Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
Председатель Германо-российского форума: Надо избежать тотального отчуждения

Немецкий политик Маттиас Платцек в интервью DW объяснил, почему, по его мнению, взаимозависимость Германии и России должна не сокращаться, а расти, несмотря на разногласия по ситуации в Крыму

© РИА Новости Сергей Гунеев / Перейти в фотобанкПрезидент России Владимир Путин и канцлер ФРГ Ангела Меркель
Президент России Владимир Путин и канцлер ФРГ Ангела Меркель
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
Немецкий политик: Несмотря на нарушение международного права, которое совершила Россия, контакты на неформальном уровне между двумя странами нужно не просто не сокращать, а наоборот, усиливать, чтобы не допустить тотального отчуждения. Важнее предотвратить движение по спирали взаимных санкций.

Маттиас Платцек (Matthias Platzeck) — один из известных политиков входящей в коалиционное правительство ФРГ Социал-демократической партии (СДПГ). На этой неделе, 19 марта, его избрали председателем Германо-российского форума — ведущей организации, занимающейся развитием гражданских контактов между Германией и Россией. На этом посту он сменил Эрнста-Йорга фон Штудница (Ernst-Jörg von Studnitz).

В интервью DW Маттиас Платцек заявил, что, несмотря на нарушение международного права, которое, по его мнению, совершила Россия, контакты на неформальном уровне между двумя странами нужно не просто не сокращать, а наоборот, усиливать, чтобы не допустить тотального отчуждения. Вместе с тем Платцек сегодня ожидает шагов навстречу именно от Москвы.

 

DW: Ваш коллега по партии, глава МИДа ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер заявил, что вы перенимаете обязательства председателя Германо-российского форума в тяжелые времена. Как бы вы объяснили сторонним наблюдателям, какое отношение имеет кризис в Крыму к работе форума?

Маттиас Платцек: Давайте сухо, без эмоций, говорить о том, что произошло — это действия, которые невозможно оправдать международным правом. В России на это смотрят по-другому. Я глубоко убежден в том, что в 21-м веке границы государств не должны меняться таким образом. Это может иметь негативные последствия для самой же России в будущем.

Таким поведением Москва сильно осложнила жизнь своим друзьям, если так можно выразиться. По материалам СМИ видно, что все те, кто делал ставку на развитие отношений с Россией, сейчас переживают непростые времена.

 

— Возросший страх восточных европейцев перед Россией кажется вам преувеличенным или обоснованным?

— Я только что говорил с политиками из балтийских стран. Я хорошо понимаю возникшие страхи в этом регионе, удивляться тут нечему. Я хочу отметить в этой связи две вещи. Первое: по разным причинам я не думаю, что крымский сценарий повторится где-то еще, потому что Крым и из исторической, и из современной перспективы — особый случай. Второе: нельзя отрицать, что российской государственной пропаганде очень помогли события на Украине, когда одним из первых был отменен закон о языке.

 

— Последние заявления МИДа ФРГ о готовности к более жесткой реакции только в случае, если Москва будет дестабилизировать ситуацию в других регионах, многие в Германии поняли так, что Берлин смирился с присоединением Крыма. Правы ли те, кто говорит, что Кремль останется безнаказанным в этой ситуации?

— Я думаю, что стоит оставаться реалистами. Присоединение Крыма к России уже факт, который надо принять во внимание. Но я уже сказал, что юридически мы этот факт не признаем. Важнее сейчас предотвратить движение по спирали взаимных санкций. Но напряженность никуда не уйдет, я не вижу никаких шансов на быструю разрядку.

 

— Сокращение импорта российского газа и нефти обсуждается в Европе в качестве ответа на действия России. Как вы относитесь к такой мере?

— Я этот же вопрос ставлю иначе. Многие сегодня говорят, мол, какой смысл в экономических взаимосвязях с Россией, если все равно происходит такое, как в Крыму, так что давайте сокращать связи с Москвой. Я считаю такой подход неверным. Я полагаю, что наши взаимосвязи уже принесли определенные плоды. Не будем забывать, что в наших отношениях были и хорошие годы — это было время сближения, создания различных формальных и неформальных контактных групп. Мы не знаем, какими были бы наши отношения без них.

Из России я уже слышу, что многие компании жалуются на уже возникшие проблемы с кредитованием на международных рынках. Россия могла много заявлять о модернизации своей экономики, но я видел своими глазами: говорить о современных инфраструктуре и промышленных мощностях просто преждевременно. Мы нуждаемся друг в друге, и это в целом хорошо. Идти путем санкций контрпродуктивно. Взаимозависимость надо не сокращать, а культивировать, использовать в конструктивном ключе.

 

— Но кто на Западе готов инвестировать в Россию после того, как, по вашей же собственной оценке, она нарушила международное право?

— Сейчас сложный момент, согласен. На встрече в Германо-российском форуме у меня была возможность поговорить со многими представителями российского и немецкого бизнеса. Большинство из них встревожены, но не настроены прекращать сотрудничество.

Впрочем, ясно, что сейчас именно россиянам надо восстанавливать доверие, которое подорвано. После эйфории, связанной с приемом Крыма, я рассчитываю на трезвость с российской стороны. Я — дитя холодной войны, но и в те годы, когда ситуация была куда менее благоприятной, стороны умели находить компромиссы.

 

— Что ждет Германо-российский форум?

— Какие-то партнерские программы мы не сможем проводить, как раньше. Но я выскажу, уверен, общее мнение: если бы отношения между нашими странами были прекрасными на всех уровнях, то можно было бы поставить под вопрос необходимость такой организации. Но сейчас, когда в экономической и политической плоскостях многие контакты и проекты заморожены или находятся под угрозой срыва, как раз и надо поддерживать форум.

 

— Вы долгие годы руководили землей Бранденбург. Чувствуется ли там влияние кризиса в германо-российских отношениях?

— Конечно. В локальных СМИ это активно обсуждается. Последний случай был накануне, когда металлургическая компания из Бранденбурга заявила, что получила крупные заказы из России, и отказ от сотрудничества может иметь для нее катастрофические последствия. Бранденбург — земля, не очень сильно ориентированная на экспорт, однако 3-5% нашей продукции уходят в Россию, и до сих пор эта доля только росла. Я буду стараться своей работой предотвратить распространение неуверенности на все сферы сотрудничества и именно с этой целью проведу несколько дней в России, чтобы встретиться с как можно большим числом бизнесменов и политиков.