Очередная годовщина заключенного 23 августа 1939 года советско-германского соглашения о ненападении в который раз становится поводом для геополитических спекуляций. История, реальная история, документы, факты, подтвержденные свидетельства, оценки заслуживающих доверия лиц мало волнуют тех, кто под предлогом осуждения исторической несправедливости преследует сегодняшние или даже завтрашние политические интересы.

Можно не сомневаться, что такое повышенное внимание в странах Балтии к этому соглашению о временном нейтралитете, по сути дела заурядному третьестепенному договору СССР и Германии, продиктовано желанием изменить мировой устройство, сформированное в период от Ялтинской конференции до совещания в Хельсинки.

Сегодня мало чего осталось от этого миропорядка, кроме воспоминаний и убеждения, что юридически все было корректно и объявить европейскую политику 50-80-х гг. юридически ничтожной не представляется возможным. Пресловутый пакт ни малейшим образом не лежал в основе действовавших последние полвека международных отношений. Но торжественное осуждение и "заклание" этого искусственно раздутого "надувного монстра" должно послужить сигналом для очередных ритуальных политических действий в виртуальной победе над виртуальным Советским Союзом в давно закончившейся холодной войне. Война-то - холодная - закончилась, а плоды победы оказались и кислы, и маловаты. Вот и причина, почему Март Лаар, Марко Михкельсон, Кадри Лийк продолжают призывать США не ослаблять "натиск на Восток".

Такое усердие, такая целеустремленность заставляет еще раз приглядеться к пресловутому Пакту: что же в нем такого? Предложенные на днях оправдания в сборнике материалов, подготовленном СВР РФ, выглядят детски наивными и неубедительными. Что делать: какая разведка, такие и аргументы. Попробуем ли проанализировать пакт 23 августа с другой - гитлеровской - стороны. Зачем он был нужен Гитлеру? Для того, чтобы оттянуть начало войны? Так ведь он ее через неделю начал. Не воевать на два фронта? Так он фактически и не воевал до мая 1940 года.

"Трехполярный" мир

В рамках вкладываемой в мозги прибалтийских школьников посредством системы образования исторической концепции (а это уже все население до 35 лет), виновниками Второй мировой войны в равной степени являются и Германия, и Советский Союз. Советский Союз даже в большей степени. Школьный курс новейшей истории утверждает, что высшим внешнеполитическим приоритетом СССР вплоть до 1941 года оставалась "мировая революция", экспорт которой связывался с будущей войной. А в учебнике, созданном с участием наших политиков из Союза Isamaa и Pes Publica, безапелляционно утверждается, что анализируя причины Второй мировой войны большинство современных историков пришли к выводу, что войну спровоцировал СССР, для того чтобы разжечь мировую революцию. Так или иначе, утверждает учебник, Вторая мировая война была результатом сговора Гитлера и Сталина, а западные страны до последнего момента старались этой войны избежать.

Для вящей убедительности представления о том, что нацисты и коммунисты в равной степени желали войны, настойчиво предлагается схема о трех мировых силах того времени: коммунизм, нацизм и страны с либерально-демократическим строем. "И коммунисты, и нацисты одинаково презирали их за гнилой либерализм и считали своей будущей законной добычей" (А.Федоров).

В огромной степени представления наших политических историков о подготовке ко Второй мировой войне базируются на "полухудожественной" литературе и даже конкретно на произведениях перебежавшего к англичанам советского шпиона Суворова-Резуна. Не стоит тратить время на разбор его коммерческих произведений с изложением конспирологических теорий. Достаточно упомянуть, что П.Судоплатов в своих мемуарах отмечает, что уже в 1940 гг. в период "странной войны" английская разведка массово устраивала такого рода информации, чтобы снизить давление германских ВВС и ВМФ на Англию.

И еще одно обстоятельство психологического плана. Обратим внимание на то, что Суворов-Резун - профессиональный шпион, работавший под дипломатическим прикрытием. Любой агент, занимающийся военно-политической разведкой, должен обладать талантом из отрывочных сведений воссоздавать целостную картину, т.е. обладать буйной и даже необузданной фантазией. Суворов-Резун это присущее всем без исключения разведчикам свойство поставил на службу зарабатывания денег. А то, что политический историк Март Лаар в публичных лекциях излагает события начала войны по "суворову-резуну", то это уже проблема всеядности Марта Лаара.

Что написано пером...

Ключевым событием для интерпретации и "правильного" понимания причин и хода Второй мировой войны в Эстонии принято считать подписание т.н. "Пакта Молотова-Риббентропа", т.е. Пакта о ненападении сроком на 10 лет. Ответственность за неудачу предшествующих англо-советско-французских переговоров о заключении договора о взаимопомощи, направленного на обуздание гитлеровской агрессии, возлагается исключительно на СССР: "Переговоры... зашли в тупик после того, как советские представители потребовали немедленного пропуска советских войск к западным границам Польши и Румынии. Польское и румынское правительства решительно высказались против". Зачем Советскому Союзу нужно пропускать войска через Польшу, эстонские историки и политики обычно не обсуждают.

Летом 1939 года можно было строить лишь предположения, как поступит Гитлер, как поведут себя Варшава и Бухарест. Откажемся от сослагательного наклонения. Польша гордо отказалась от предоставления немцам свободного транзита в Восточную Пруссию (польский коридор) и присоединения населенного немцами Данцига к "фатерлянду". Что было дальше - все знают. Румыния уступила Германии и стала ее союзником. Тоже известно, как потом обстояли дела.

Очевидно, что Советский Союз не возил на танках демократию и свободу, но требование пропуска войск и было сделано, чтобы события развивались по-другому. Впрочем, есть в Эстонии историки, которые и вовсе причину срыва переговоров приписывает исключительно желанию Москвы аннексировать Прибалтику. "Таким образом, Пакт Молотова-Риббентропа давал зеленый свет началу Второй мировой войны". А страны Балтии рассматриваются как разменная монета в политической торговле.

Тем хуже для фактов

Выстраивание исторической схемы, в которой "два тоталитарных режима" противостоят "либерально-демократическому" миру, провоцируют войну, втягивая в нее соседние, ни в чем не повинные народы, возможно только с использованием приемов умолчания о противоречащих концепции фактах, манипулированием общедоступными сведениями, навязыванием тенденциозных оценок и выводов.

Во-первых, в 20-30-х годах СССР не входил в группу стран, определявших основы мировой политики. Более того, большевистская революция вытолкнула Россию из числа мировых держав и даже региональных лидеров. Образно говоря, Советский Союз был закрытой для всех нищей и голодной "осажденной крепостью". Попытка представить его одним из трех мировых центров силы явно продиктована ужасом от геополитического места СССР, занятого им уже после Второй мировой войны.

Кстати, и США в довоенный период из-за настроений "изоляционизма" тоже не были в числе ведущих игроков на европейской политической сцене. А "мировая революция" в Европе 20-30-х гг. в большей степени была не фактом политики СССР, а ментальным фактором антикоммунистической политики стран как Восточной, так и Западной Европы.

Во-вторых, имеет место ревизия роли нацистской Германии. Прибалтийские "политические историки" настаивают на экзистенциальной агрессивности Гитлера в отношении либерально-демократических стран. Это - искажение действительности, т.к. Гитлер презрительно относился не к странам, а к либерально-демократическим ценностям, и считал их недопустимыми у себя дома. Страны же его интересовали лишь в той степени, в какой они были задействованы в его внешней политике. Как свидетельствуют биографы Гитлера и его собственное программное произведение, германского вождя интересовала не "борьба с демократией", а борьба за "жизненное пространство" в рамках геополитической концепции завоевания "сердцевины мира", т.е. России. Антикоммунизм и антисемитизм в этом стремлении были и причинами, и понятными обывателю идеологическими оправданиями "натиска на восток".

"Из этих представлений и сформировалась уже в начале 20-х годов концепция политики, которую будет затем проводить Гитлер, - первоначальные попытки союза с Англией и "ось" с Римом, поход на Францию, а также чудовищная война на истребление на Востоке с целью захвата и удержания "страны-сердцевины мира", пишет биограф Гитлера Иоахим Фест. Иными словами, как говорил сам Гитлер: "Моей программой было устранение Версаля".

Возрождение вермахта, морской и военно-воздушный договора с Великобританией, плебисцит в Эльзасе, конец демилитаризации Рейнской области, убийство канцлера Дольфуса, аншлюс Австрии, соглашение в Мюнхене, ставшее основой отторжения Судет и аннексии Чехии (протекторат Богемия и Моравия), - все это последовательное разрушение Версальской системы.

В "натиске на восток" Польша, не став "естественным" союзником (а ведь Гитлер предлагал Польше и руку дружбы, и земли на Украине), стала досадным препятствием. Гитлеру было все равно - завоевание или союз. Ему нужен был плацдарм. "Дело в том, что одним из непреложных условий запланированного завоевательного похода на восток была общая граница с Советским Союзом. До сих пор Германия была отделена от равнин России: Одно или несколько из них должны были стать районом стратегического развертывания сил для действий против России, иначе начать войну было невозможно. Теоретически это условие можно было осуществить одним из трех способов: он мог привлечь на свою сторону государства "Промежуточной Европы", заключив с ними союз, аннексировать некоторые из них или дать аннексировать их Советскому Союзу, который в таком случае, перешагнув старые границы, вошел бы в соприкосновение с Германией. :Гитлер использовал все эти возможности. Изворотливость и хладнокровие, с которым он на глазах лишившегося дара речи мира использовал по очереди эти приемы, в последний раз показывают Гитлера на вершине его тактических способностей", - пишет Иоахим Фест.

Хорошо забытое старое

Примечательно, что в первые годы после войны стремление Гитлера напасть на СССР, сформулированное еще в 20-х гг., было общеизвестным. Так, Черчилль писал, излагая военно-политическую доктрину Гитлера: "В целях своего расширения Германия должна обращать свои взоры к России и, в особенности, к Прибалтийским государствам. Никакой союз с Россией недопустим". Это и объясняет тот факт, что Британия без колебаний вступила в войну 3 сентября 1939 года, прекрасно понимая, что Гитлер скорее раньше, чем позже набросится на СССР, используя польский и Прибалтийский районы развертывания.

Впоследствии германский орел может оказаться не по зубам британскому льву. Сейчас же эстонские историки бесцеремонно замалчивают военные планы Гитлера, тем самым переворачивая "направление главного удара".

Что касается исторического значения Пакта Молотова-Риббентропа, то только один эстонский учебник истории публикует текст т.н. Секретного дополнительного протокола. Другие же договоры с Германией, такие как советско-германский договор "о дружбе и границе" и три секретных к нему протокола, а также германо-советское торговое соглашение от 19 августа 1939 г., не публикуются и даже не упоминаются. Причина кроется, вероятно, и в том, что весь этот пакет документов по своему характеру, целям, задачам, уровню взаимного доверия не может быть представлен как основа для союзнических отношений или стратегического сотрудничества. Но является лишь правовой основой для временного взаимного нейтралитета.

По своему содержанию и смыслу, в том числе и относительно раздела сфер влияния, аналогом советско-германскому Пакту о ненападении был советско-японский договор о нейтралитете от 13 апреля 1941 г. Правительство Германии болезненно восприняло этот договор. Неприязненной была и реакция США. Однако мало кому приходит в голову считать СССР союзником Японии, несмотря на то, что Советский Союз обязался поставить Японии стратегическое сырье - сырую нефть. И поставлял небось.

Таким образом, т.н. Пакт Молотова-Риббентропа был лишь техническим документом, призванным помочь решить тактические вопросы, и не имел тех судьбоносных последствий, которые ему приписывают, решая сегодняшние задачи. Следует обратить внимание, что и секретный протокол, приложенный к пакту, не содержал с советской стороны ровным счетом ничего, чего не было бы заявлено вслух, хоть и другими словами, в частности, в ноте НКИД, врученной М.М. Литвиновым в 28 марта 1939 г. послам Латвии и Эстонии в Москве. В ноте недвусмысленно было заявлено, что суверенные и независимые страны Балтии являются зоной жизненных интересов СССР, и Москва не потерпит присутствия в Прибалтике третьих стран.

Вероятно, пресловутый Пакт не следует считать ни провалом, ни триумфом советской дипломатии, но и образцом стратегического государственного мышления тоже. Кремль не мог допустить обсуждаемого в западной печати варианта молчаливой поддержки западом Гитлера в его "войне с коммунизмом", но также советское доктринерство не позволяло большевикам понять подспудных пружин внешней политики Великобритании и США. Гитлер же до последнего не верил, что Англия вмешается и, как свидетельствуют биографы, надеялся на урегулирование отношений в 1940 году.

Пакт Молотова-Риббентропа не начал войну, и даже не "дал зеленый свет" ее началу, и тем более не был он основанием для "оккупации" стран Прибалтики. Гитлер должен был пойти войной на Восток, у него не было альтернативной политики. Страны Балтии, как естественные для Германии центры военной логистики, были бы заняты военными базами не СССР, так Германии.

Логично предположить, что второе для многих эстонских политиков (вапсы и им сочувствующие военные) было бы предпочтительнее. "Руководители Эстонии видели в укреплявшейся Германии единственную реальную силу, противостоявшую СССР. Более тесные контакты с Берлином вели к формированию тайных союзнических отношений", - утверждает один из популярных учебников, сам того не желая, описывая подоплеку ноты М.Литвинова в марте 1939 года и причины требований со стороны Сталина гарантий неприсоединения Балтии, Польши и пр. к коалициям, направленным против СССР.

"Да, эстонский народ страдал от полувековой советской оккупации, однако следует признать, что победа Гитлера стала бы для человечества несравненно худшим несчастьем, нежели победа Сталина", - с чувством самопожертвования возглашает эстонский школьный учебник.

Обсудить публикацию на форуме

__________________

Пакт 23 августа - поражение экспансии Бухареста ("Независимая Молдова", Молдавия)

Позорный пакт ("Ouest-France", Франция)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.