МОСКВА. Всего год назад российские власти так сильно гордились своими успехами в наведении порядка на Северном Кавказе, что провели в Чечне заседание дискуссионного клуба "Валдай" - группы тщательно отобранных западных аналитиков, которых каждый год зовут в Россию для дружеского общения с высокопоставленными руководителями.

Два автобуса, заполненные писателями и учеными, приехали к гигантской мечети, построенной президентом Рамзаном Кадыровым в память о своем отце. Кадыров дал им подробное интервью и разрешил погулять по заново заасфальтированным, вымощенным, покрашенным и перестроенным улицам чеченской столицы города Грозного. Даже на скептиков из числа гостей это произвело впечатление: казалось, что в этот плавильный котел насилия в России вернулось спокойствие.

После лета 2009 года думать так уже весьма затруднительно. Взрывы и перестрелки продолжались в регионе все лето каждый день. С июня по август было убито 463 человека, хотя за те же месяцы 2008 года количество погибших составляло 150 человек. А число нападений увеличилось с 265 до 452. Такие статистические данные приводит частная аналитическая организация из Вашингтона Центр стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies).

Но цифры не дают полного представления о случившемся. Высокопоставленных руководителей обстреливают из пулеметов; они становятся мишенями для снайперов, когда выходят из ресторанов; в них врезаются начиненные взрывчаткой автомашины. Известную сотрудницу правозащитной организации схватили на пороге собственного дома, убили и выбросили на обочину дороги.

После перерыва в несколько лет в Чечню вернулись зловещие теракты с участием террористов-смертников. В пятницу утром, чтобы не попасть в плен, подорвались два боевика. В итоге в регионе только за прошлую неделю было совершено три теракта с участием самоубийц.

"Совершенно очевидно, что период стабильности в Дагестане, Ингушетии и Чечне закончился, - говорит старший научный сотрудник из находящегося в Осло Международного института исследования проблем мира (International Peace Research Institute) Павел Баев, - но насилие дальше не распространяется. Это дает российскому руководству возможность более или менее дистанцироваться от происходящих событий, не уделяя им серьезного внимания".

Уже несколько лет кремлевская стратегия на Кавказе зависит от Кадырова. Москва предоставила ему полную свободу действий для подавления любых признаков повстанческого движения в регионе. Кадыров, который в прошлом сам был сепаратистом, преобразовал свои отряды боевиков в жестокие полицейские силы Чечни. Организации правозащитников имеют документальные доказательства того, что власти используют пытки, запугивания и убийства людей без суда и следствия. Но даже либералы вынуждены признать, что Кадыров весьма эффективно подавлял насилие.

Сейчас хватка Кадырова в Чечне, похоже, ослабла. В связи с этим Москва встала перед выбором: либо продолжать в корне неправильную политику, либо пойти на риск и сменить курс.

Год назад, когда Кадыров выступал за усиление автономии от Москвы, Кремль осуществил эксперимент с альтернативным стилем руководства в соседней Ингушетии.

В качестве одного из первых своих шагов в должности президента России Дмитрий Медведев убрал с поста главы Ингушетии ненавистного президента и поставил на его место бывшего офицера военной разведки Юнус-Бека Евкурова. Евкуров постарался завоевать доверие населения Ингушетии, увольняя чиновников за коррупцию, а также налаживая контакт с диссидентами и активистами-правозащитниками.

Но 22 июня террорист-смертник врезался в автомобильный кортеж Евкурова, произведя столь мощный взрыв, что президентская машина слетела с дороги и ударилась в кирпичную стену. Евкуров был тяжело ранен, эвакуирован в Москву и провел лето на больничной койке.

Вместе с ним исчезли надежды на то, что Кремль готов к более мягким подходам, говорит специалист по Кавказу из Московского центра Карнеги Алексей Малашенко.

"Это трагедия, не только для Ингушетии и самого Евкурова, но и в целом для Кавказа, - заявляет Малашенко, - все, кто говорил, что надо убивать, давить и уничтожать, что диалог бесполезен, все эти люди получили подтверждение своих слов в виде случившегося с Евкуровым. Поэтому все очень плохо".

А затем, 17 августа начиненный взрывчаткой автомобиль врезался в милицейский участок в густонаселенном районе столицы Ингушетии Назрани. В тот день погибло 25 и было ранено 280 человек.

Эхо последовавших терактов смертников напоминает о тех днях, когда боевики делали заложниками своей ненависти к России театральных зрителей и школьников. Оно свидетельствует о том, что несмотря на свои заверения, Кадыров так и не искоренил движение мятежников.

Кадыров обвиняет в совершении терактов ваххабитов и прочих исламских экстремистов. Он неоднократно заявлял, что их финансируют и готовят страны Запада. В пятницу он сказал, что милиция во взаимодействии с Федеральной службой безопасности и местными священнослужителями может предотвратить обращение кавказской молодежи к религиозному экстремизму.

"Сегодня мы делаем очень мало для того, чтобы остановить данный процесс, - сказал он, - мы обязаны постараться отыскать ошибки в том, что мы делаем, и исправить их. Мы должны сделать все возможное, чтобы одержать духовную победу".

Но в других кругах главное внимание обращают на административные и социальные проблемы, такие как бедность, безработица и коррупция.

Председатель правления Института современного развития и близкий помощник Медведева Игорь Юргенс говорит о том, что, по его мнению, "чеченизация", то есть передача чеченским властям основных полномочий в подавлении движения боевиков, сыграла важную роль, однако сейчас она не предотвращает насилие, а наоборот - разжигает его.

"Существует глубокая ненависть к Кадырову, существует глубокая ненависть к различным кланам, а все это трансформируется в социальную ненависть", - заявил Юргенс.

Российским лидерам, продолжает он, необходимо "постепенно создавать противовес Кадырову, не обижая человека, который восстановил порядок в регионе, но который сейчас становится проблемой".

"Такая тактика управления регионом не может длиться вечно", - добавляет он.

Хотя вначале Медведев думал примерно так же, серия нападений террористов заставила его прибегнуть к более жесткой тактике, говорит Юргенс. В этом месяце Медведев призвал российские силовые структуры безжалостно уничтожать террористов, а также предложил не рассматривать дела о терроризме в судах присяжных, где они часто заканчиваются оправданием обвиняемых.

"Страшно трудно", говорит Юргенс, развивать демократию в условиях насилия.

"Мы все в замешательстве, - заявляет он, - я думаю, президент тоже в замешательстве".

Защитники Кадырова, и даже некоторые его критики предупреждают, что изменение курса в Чечне чревато вспышкой третьей войны.

Чеченец Руслан Хасбулатов, который когда-то был спикером российского парламента, и который время от времени контактирует с Кадыровым, заявляет, что замечает очевидное усиление критики в адрес чеченского лидера после того, как Москва объявила об окончании длившейся десятилетие контртеррористической операции в Чечне. Этот шаг дал Кадырову еще больше автономии от федерального центра.

Спецслужбы и военные были разочарованы этим решением, а потом и тем, что Кадыров возобновил связи с живущим в эмиграции лидером сепаратистов Ахмедом Закаевым, который находится в общероссийском розыске по обвинению в терроризме, говорит Хасбулатов.

По словам Хасбулатова, его беспокоит то, что такой ропот недовольства говорит о снижении поддержки Кадырову в Москве, и что последствия этого хоть и порадуют критиков за пределами страны, но для самой России будут катастрофическими.

"Они начали обвинять его во всех грехах, а в прошлом это предшествовало чему-то ужасному, - говорит Хасбулатов, - избавьтесь от Кадырова, пришлите какого-нибудь человека из Москвы, и начнется третья война. И что тогда скажет Запад?"

Новые ИноСМИ

__________________________________________________________

Обсудить публикацию на форуме