На выборах в Австрии 15 октября 31-летний глава консервативной Австрийской народной партии одержал победу, обеспечив себе должность канцлера страны. Себастьян Курц, безусловно, станет самым молодым политическим лидером в развитых странах. И его первое крупное решение коснется того, будет ли сформирована коалиция с крайне правой Партией свободы, занявшей по итогам выборов второе место наряду с левоцентристскими социал-демократами.


Сабастьян Курц уже заявил, что его правительство станет проевропейским и нетерпимым к любым проявлениям антисемитизма, с которым была тесно связана Партия свободы. Впрочем, нынешний ее лидер, Штрахе Хайнц-Кристиан, смягчил эту риторику и перешел от общей ксенофобии к тезисам исключительно против мусульманской миграции.


Победа Курца примечательна тем, что он молод, и что его партия созвучна с настроениями в Центральной Европе, где все большую популярность получают идеи против укрепления Европейского Союза. Аналогичную тенденцию можно наблюдать и в Чехии, где «без пяти минут» премьер-министр страны Андрей Бабиш, 63-летний миллиардер-промышленник, заявил на пресс-конференции в Праге, что «Европа терпит неудачу в сфере безопасности», и Чехии не нужна дальнейшая интеграция с европейскими странами. Бабиш знает о настроениях своих сограждан: только небольшая часть чехов являются ярыми сторонниками европейской интеграции и хотят присоединиться к зоне евро.


Чешская Республика, как и другие бывшие коммунистические страны, освободилась от советского ига в конце 1980-х годов. Тогда еще в Чехословакии настойчивый писатель-диссидент Вацлав Гавел указывал на «власть бессильных», а в 1989 году, спустя несколько лет проведенных в тюрьме, он стал президентом своей страны.


Гавел видел, как страны Центральной Европы возвращаются в свой родной европейский дом после десятилетий послевоенного «тюремного заключения» в советском блоке. Но этот дом стал, скорее, местом споров и взаимного разочарования, а не дружбы.


Свобода от коммунизма означала создание демократических обществ, прочной и прозрачной власти. Но это также означало коррупцию в политике и бизнесе. Взятки были широко распространены в коммунистическую эпоху, но не настолько, по сравнению с сегодняшним днем. Ситуация усугубляется периодами высокой безработицы, сильной неприязни к иммиграции, что означает закрытие границ. В Чешской Республике новая агрессивно настроенная антиимигрантская и антиисламская партия во главе с Томио Окамурой, политиком чешско-японского происхождения, по опросам общественного мнения вышла на четвертое место.


Центральная Европа уже сейчас настроена очень консервативно. Австрия, избежавшая «крепких советских объятий», теперь политически больше соответствует советскому духу, чем когда-либо.


В интервью Financial Times Курц говорил о своем желании в качестве канцлера построить «мост» между посткоммунистическими государствами и ЕС. Но строительство этого моста будет сложной задачей. Страны, которым Гавел придавал такое большое значение в европейской семье, — Чехия, Венгрия, Польша и Словакия — больше не имеют ничего общего, за исключением того, что они соглашаются с антиимигрантской политикой. Андрей Бабиш и вовсе говорит о том, что объединение центральноевропейских стран, известное как Вышеградская четверка, больше не имеет смысла.


Польша отличается от других лишь в одном аспекте: Варшава враждебно относится к президенту России Владимиру Путину, которого глава правящей партии «Право и справедливость» Ярослав Качиньский обвиняет в смерти своего брата Леха и других членов польской элиты, которые погибли в авиакатастрофе под Смоленском. Но при этом под руководством Качиньского польское правительство стремилось создать систему контроля правосудия и СМИ, все время атакуя либеральные институты и демонстрируя, что нежелательное влияние ЕС следует игнорировать.


Венгрия во главе с авторитарным Виктором Орбаном сочетает в себе антагонизм к ЕС, тесные отношения с российским президентом и паранойю, вызванную громкой кампанией против Джорджа Сороса. Миллиардер финансировал многие из институтов и политиков в постсоветской Венгрии, включая самого Орбана. Самый большой вклад Сороса — ­Центральноевропейский университет в Венгрии — сейчас находится под угрозой закрытия.

 

Жители Центральной Европы, отчасти, сделали то, к чему призвал их демократический мир: они разработали независимую политику. Но все чаще доминирующие политические настроения в этих странах противоречат либеральным идеалам Европейского Союза. Эти идеалы, которые признавал Вацлав Гавел, теперь лучше всего выражает президент Франции Эммануэль Макрон. Но, поскольку канцлер Германии Ангела Меркель, будучи ведущим игроком в ЕС, не смогла получить абсолютное большинство на недавних выборах в Германии, она больше не сможет поддерживать французского президента так, как он на это рассчитывал.


ЕС теперь находится между Британией с ее Брекситом и странами Центральной Европы, которые все больше разочаровывают. Стремление к закрытию границ, нежелание принимать авторитет Брюсселя возрастают и распространяются. В этой ситуации мечта о европейском единстве пока кажется недостижимой.