Сейчас предвыборная борьба - это все. Когда госпожа федеральный канцлер Ангела Меркель - едва вернувшись из отпуска - едет в Сочи для того, чтобы встретиться с российским президентом Дмитрием Медведевым, то это, конечно же, также предвыборная борьба. Это была уже третья по счету в этом году встреча Меркель-Медведев, если не считать большой международный саммит по вопросу об экономическом кризисе. Как раз месяц тому назад госпожа федеральный канцлер и российский президент встречались в Германии в ходе межправительственных консультаций. В Сочи они вместе прогуливались в тени деревьев, и вообще для всех было очевидно, что в общении между ними царило полное взаимопонимание.

Что там вообще происходило на этой встрече, если учитывать, что на этот раз не было достигнуто никаких конкретных германо-российских договоренностей. Все те темы, которые Меркель представляет в наступательной манере, она отнимает у своего противника Франка-Вальтера Штайнмайера (Frank-Walter Steinmeier). Для Меркель важно за без малого шесть недель до выборов представить вниманию немецкой публики тщательным образом подготовленный сигнал - она, глава правительства, продолжает упорно заниматься всеми проблемами. Она не отпускает бразды правления - вот смысл этого послания. Она борется - несмотря на критику со стороны Штайнмайера - за рабочие места в Германии. Сотрудники компании Opel, верфи Wadan и, возможно, также фирмы Infineon продолжают надеяться на спасение. Это спасение может прийти из России. В этой стране даже глубокий глобальный экономический кризис не смог опустошить государственную казну, хорошо наполнившуюся за счет экспорта природных ресурсов.

Однако госпожа федеральный канцлер была на берегах Черного Моря не только просителем. Россия также очень заинтересована в партнерстве. Хотя Россия и смогла хорошо заработать во время высоких цен на сырье, тем не менее очень мало средств было вложено в модернизацию экономики. Технологическая отсталость России огромна, и эта проблема должна быть решена, заявил Медведев. Все это делает Россию привлекательной для инвесторов, и немцы находятся здесь в первых рядах. Основания для стратегического экономического партнерства весьма весомы.

Стратегическое экономическое партнерство с Россией - что бы ни происходило в этой стране? Стало ли это также и для Меркель единственным направлением германской политики? Не являемся ли мы свидетелями исчезновения всех без исключения различий в сравнении с ее предшественником Герхардом Шредером (Gerhard Schroeder), который открыто подвергался резкой критики - и не без оснований - за свою мужскую дружбу с Владимиром Путиным?

Вновь перед самой встречей Меркель-Медведев произошло ужасное убийство. На сей раз жертвой преступников стала активистка правозащитного движения Зарема Садулаева и ее муж. За месяц до этого была застрелена Наталья Эстемирова. Тем временем второй процесс по делу об убийстве Политковской грозит превратиться в такой же фарс, каким был и первый. Убийцы до сих пор не пойманы, и совершенно очевидно, что нет ни малейшей заинтересованности в том, чтобы найти заказчиков. Суд просто отвергает подобного рода требования.

Конечно, Меркель призвала к тому, чтобы провести соответствующее расследование. Однако ее сдержанность в данном вопросе нельзя было не заметить. Не получается ли так, что в этом переплетении взаимных интересов реалполитики просто не находится места для жертв заказных убийства или судебного произвола?

В любом случае так далеко это не должно заходить. Даже если экономические связи обоснованно составляют стержень германо-российского партнерства, тем не менее вопрос о состоянии правопорядка и верховенства закона в России не может быть второстепенным.

Открыто никто не говорит о том, что немецкие инвесторы в России чувствуют себя как-то особенно неуверенно. Но, с другой стороны, могут ли они чувствовать себя уверенно, если они не могут положиться на российское правовое государство? Если они должны опасаться того, что в этой стране проблемы и спорные вопросы решаются при помощи выстрелов или экспроприации собственности и показательных процессов? Или исходить из того, что такая угроза всегда присутствует? Вопрос о соблюдении прав человека - это в конечном итоге вопрос о гарантиях соблюдения законности в целом.

Такое понимание было совершенно чуждым для президента Владимира Путина. Охотнее всего он предпочитал хранить молчание по поводу убийств правозащитников. Один раз он даже дошел до того, что сделал странное замечание по поводу дела Политковской, когда он с беспримерным цинизмом заявил, что убийство этой журналистки якобы наносит России больше вреда, чем все ее публикации. Президент Медведев по крайней мере признает значение соблюдения законности, о чем свидетельствуют его сетования относительно общего правового нигилизма в его стране. Только ему явно не хватает сил для того, чтобы воплотить в жизнь свои взгляды.

Конечно, и опыт Меркель показывает, что извне мало что поддается изменению в России, если это вообще возможно. Однако было бы неправильно занять примиренческую позицию или вообще игнорировать возможность оказания какого то ни было влияния.

Обсудить на форуме