получится после слияния, партией "Груша".

К сожалению, личная вражда препятствует подобному союзу, равно как и идеологические разногласия. Лидер "Яблока" Григорий Явлинский говорит, что СПС является неоконсервативным, в то время как его партия либерально-демократическая. Г-н Явлинский добавляет, что г-н Касьянов имеет касательство к "криминальным приватизациям" 1990-х годов, а также к уже репрессивной политике в первый срок президентства Путина. Если исходить из этого мнения, то г-н Касьянов и некоторые лидеры СПС представляют собой часть более широкой проблемы: что, в представлении многих россиян, демократия и капитализм стали синонимами хаоса и коррупции.

Напротив, Борис Немцов, один из лидеров СПС, который сейчас является советником г-на Ющенко, считает, что г-н Касьянов может, в самом деле, стать лидером широкой демократической оппозиции. Но члены СПС расходятся в вопросе о том, насколько дружественными им следует быть к г-ну Путину. Усиление внутренних споров в связи с предполагаемым слиянием может привести СПС к расколу вместо соглашения с "Яблоком".

Второй и более тягостный вопрос: даже если либералы объединятся, заметит ли это кто-то еще. Появление российского среднего класса к настоящему моменту должно было бы подстегнуть положение партий, выступающих за дружественную к бизнесу политику, святость частной собственности и независимость средств массовой информации (СМИ) и судебно-правовой системы. Но, приходят к заключению некоторые угрюмые либералы, в России рост экономического могущества не принес с собой подобных политических ожиданий.

Даже завоевание мест в Думе, говорит г-н Явлинский, не будет иметь большого значения, настолько сильна мертвая хватка Кремля. С учетом того, что Кремль удушает телевидение, новому либеральному лидеру будет нелегко агитировать в свою поддержку. Двумя кандидатами на эту роль являются Гарри Каспаров, шахматный чемпион, превратившийся в путинского противника, и Владимир Рыжков, смело высказывающийся депутат Думы, но ни одному из них не будет легко выдвинуться. Что касается Михаила Ходорковского, бывшего босса нефтяной компании "ЮКОС", который оказывал поддержку целому ряду политических партий, и которого называли соперником президента, то суд над ним сейчас достиг кульминационной точки. Было бы удивительно, если бы он оказался на свободе к 2008 году.