From Economist.com

На широко освещавшейся церемонии, состоявшейся в 2003 году, Владимир Путин с одобрением смотрел, как British Petroleum и ее российские партнеры подписывают соглашение о создании совместного предприятия под названием TNK-BP. Однако в пятницу 22 июня, когда TNK-BP согласилась продать дорогостоящие активы российскому государственному газовому гиганту "Газпрому", не было заметно ни г-на Путина, ни шумихи вокруг сделки. Всего за четыре года г-н Путин превратился из друга западных нефтяных компаний в одного из их самых заметных врагов - что повлекло для данной отрасли промышленности самые драматические последствия.

После распада Советского Союза иностранные компании пускали слюни от перспективы получить доступ к огромным и практически неосвоенным запасам нефти и природного газа России. В 1990-х годах Exxon Mobil и Royal Dutch Shell, как и многие другие компании, подписали соглашения о разделе продукции, предусматривавшие освоение определенных месторождений. Другие иностранные компании владеют миноритарными пакетами акций российских нефтяных предприятий. Однако ВР была единственной иностранной компанией, которой удалось купить такую большую долю (половину) крупной российской нефтяной компании.

Создание TNK-BP, которое, как казалось, означало начало нового этапа для иностранных инвестиций в нефтяную промышленность России, на самом деле стало началом их заката. Сначала г-н Путин взялся за ЮКОС, частную нефтяную компанию с большим количеством иностранных акционеров, возглавлявшуюся наглым магнатом Михаилом Ходорковским. Г-н Ходорковский вел переговоры с Exxon Mobil и Chevron о возможной продаже им части акций ЮКОСа. Власти обанкротили эту компанию огромными налоговыми счетами, а сам г-н Ходорковский оказался в тюрьме по обвинениям в мошенничестве. Затем государство обратило свой взор на компанию Shell, которая разрабатывала несколько нефтяных и газовых месторождений у берегов острова Сахалин, находящегося на Дальнем Востоке России. После того, как чиновники предъявили жалобы на нарушения природоохранных норм, Shell и ее партнеры поняли, чего от них хотят и продали "Газпрому" контрольный пакет акций проекта.

Нечто сходное произошло и с TNK-BP. Компания владела контрольным пакетом акций огромного газового месторождения Ковыкта, находящегося в Восточной Сибири. Однако она не могла соблюдать оговоренные с правительством нормы добычи, так как "Газпром", обладающий монопольным правом на экспорт газа, отказался строить экспортный трубопровод. После того, как чиновники пригрозили аннулировать лицензию, а суды отказались вмешиваться в это дело, TNK-BP увидела в этом зловещее предзнаменование и согласилась продать свою долю "Газпрому" за примерно 800 миллионов долларов США - хотя окончательная сумма еще не установлена. До этого TNK-BP долгое время вела переговоры с "Газпромом" по Ковыктинскому месторождению, предлагая контрольный пакет акций, однако "Газпром" отказывался от такой сделки.

Возможно, ВР решила уступить Ковыкту без особой борьбы в надежде сохранить другие активы TNK-BP. В конце концов, она не учитывала Ковыкту в объеме своих доказанных запасов, и не получала особых прибылей от того небольшого количества газа, которое она продавала местным покупателям. Однако у TNK-BP есть много других месторождений, на которые приходится около четверти всей мировой добычи ВР и около одной десятой части всех прибылей этой компании. Более того, TNK-BP по-прежнему находит больше нефти, чем добывает, чего другим подразделениям ВР в последние годы сделать практически не удается. Ходят слухи, что "Газпром" может быть не против покупки акций российских акционеров TNK-BP, или даже самой ВР, чего ВР, несомненно, очень хотела бы избежать.

Поэтому будущее российской нефтяной промышленности даже после данного последнего потрясения остается неясным. Иностранцы, возглавляемые компанией Exxon, владеют контрольным пакетом еще одного крупного сахалинского проекта, отчасти потому, что находятся под защитой "Роснефти", владеющей миноритарным пакетом акций. Однако даже это соглашение все сильнее выбивается из границ нового порядка. Российские политики ясно дают понять, что в будущем все крупные нефтяные и газовые месторождения будут разрабатываться российскими компаниями. Однако большинство наблюдателей сомневается, что они способны на это. В любом случае, Shell все еще участвует в сахалинском проекте, захваченном "Газпромом" в свою пользу. В общем и целом "Газпром" и "Роснефть", контролируемый государством соратник "Газпрома" в нефтяной промышленности, осваивают новые месторождения медленнее частных компаний.

Эта задержка оказала свое влияние на цены на нефть. В середине 1990-х годов добыча нефти в России была на подъеме. С 1999 по 2004 год прирост добычи нефти в России составлял одну треть от мирового прироста добычи. Однако после того, как контроль над некоторыми из крупнейших компаний перешел в руки государства, рост добычи резко снизился - и это пришлось как раз на тот момент, когда цены на нефть начали расти в очередной раз. И неутешительные показатели добычи в России и других странах продолжают поддерживать цены на нынешнем высоком уровне. Радикальные перемены в российской нефтяной промышленности имеют последствия, выходящие далеко за пределы России.

___________________________________________________________

Сделка с TNK-BP усиливает власть Кремля ("The Financial Times", Великобритания)

British Petroleum может выйти из российского газового проекта ("The Wall Street Journal", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.