From The Economist print edition

Несмотря на бурно растущий спрос и рекордные цены, у российской нефтяной промышленности проблемы.

Когда цены на нефть достигли 6 мая очередной рекордной отметки - более 122 долларов за баррель, аналитики заявили, что непосредственными причинами этого стали нападения на трубопроводы в Нигерии и нестабильная ситуация в Ираке. Даже небольшой срыв поставок из таких стран может вызвать скачок цен, поскольку лишь Саудовская Аравия обладает потенциалом для возмещения объемов добычи, но делать этого она, похоже, не намерена. Но для того, чтобы понять, как поставки стали столь скудными, нужно, в первую очередь, взглянуть на состояние нефтяной промышленности России, занимающей второе место в мире по объему добычи нефти.

По данным Citibank, за последние семь лет на Россию пришлось 80% роста добычи нефти вне Организации стран-экспортеров нефти. В начале десятилетия это повышение производства почти баррель в баррель соответствовало росту спроса в Китае и Индии. Однако в апреле уровень добычи падал четвертый месяц подряд. В настоящее время он более, чем на 2 процента ниже пиковой отметки в 9,9 млн. баррелей в сутки, достигнутой в октябре прошлого года. Ранее объем добычи нефти в России постоянно замедлялся - это говорит о том, что его снижение не стало неожиданностью. Вице-президент российской нефтяной компании 'Лукойл' Леонид Федун говорит, что объем производства нефти в России никогда не превысит 10 млн. баррелей в сутки. Осознание того, что Россия больше не может удовлетворять постоянно растущую потребность мира в нефти, естественным образом толкает цены к рекордным отметкам.

Нефть и газ служат основанием режима Владимира Путина, уходящего в отставку президента России, а кроме того, они входят в круг интересов его преемника Дмитрия Медведева, который был председателем совета директоров 'Газпрома', государственного газового гиганта. Поток нефтедолларов создал ощущение стабильности, замаскировал экономические трудности и придал России вес на мировой арене. Однако причины тревоги, охватившей самую важную отрасль промышленности, почти исключительно в людях. 'С геологической точки зрения, проблем нет', - говорит Аниса Редман (Anisa Redman), аналитик банка HSBC.

В принципе, Россия могла бы годами пользоваться плодами нефтяного бума: по данным британской нефтяной корпорации ВР, она занимает седьмое место в мире по запасам нефти (около 80 миллиардов баррелей). Нефтяники считают, что имеется еще 100 миллиардов неразведанных запасов: по словам Роберта Дадли (Robert Dudley), главы совместного предприятия ВР в России ТНК-ВР, это 'самый вожделенный приз для нефтедобытчиков всего мира'. Однако Россия настолько неэффективно управляет отраслью, что объем добычи падает, несмотря на высокие цены на нефть.

'Главное препятствие - налоги', - говорит Редман. Правительство налагает экспортную пошлину в 65 процентов при цене выше 25 долларов за баррель. Прибавьте к этому разнообразные корпоративные налоги, налоги на зарплату и производство, сетуют нефтепромышленники, и государство забирает себе целых 92 процента прибыли. В руководстве ТНК-ВР считают, что рост издержек в нефтяной индустрии сделает многие инвестиции в Россию невыгодными, если только не будет изменен налоговый режим. На саму ТНК-ВР приходится пятая часть объема добычи ВР, но лишь десятая - прибыли.

Однако власти предлагают налоговые льготы на добычу на старых месторождениях. Поэтому нефтяные компании естественным образом стремятся выжать из них как можно больше нефти. До недавних пор это в любом случае было очевидным приоритетом, поскольку месторождения, пришедшие в упадок после распада Советского Союза в начале девяностых, можно было восстановить относительно легко и дешево. Благодаря более точной разметке существующих месторождений, установке новых насосов и подаче в скважины воды и химикатов для поддержания давления, частные нефтяные компании сумели повысить объем добычи с 6 млн. баррелей в сутки до 10, главным образом - в Западной Сибири. В одном лишь 2003 году объем добычи вырос на 12 процентов.

Но теперь эта стратегия дает все более скромные результаты. Федун говорит, что месторождения Западной Сибири достигли своего естественного лимита. Для поддержания уровня добычи на сегодняшнем уровне потребуются новые инвестиции. Для того, чтобы он вновь начал расти, компании должны делать огромные инвестиции в разработку новых месторождений в таких отдаленных регионах, как Восточная Сибирь и Сахалин.

Там наблюдался некий рост, главным образом, благодаря льготному налогообложению проектов на основе 'соглашений о разделе продукции', заключать которые правительство какое-то время предлагало в конце 1990-х. По словам аналитиков Citibank, если исключить добычу на этих проектах, то окажется, что добыча нефти в России постоянно падает, начиная с августа 2006 г. Хуже того, в апреле начал снижаться и объем добычи на этих проектах. Плохо замаскированная конфискация властями разнообразных высокоценных активов в последние несколько лет лишь усилила нежелание компаний заниматься большими проектами.

Например, 'Лукойл' инвестирует 10 млрд. долларов в год, но лишь 30 процентов этих инвестиций идет на добычу газа, который в настоящее время выгоднее нефти в связи с ростом внутренних цен и более низкими налогами, говорит Федун. Также он инвестирует в нефтепереработку, поскольку экспортный налог на бензин и дизельное топливо ниже, чем на сырую нефть. Он по-прежнему прогнозирует 4-процентный ежегодный рост добычи в ближайшие 15 лет, но эта цифра могла бы быть гораздо выше, если бы правительство ослабило налоговое бремя, говорит Федун. Контролируемая государством компания 'Роснефть' влезла в такие долги, чтобы завладеть лакомыми кусочками 'ЮКОСа', частной компании, доведенной до банкротства ретивыми кремлевскими сборщиками налогов, что у нее практически нет свободных средств на новые дорогостоящие проекты. Другие компании копят прибыль и ждут, пока изменится налоговый режим.

В прошлом году правительство все-таки осуществило налоговые льготы на 4,5 миллиарда. Однако, считают в нефтяных компаниях, этого едва хватает на поддержание стабильного уровня добычи. Выступая с инаугурационной речью в Думе 8 мая, Путин, уже в качестве премьер-министра, заявил, что налоги для этой отрасли должны быть снижены. Однако на разработку новых месторождений может уйти целое десятилетие. Кроме того, Кремль еще не передал права на ведение поиско-разведочных работ в Северном Ледовитом океане, который нефтепромышленники считают самым перспективным регионом. И при этом он заявляет, что в будущем иностранным фирмам с опытом разработки морских месторождений подо льдом придется довольствоваться ролью миноритарных акционеров в крупных проектах. По словам Федуна, 'добыча нефти пойдет так, как решит правительство'.

Между тем, сегодня Россия в большей степени зависит от нефти и газа, чем когда бы то ни было, - говорит Крис Уифер (Chris Weafer), главный стратег банка 'Уралсиб', давно следящий за ситуацией в России. По данным Института экономического анализа, доля нефти и газа в валовом национальном продукте увеличилась с 1999 г. вдвое и в настоящее время составляет около 30 процентов. На долю нефти и газа приходится 50 процентов бюджетных поступлений России и 65 процентов ее экспорта. Однако правительство заносит топор над той самой курицей, которая несет эти золотые яйца.

__________________________

Россия: колосс на глиняных ногах ("Newsweek", США)

Инфляция, первый внутриполитический вызов Дмитрия Медведева ("Le Temps", Швейцария)