Каким будет эхо президентских выборов и "кровавого воскресенья" 19 декабря? Какие испытания ждут белорусскую экономику? Какими будут отношения Белоруссии с Западом и с Востоком? Свои прогнозы в программе «Пражский акцент» предлагают политологи Алексей Пикулик и Виталий Силицкий. Ведущий – Юрий Дракохруст.

Дракохруст:
Что ждет нас в 2011 году? Перспективу 2010 году заслоняет огромная тень президентских выборов и кровавого вечера 19 декабря, эхо которого еще не утихло. Хотя на самом деле в течение года было много всего – конфликт с Россией, который длился буквально с января, венесуэльская нефть, украинские выборы и кыргызская революция ... да много чего было. Тем не менее, на первом плане президентские выборы. Что останется от них? Станет ли 2011-й годом политических заморозков, которые обещал Лукашенко в своей речи после выборов, говоря, что «беспредельной демократии больше не будет»? Возможен ли, по крайней мере «нулевой вариант», а может быть и новая «оттепель»?

Силицкий:
То, что произошло 19 декабря, произошло не зря, произошло с определенной целью. Вы сослались на речь господина Лукашенко, он полностью взял на себя политическую ответственность за то, что произошло. Поэтому мой прогноз пессимистичен, я согласен, что будут заморозки. Хотя бы потому, что для решения, разруливания этой ситуации потребуется много времени. Мы долгое время будем жить при политзаключенных. Я думаю, что репрессии против гражданского общества какое-то время продолжатся. Перед государственным аппаратом поставлена конкретная задача  – запугать общество, и она будет какое-то время выполняться.

Дракохруст:
Алексей, а каков ваш прогноз? Мы говорим о годе, а это большой промежуток времени. И ранее случалось, что год начинался заморозками, а заканчивался оттепелью, или наоборот. Считаете ли вы, что нынешние политические заморозки – это надолго?

Пикулик:
Я не совсем согласен с Виталием. Я полагаю, что в масштабах всего года короткие «заморозки» через месяц-полтора перейдут если не в оттепель, то в возвращение status quo, которое было. Действительно сейчас, после 19 декабря, цель была не только запугать белорусское общество, но и воспользоваться временной депрессией, чтобы выжать из всех инакомыслящих максимальное количество информации. Это плановая операция спецслужб, которая скоро должна закончиться. Я тоже не соглашусь с Виталием в том, что 19 декабря было спланировано, это просто сдали нервы, что это была эмоциональная реакция, из которой Лукашенко сейчас придется выходить. У меня более оптимистичный прогноз, чем у Виталия.

Дракохруст: Какой будет ответ белорусского общества на избирательную кампанию, включая «кровавое воскресенье»? Нет ли ощущения, что круг активных людей потрясен и возмущен, а остальное общество чувствует себя довольно спокойно? Так ли это?

Пикулик:
В результате произошедшего радикализировались даже самые умеренные из политически активных людей, но большинство в новогодней суете этого не заметило. Я полагаю, что в первые дни января число политзаключенных уменьшится и к 12 января, когда в Брюсселе пройдут слушания по Белоруссии, все это будет умиротворенно.

Дракохруст:
Виталий, 19 декабря уже с чьей-то легкой руки окрестили «кровавым воскресеньем». Если продолжить эту аналогию с российской историей, то следует напомнить, что «кровавое воскресенье» 9 января 1905 года взорвалось революцией в том же году. Разумеется, в истории ничего не повторяется, но на ваш взгляд, какой отклик в обществе вызовет 19 декабря?

Силицкий:
Аналогии можно проводить разные. Меня вместе с коллегами, когда мы выступали за диалог ЕС с Минском, уже называли «коллективным попом Гапон». Так что в 2011 году можно ожидать и царского манифеста. Я не соглашусь с мнением, что события 19 декабря ставили целью просто набрать новых заложников для торговли с ЕС. Власть испугалась того, что общество его перестало бояться. Это стало результатом той либерализации, которая прекратилась 19 декабря. Что касается вашего вопроса об обществе, то мы видим активизацию той части общества, которая хочет перемен, это видно по акциям солидарности. Но мы можем столкнуться с повторением 2006 года, когда два месяца после Площади все стояли на ушах, был сетевое сопротивление, флэш-мобы, новые формы борьбы, а потом студенты разъехались по заграницам и наступили 3 года полного провала и отсутствия существенной политической деятельности. Я в эти дни много ездил на улицу Окрестина и заметил, что среди задержанных довольно мало студентов. Люди, которые вышли на Площадь – это в основном средний класс, 25–35 лет, люди, которые сами зарабатывают деньги. Хотя мы не имеем точных социологических данных по результатам выборов, по косвенным признакам я делаю вывод, что на этих выборах оппозиция вырвалась за пределы 25%, которые всегда у нее были. Было ли  это 30 или 35 процентов, но определенный сдвиг произошел. Тенденции, которые обнаружили эти выборы, достаточные, чтобы напугать власть и свернуть либерализацию, но недостаточны, чтобы выиграть.

Дракохруст: Что будет с оппозицией? Кампания вынесла в высшую лигу белорусской политики ряд лиц, которых год назад в ней не было: Костусева, Некляева, Рымашевского и других. К тому же выборы стали своеобразной национальной дискуссией по поводу путей Белоруссии и ее месте в мире. Как может измениться расстановка сил на политической сцене по результатам этой дискуссии? Сейчас многие из тех, кого я имел в виду, в тюрьме, это не самое удобное место, чтобы заниматься политикой...

Силицкий: А может и наилучшее. Простите за цинизм, но такие репрессии дают много политического капитала. Если эти люди не сломаются, то кто его знает.

Дракохруст:
Так кто знает?

Силицкий:
В 2010 году мы увидели, что после нескольких лет провала оппозиция возродилась. Частично это было связано с тем, что власть отпустила цепь, дала поиграть. Определенное влияние на общество это кампания оказала, социальный потенциал для оппозиции есть. Она может возродиться, несмотря даже на эти репрессии. Но мы возвращаемся в диссидентский период, в котором нескольких лет этих заморозков на первом месте будет правозащитная деятельность. Эти дни после 19-го вывели на авансцену новых общественных лидеров, таких как Дарья Катковская, Сергей Семенюк и Елена Тонкачева. Их никто не выбирал, они выделились своими поступками. Что касается геополитических вопросов, то они стали актуальными, когда нас особо и не били. Когда наступают лучшие времена, люди больше дискутируют, больше ссорятся, вторичные вопросы становятся первичными. За время либерализации мы почти утратили моральную линию, вопрос «ты за красных или за белых» сменилось вопросом «ты за русских или за немцев». А теперь вновь вернулась вопросы о «красных» и «белых». Враг один и он консолидирует.

Дракохруст:
Алексей, а какой ваш прогноз – что будет с оппозицией, с независимым обществом в 2011 году? Вот год назад, накануне года выборов, многие эксперты называли имена предполагаемых игроков на год выборов-2010:- Козулин, Милинкевич, Калякин, Лебедько. И ни один из них на этот раз не был среди основных игроков. В 2011 году нас ждут такие же неожиданности?

Пикулик:
На этих выборах брать власть впервые пошли люди, которые ее действительно хотели взять. Я не знаю, как скоро отпустят лидеров, которые сейчас сидят в тюрьме, но если они не сломаются и выйдут, они укрепят оппозицию. В 2011 году в Белоруссии появится сильная пророссийский сила, которая не будет контролироваться Лукашенко - партия, сеть или еще что-то. Появляется пространство для силы, которая не будет подчинена власти, но которая не будет и классической белорусской оппозицией. В гражданском обществе произойдет консолидация, так как появились причины для солидарности.

Перевод: Светлана Тиванова

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.