Помимо влияния конфуцианства и других древних мудростей, национальный характер современных китайцев берет также свои корни из типичной культуры выживания. Это один из побочных эффектов холодной войны, который полностью воплотил в себе природный принцип слабого, который является жертвой сильного. Имеется ввиду ожесточенная гонка между двумя мировыми блоками, возглавляемыми США и бывшим Советским Союзом.

В горячей битве, которую вели две противоречащие друг другу идеологические системы, Китай был в ловушке затруднительной дилеммы. Теоретически, Китай несомненно принадлежал к советскому блоку, держался на стороне Советского Союза и проявлял враждебность по отношению к западным державам. Но в действительности, Китаю тогда было необходимо держать оборону в отношении обеих угроз. Одна состояла из противостояния Западу, вторая исходила от задиристого 'Большого Брата', Советского Союза, который долгое время воспринимал Китай как потенциального соперника и не особенно доверял своему коммунистическому союзнику.

Китай был буквально приговорен к очевидной роли второго плана в биполярной системе конфронтации супердержав. Это длилось несколько десятилетий с момента окончания Второй Мировой Войны. Оглядываясь назад, так называемая 'холодная война' была скорее идеологической войной, чем войной за мировую гегемонию. Или, точнее, враждебность советского союза по отношению к Китаю коренилась в желании СССР подчинить себе Китай, тогда как напряжение в отношениях с США было скорее связано с идеологической сферой.

Ведомые США западные державы стремились к раскачиванию и свержению авторитарного коммунистического мира во главе с Советами. В ответ Советский Союз запустил всестороннюю пропагандистскую войну против политического врага путем поиска единства в мышлении и действиях внутри блока с целью словесно очернить и подвергнуть критике капиталистическую систему и империалистические амбиции, которые считались признаками Запада.

У Китая, сломленного под советским влиянием, не было другого выбора кроме как следовать примеру. Это нанесло вероломный удар по китайскому неустойчивому общественному устройству, поставив народ на грань основных прав на выживание. Осторожничать и остаться достаточно сильным для того, чтобы выжить, - это было мудрым решением для слабого народа. Китайцы - далеко не прирожденные ксенофобы, как долго полагали иноземцы. Выжить и остаться в порядке для них оказалось довольно просто, потому что уже не единожды крупные державы их прокатывали, а история и действительность над ними насмехались.

'то также объясняет, почему китайцы неизменно держатся особняком, чтобы не принимать на себя ответственность, если вдруг произойдет кризис. Если подвергнуть тщательному изучению современную китайскую историю, то можно получить более всеобъемлющее понимание трусливого и ленивого образа мышления китайского народа, который часто язвительно критикуется циниками вроде Лу Синя. Еще в 20-е годы он подчеркнуто разоблачал уродливую сторону китайского национального характера и клеймил его за 'психологию наблюдателей', отстраненных и праздных, подсматривающих за поражением других, страданиями и даже гибелью, и избегающих вмешательства.

С конца 18 века, через весь 19-й и до 1949 года, момента основания Нового Китая, Китай был терзаем постоянными гражданскими войнами и сражениями в количестве до 200, не считая иностранных вторжений. Разделенная страна и ее народ, пытающиеся выжить в пушечном дыме и за гранью нищеты, не особенно стремились к культивированию более благородной культуры, а старались поддерживать свое существование. Поскольку человеческая природа была растянута и раздавлена, основные суждения людей о добре и зле были также извращены, а сострадание презиралось.

Когда колесо истории достигло 1950-х годов, и, спасибо тщательным усилиям пионеров марксизма в деле провозглашения нового Китая, пораженная бедой страна подняла глаза и духовное восприятие народа также совершенно обновилось. Пятидесятые годы стали свидетелем возрождения многообещающей нации с беспрецедентными общественными настроениями и бескорыстными, готовыми прийти на помощь людьми. И поныне поколение, которое счастливо пожило в великом десятилетии китайской истории, все еще смакует ностальгические мечты о 'старых добрых днях'.

Однако цивилизация зачаточного социализма была безжалостно пресечена в том самом зародыше 'культурной революцией', которая разразилась в конце 60-х. Китайская культура вступила в эпоху суровой зимы и опустошение не просто искоренило классическую мудрость, но и уничтожило последние проблески человечности. Китай вновь соскользнул в гибельное упадничество - до конца 70-х, когда политика реформ и открытости наконец вернули Китай на верный путь. И хотя 80-е сейчас описываются с презрением некоторыми историками, называются периодом 'преклонения перед богатством' и неукротимой снисходительности по отношению к человеческим страстям и желаниям, тогда народ, переживший столько горестей, наконец-то был на подъеме из-за роста экономики и, конечно, толстеющего кошелька.

Но готовность Китая открыться миру получила пощечину как раз в конце 80-х - из-за подрывной деятельности некоторых западных стран, которые пытались сместить и приостановить Китай. - Развивающаяся коммунистическая страна была им как бельмо на глазу. В попытках защититься от напора западных стран Китаю пришлось применить оружие холодной войны - борьбу и подрыв западного влияния, что определенно нанесло еще один разрушительный удар по китайской национальной культуре, которая только-только получила импульс для развития в относительно приемлемых условиях.

Распад бывшего Советского Союза в 1991 в действительности сигнализировал об окончании холодной войны. Но для Китая ее наследство актуально до сих пор, и последствия холодной войны для китайского менталитета все еще присутствуют, хотя могут быть и не видны с первого взгляда. В конце концов, рана зажила, но она легко может открыться и все еще побаливает в плохую погоду. Чужакам китайский народ представляется раздражительным даже в случае легкой провокации, а китайская культура - все такой же незрелой, плодящей поколение так называемой 'злобной молодежи', которая изливает презрение на все, на их вкус, чужое. На самом деле, это всего лишь средство обороны, поскольку страна до сих пор прорубает себе дорогу в лабиринте беспорядочных мировых структур, с момента окончания холодной войны, и может потеряться в неразберихе.

Однако, в эпоху после холодной войны, когда формируется новая мультиполярная структура мира, Китай начинает играть более уверенную роль на мировой сцене, менталитет прошлого совершенно очевидно устаревает. 'Забывать о прошлом это предательство' - гласит некогда популярная поговорка, отражая время и ситуацию. Сегодня же она может все еще напоминать о том, что Китай пережил, но китайская молодежь должна теперь скорее держаться мысли 'забвение - это также облегчение и наслаждение'.

На пути к исполнению мечты о возрождении Китая, китайский народ должен расширить горизонт и объять различные культуры, включая западные цивилизации. Он должен обогатить свою собственную культуру, впитав тонкие традиции общего наследия человечества и избавившись от устаревшего наследства, пестуя при этом веру в то, что однажды мир по велению справедливости и мудрости с готовностью примет 'возрождающийся Китай', и Китай движется в этом направлении.

Новые ИноСМИ

Обсудить публикацию на форуме