Эксклюзивное интервью персидской редакции Trend News с постоянным представителем России при международных организациях в Вене Александром Змеевским.

- Инспекторы МАГАТЭ три раза проводили проверки ядерного объекта "Фордо", расположенного неподалеку от города Кум. На Ваш взгляд, по какой причине этот завод держался в секрете? После обнаружения этого завода подозрения по поводу иранской ядерной программы увеличились, или наоборот?

- Как следует из объяснений Ирана, в соответствии с применяемым им первоначальным вариантом документа, устанавливающего порядок уведомления МАГАТЭ государствами о новых ядерных объектах, он обязан информировать агентство за 180 дней до начала их работы с ядерным материалом, а не сразу после принятия решения о строительстве, как этого требует более поздний и широко сейчас применяемый вариант этого же документа.

Вместе с тем, МАГАТЭ, как известно, считает, что Тегеран должен руководствоваться современным вариантом документа, предусматривающим более ранние сроки уведомления. В последнем докладе гендиректора МАГАТЭ к ноябрьской сессии Совета управляющих отмечается, что задержка Ираном предоставления информации по предприятию вблизи города Кум не способствует укреплению доверия.

- Иран претендует на создание еще 10 заводов по обогащению урана и на то, что по объему производства эти объекты не будут уступать заводу в Натанзе. Как Вы полагаете, обладает ли Иран достаточными запасами урана для строительства такого количества заводов? Считаете ли Вы, что такое заявление Ирана конструктивно, учитывая недавно принятую резолюцию Совета управляющих?

- Согласно информации о возможностях иранских уранодобывающих предприятий, содержащейся в докладах гендиректора МАГАТЭ за прошлые годы, разведанные запасы урана в Иране невелики. Однако вопрос не в этом. Ведь значительная часть мировых обогатительных мощностей находится в странах, вообще не имеющих собственной добычи урана.

В соответствии с резолюцией 1737 Совета безопасности ООН, Иран должен приостановить всю деятельность, связанную с обогащением. Это требование подтверждается как в последующих резолюциях СБ ООН, так и в недавно принятой резолюции Совета управляющих МАГАТЭ. Именно из этого мы исходим при оценке заявлений и действий иранского руководства.

- Недавно газета Times опубликовала статью, в которой на основе попавших в ее распоряжение секретных документов говорится о проведении Ираном испытания ключевого компонента, необходимого для создания атомной бомбы. На Ваш взгляд, насколько реальным является тот факт, что такие документы существуют в действительности? И обладаете ли Вы какой-либо информацией по этому вопросу? Не является ли эта "новость" попыткой западных стран найти "доказательства" военной направленности ядерной программы Ирана?

- Действительно, публикаций по этой теме много. Однако в своей работе мы опираемся на заключения МАГАТЭ, а они не содержат выводов о наличии незаявленной ядерной деятельностью в Иране. Есть предположения, есть материалы, переданные некоторыми членами агентства Секретариату, однако все это нуждается в проверке.

Что касается нашей позиции на этот счет, то мы неоднократно заявляли о заинтересованности в прояснении всех остающихся нерешенными вопросов по иранской ядерной программе с тем, чтобы МАГАТЭ было в состоянии обеспечить надежную уверенность в отсутствии незаявленного ядерного материала и деятельности в Иране.

- Не считаете ли Вы, что любые санкции, прежде всего, отразятся на состоянии иранского народа и будут способствовать национальному объединению в противостоянии Западу, что, несомненно, ослабит оппозицию?

- Как постоянному представителю России при международных организациях в Вене, мне трудно говорить на тему, не входящую в компетенцию МАГАТЭ. Если и когда такой вопрос будет поставлен, уверен, что при его обсуждении в СБ ООН будут учитываться все сопутствующие аспекты.