Генеральный секретарь Организации Договора коллективной безопасности (ОДКБ) Николай Бордюжа недавно заявил, что созданию Коллективных сил оперативного реагирования (КСОР) мешает особое мнение узбекской стороны.

Узбекистан выдвинул несколько предложений, без учета которых КСОР функционировать не сможет. Во-первых, чтобы решения о применении КСОР принимались на основе консенсуса, а не простым большинством голосов. Во-вторых, чтобы подразделения КСОР не отправлялись в другие государства, если это противоречит национальному законодательству. В-третьих, требует запрета на участие подразделений КСОР в разрешении конфликтов между государствами, входящими в ОДКБ. В-четвертых, считает, что соглашение по КСОР должны ратифицировать парламенты, а не президенты стран-участниц.

Политологи, давно следящие за деятельностью военных структур на постсоветском пространстве, думается, ожидали такой реакции официального Ташкента. Вообще, узбекская сторона довольно часто со скептицизмом относится к разного рода идеям, инициируемым в рамках интеграционных объединений. По большому счету, она выступает не столько против самих идей (часто, они интересные и взаимовыгодные), сколько против механизмов их осуществления.

С таким сверхосторожным подходом Ташкента необходимо считаться, чтобы на самом деле построить крепкую и устойчивую военно-политическую организацию.

Не антиНАТО, но...

Как заявил еще в феврале текущего года генсек ОДКБ Николай Бордюжа, КСОР не преследует целей стать антиНАТО. Отсюда следует, что КСОР не собирается становиться и альтернативой Североатлантическому блоку в Евразии. При этом генсек ОДКБ ограничил сферу деятельности КСОР лишь территорией стран-участниц ОДКБ, подчеркнув, что НАТО направляет свои войска в различные регионы мира.

Бордюжа, наверное, во многом прав. На сегодняшний день КСОР, несомненно, не ставит перед собой целей работать в других регионах мира. Разумеется, стать альтернативой НАТО КСОР в ближайшее время просто не в состоянии - ни по инфраструктуре военных объектов, ни по оснащенности, ни по координации действий различных родов войск.

Верно и то, что сегодня государства-участники ОДКБ не собираются использовать войска против третьих стран. Сейчас важно разобраться с конфликтными очагами внутри ОДКБ, где их полно, а универсального, а главное, легитимного инструмента подавления попросту нет.

Регион Кавказа. Думается, одной из основных целей создания КСОР является в перспективе ввод коллективных сил в Южную Осетию, Абхазию и Чечню.

До настоящего времени всю ответственность за события вокруг Кавказа берет на себя Россия, из-за чего постоянно окатывается потоком острой критики с Запада. Наличие в "горячих точках" многонациональных сил с мандатом от ОДКБ позволит говорить уже о коллективной ответственности целой организации.

Еще одним рубежом противостояния стран-участниц ОДКБ являются киргизско-узбекская и таджикско-узбекская границы и прилегающие к ним районы.

Не менее важный регион, где спокойствия в ближайшее время не будет - Ферганская долина, поделенная между Узбекистаном, Киргизией и Таджикистаном.

Думается, именно здесь должны быть сосредоточены подразделения КСОР. Совсем другое дело, какие страны этого хотят, а какие - этому же противятся.

Крепкий узел противоречий

Как писал в своей книге "Узбекистан на пороге XXI века" узбекский президент Ислам Каримов, "Узбекистан, будучи членом Движения неприсоединения, не приемлет участия в каких-либо военно-политических блоках, видит в этом гарантию национальной безопасности, сохранения мира и стабильности в регионе и выступает против создания военно-политического блока на пространстве СНГ".

Формулировка примерно такой же редакции закреплена в Конституции страны. Поэтому особое мнение Ташкента по вопросу КСОР вполне логично и понятно. Как и Туркменистан, Узбекистан не желает быть втянутым в вооруженные конфликты, в которых не имеет прямого интереса, не видит угроз национальной безопасности.

В той же книге Каримова есть и более категоричная установка: "Заключение подобных (можно подразумевать и КСОР - прим.авт.) военно-политических договоров, должно обеспечивать полный суверенитет, территориальную целостность и неприкосновенность границ нашей страны".

Теперь по порядку разберем все претензии, выдвинутые к КСОР узбекской стороной. Когда Узбекистан говорит о консенсусе при принятии решений о применении КСОР и исключает простое большинство голосов, он имеет в виду невыигрышный для Ташкента состав участников ОДКБ: наряду с Узбекистаном Россия, Беларусь, Армения, Киргизия, Казахстан, Таджикистан. Если в рамках КСОР будут приняты невыгодные для Узбекистана решения, то Киргизия и Таджикистан, с которыми отношения, мягко говоря, не сложились, всегда будут голосовать против интересов Ташкента. Это не может не тревожить узбекские власти. Вместе с тем консенсус предполагает блокирование любых решений в случае несогласия с ними одной отдельно взятой стороны.

Не секрет, что в рамках НАТО решения о применении силы принимаются на консенсусной основе. А так как эта форма принятия решений слишком сложная и неоперативная, США были вынуждены принять решение о вторжении в Ирак в одностороннем формате. Правда, потом они НАТО и другие страны в формате Организации объединенных наций подтянули, но первоначально были вынуждены отказаться от диспутов в рамках НАТО.

Узбекистан де-факто не хочет, а де-юре и не может отправлять свои подразделения на территорию других стран. Это право воспринимается официальным Ташкентом и как гарантия невмешательства других стран во внутренние дела Узбекистана. В мае 2005 года узбекские власти пошли на конфронтацию с Западом лишь для того, чтобы не пустить независимую международную комиссию по расследованию андижанских событий. Как показало время, Каримов оказался в этом вопросе весьма последовательным, так и не поддавшись нажиму извне.

Поэтому линию Узбекистана необходимо понимать так: мы не только не отправим свои войска за пределы страны, но и не позволим войскам других стран присутствовать в Узбекистане.

Если КСОР будут обеспечивать стабильность на территории стран-участниц ОДКБ, то Киргизия и Таджикистан, как члены ОДКБ, в случае возникновения нестабильности в приграничной с Узбекистаном зоне (а там нестабильно почти всегда) имеют полное право обратиться к государствам-членам ОДКБ с просьбой использовать подразделения КСОР. Предполагается, что решения о применении сил КСОР будут приниматься простым большинством голосов стран-участниц ОДКБ. В основе КСОР будут российские подразделения, а другие члены предоставят бригаду или полк. Если Узбекистан подпишет договор, значит подразделение узбекских спецподразделений будет входить в группу КСОР.

А если просьбу Киргизии или Таджикистана страны-участницы ОДКБ удовлетворят, то узбекское подразделение будет вынуждено, согласно договору, войти в нестабильную зону с киргизской или таджикской стороны. Обычно, миротворческие силы типа КСОР создают буферную зону между конфликтующими сторонами. И значит, узбекские подразделения в составе КСОР вполне могут оказаться в зоне ответственности других подразделений регулярной узбекской армии на границе.

Узбекистан не устраивает даже возможность такого сценария, ибо по Конституции он не может направлять свои войска на территорию других (Киргизия и Таджикистан) государств.

По этой же причине подразделения НАТО используются вне зоны НАТО. С одной стороны, присутствие КСОР в Чечне, Южной Осетии и Абхазии выглядит вполне уместным. С другой, присутствие КСОР на сопредельных с Узбекистаном территориях и в Ферганской долине выглядит, по меньшей мере, нелепым.

Каримов желает выиграть время, когда предлагает принять решение о создании КСОР не президентами, а парламентами стран-участниц. Так как процесс ратификации долгий и сильно забюрократизированный, Ташкент надеется отправить вопрос в долгий ящик.

Реакция России

Раздражение, которое испытывал генсек ОДКБ Николай Бордюжа, когда озвучил особое мнение Узбекистана по вопросу создания КСОР, наглядно характеризует отношение России к своим партнерам по ОДКБ. Такое впечатление, что Россия повела себя как капризный ребенок, которому родители запретили поиграть с любимой игрушкой.

Думается, такая реакция не делает чести стране, заинтересованной в сохранении своего влияния в Центральной Азии. Что делает ребенок, когда родители запрещают? Он может заплакать и долго ныть по поводу запрета. Но ведь есть и умные не по годам дети, которые мирятся с запретом и стремятся обойти его другими способами.

Москве давно пора понять, что в Центральной Азии наряду с предсказуемыми партнерами в лице Астаны, Бишкека и Душанбе есть и менее предсказуемые, такие как Узбекистан и Туркменистан. С ними тоже надо работать, вникать в их проблемы, искать компромиссы и находить точки соприкосновения.

В отношении особого мнения Узбекистана необходимо набраться терпения, и постепенно, шаг за шагом, найти так необходимый компромисс. Выкручиванием рук и грубым давлением ничего, кроме отчуждения, от Узбекистана не добьешься.

Коллективные силы без участия Узбекистана бессмысленны. Воспринимать узбекское особое мнение как каприз или прихоть - никому не возбраняется. Но насколько такое восприятие продуктивно?

На этот вопрос сегодня не может ответить никто. Некоторые придерживаются такой точки зрения: России следует надавить на Узбекистан с целью получения согласия на создание КСОР.

Но этот путь контрпродуктивен. Во-первых, трудно предположить, что Ташкент именно сейчас "прогнется под изменчивый мир...", если не сделал этого ранее. Во-вторых, даже если Ташкент снимет свои условия под внешним давлением, коллективные силы так и не станут эффективным инструментом обеспечения стабильности.

Чтобы выйти на компромисс, необходимо точно знать степень решимости узбекских властей отстаивать свою точку зрения. А сегодня складывается впечатление, что Россия намеревается идти вброд, предварительно не узнав насколько впереди мелко и безопасно.

Необходимо понимать, какие настроения царят в Узбекистане. В противном случае идея КСОР, как и множество других красивых на первый взгляд инициатив, останется лишь добрым пожеланием. А так как иллюзорных обещаний и посулов в истории региональных организаций на постсоветском пространстве было много, важно подойти к вопросу со всей серьезностью.

Политологи говорят разное, но не всегда пустое

Обыватели привыкли считать политологов людьми, любящими рассуждать чересчур много, но ни о чем. Такое отношение, по всей видимости, имеет под собой веские основания. Политологи, наверное, сами виноваты в том, как к ним относится общество. Но далеко не всегда, и не во всем.

К примеру, довольно интересные штрихи к концепции региональной безопасности дал кандидат политических наук Фарход Толипов. По его мнению, "Центральной Азии нужна своя система коллективной безопасности. Нельзя не заметить определенного противоречия в том, что страны этого (ЦА) региона решают вопросы своей региональной безопасности, одновременно участвуя в нескольких международных организациях, для которых специфическая, регионально ориентированная повестка дня либо является центральной, ключевой, либо присутствует опосредованно. Это ОЦАС (ЕврАзЭС), ОДКБ, СНГ, ОБСЕ, НАТО, ШОС, ГУУАМ (ГУАМ, Узбекистан покинул организацию)... Не исключая важности и ценности каждой из этих организаций в обсуждении проблем региональной безопасности, все же следует заметить, что их участие в центрально-азиатских делах - это еще не формула и не архитектура безопасности региона".

Это цитата Толипова означает призыв к тому, чтобы страны Центральной Азии решали проблему региональной безопасности не через участие в других межрегиональных объединениях, а через диалог друг с другом. Логика понятна: другие страны и организации воспринимают Центральную Азию не как зону, где необходим мир, а как зону, где необходимо бороться за свое влияние. Борьба предполагает контрборьбу, а последняя может привести к непредсказуемым последствиям.

Далее Толипов останавливается на концепции региональной безопасности. "Все эти соображения приводят нас к заключению о том, что наиболее адекватной формулой безопасности для Центральной Азии может быть следующая: первичность ЦАС (Центрально-азиатского региона) и вторичность других механизмов создания архитектуры региональной безопасности, - пишет Толипов. - Эту формулу не следует понимать как призыв к центральноазиатам не участвовать в каких-либо организациях в решении вопросов безопасности, не создав коллективную систему между собой, но как стратегическую установку на то, что всякое участие в вышеуказанных организациях и, в целом, мировой политике, страны Центральной Азии должны подчинить идее и перспективе обеспечения коллективной безопасности в регионе".

Представляю, как против этой идеи коллективного изоляционизма восстанут российские аналитики. Мол, Россия - двигатель всего постсоветского пространства и без ее участия любые системы безопасности будут работать вхолостую. Но, надо признать, что такого рода заявления без соответствующей концепции, ровным счетом ничего и никому не дают. Москва поняла необходимость концентрации усилий на постсоветском пространстве, однако это понимание не подразумевает стройной стратегии, близкой всем.

Подытоживая, политолог Толипов говорит о необходимости и возможности создания системы региональной безопасности в Центральной Азии. Он также считает, что такая система в интересах мировых держав, прежде всего соперников в "большой игре" (по Бжезинскому) - США и России.

Можно сделать и так

Россия должна быть заинтересована как раз в том, чтобы помочь выстроить региональную систему безопасности странам Центральной Азии.

Как? Думается, опытом, ресурсами и умением ее организовать. КСОР в данном случае - не самый оптимальный вариант. Еще до их создания долго гадали-рядили, где будут размещаться коллективные силы. Сначала речь шла о размещении подразделений в местах их постоянной дислокации, потом Россия предложила сконцентрировать их на своей территории. Такая смена настроений, разумеется, говорит о непродуманности идеи в целом. Идеи, решения по которой принимаются по ходу работы.

Чем тратить силы и нервы на КСОР, Москве необходимо пойти окольной, но от этого не менее эффективной дорогой. Если учесть особое мнение Беларуси, не собирающейся отправлять свои войска за пределы страны, а также точку зрения Армении, то лучше всего инициировать Центрально-азиатские коллективные силы оперативного реагирования (так называемые ЦАКСОР) с их постоянной дислокацией, к примеру, в Ферганской долине.

С такой идеей, как следует из выводов политолога Толипова, Узбекистан не только согласится, но и всячески поддержит.

Одновременно можно организовать Российско-белорусско-армянские коллективные силы оперативного реагирования (РБАКСОР) с местом дислокации, к примеру, в России. А уже на созданной базе подписать соглашение о совместных действиях в случае агрессии или нестабильности на территории одной из стран ОДКБ.

Причем, приоритетными в том или ином регионе будет размещение региональных сил, ЦАКСОР или РБАКСОР, и только в случае недостаточности сил, и по просьбе одной из сторон, другая придет на помощь.

Такая конфигурация сохранит региональные приоритеты, с другой стороны, будет способствовать межрегиональному сотрудничеству и большему доверию по отношению к России.

Наперегонки

Конечно, Запад сейчас находится в большой растерянности. Создание КСОР никак не отвечает интересам НАТО. Североатлантический блок после распада СССР остался безальтернативной силой в мире, и терять этот статус не желает. Правда, пока Россия упорствует на таком формате коллективных сил, каким он выглядит сейчас, она непроизвольно содействует Западу.

США и ЕС нынешние трения по вопросу КСОР очень кстати. Понимая подноготную этих противоречий, Запад будет стремиться максимально их усугубить. Как этого можно достичь?

Во-первых, он еще более активно заработает на "узбекском фронте". Недавние визиты высокопоставленных чиновников из Вашингтона в узбекскую столицу - лишнее тому подтверждение. Причем, сила их позиции как раз в том, что Россия упрямо гнет свою линию по КСОР. Мол, Москва хочет лишь одного: подмять под себя Центральную Азию и создать КСОР, которые ей будут в этом помогать. Предложение разместить подразделения на территории России будет использовано Западом для того, чтобы разжечь недоверие к действиям Москвы.

Во-вторых, другой альтернативы, кроме как доморощенной натовской программы "Партнерство во имя мира" у Запада на подходе нет. То, что Центральную Азию даже с большой натяжкой нельзя назвать зоной ответственности НАТО, понимают на Западе все. Значит, возникает необходимость предложить региону отличную от НАТО систему безопасности, но готовой еще нет, и в ближайшее время не ожидается.

Исходя из всего сказанного, предложение Толипова о создании региональной системы безопасности выглядит вполне даже логичным. Еще одно его заключение о том, что такая система будет интересна США и России также не лишена смысла.

Вопрос стоит в другой плоскости: кто быстрее отреагирует на вызов - США или Россия? Нынешний момент важен для России тем, что Западу пока нечего предложить Центральной Азии. Россия уже может предложить КСОР, и при правильной трансформации идеи, страны региона могут ее поддержать.

Многие могут задать другой вопрос: стоит ли копья ломать ради такой большой, но все же одной страны, как Узбекистан? Этот вопрос можно переслать прямо в Москву. К примеру, спросить своих коллег из России: снижалось ли влияние Москвы в регионе в то время, когда Узбекистан развивал тесные партнерские отношения с США? Были очевидные провалы, ибо не только территориально, но и по статусу Узбекистан способен создавать большие проблемы не только экономической, но и военно-политической интеграции.

Альтернатива отсутствует

В усилении влияния России в Центральной Азии заинтересованы практически все. У узбекского руководства возникли вопросы лишь по одному единственному вопросу: как это влияние будет усиливаться, и до каких величин оно может дойти?

Как правило, на вопросы должны следовать ответы, а не обиды или, тем более, раздражение. Москве необходимо сесть за стол переговоров, тем более такого рода собраний в рамках СНГ и ОДКБ вполне даже достаточно. Внимательно выслушать мнения сторон, взвесить аргументацию партнеров и поручить экспертам подготовить взвешенный и взаимовыгодный документ.

В противном случае, любые военно-политические блоки типа КСОР, еще не родившись, окажутся неэффективными. А не чересчур ли накладно создавать недейственные образования в период финансового кризиса?

P.S. На днях страны-участницы ОДКБ подписали соглашение о создании КСОР. Кроме Узбекистана его не подписала Беларусь. А Лукашенко в Москве так и не появился.

Обсудить публикацию на форуме

________________________

'АнтиНАТО' на марше ("Еврейская газета", Германия)

Евразийская 'миротворческая' орда: и друг Кремля казах, киргиз и ныне дикий таджик... ("Обком", Украина)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.