Россия, кажется, присоединилась к Китаю, предлагая помощь Европейскому Союзу в борьбе с долговым кризисом. Россия собирается сделать предложение через МВФ, а также оставляет открытой возможность предоставления помощи напрямую странам ЕС, согласно экономическому советнику президента Дмитрия Медведева Аркадию Дворковичу. Он упомянул, что объем предлагаемой помощи, скорее всего, составит до 10 миллиардов долларов. Подобную сумму, которой не хватает даже для того, чтобы покрыть рутинный транш международной помощи Греции (следующий транш, одобренный 21 октября, составит восемь миллиардов евро), стоит рассматривать как политический жест России.

Но в этом случае даже политика кажется важной. Недавняя неустойчивость финансовых рынков, к которой по большей части привели сомнения в стабильности финансов европейских правительств, нанесла существенный ущерб странам с развивающимися рынками, включая Россию. Снижение аппетита на риск и бегство в качество почти закрыли российские рынки для новых заемщиков с начала августа, и лишь теперь эмитенты пытаются их открыть заново. 

Похожим образом, рубль потерял 15% своей ценности за последние несколько недель, в то время как внутренние процентные ставки сильно выросли. Хоть ситуация и улучшилась за последнее время, это случилось лишь благодаря улучшению рыночной среды в Европе, что, в свою очередь, произошло из-за принятия европейскими правительствами нового финансового плана. Ухудшение финансовых условий на рынке в России показало, насколько страна связана с остальной Европой и миром, поэтому готовность российского правительства помочь Европейскому фонду финансовой стабильности - это на самом деле готовность правительства обеспечить стабильность на российских финансовых рынках.

Однако малый размер предложенного транша показывает, что российская способность предоставлять подобную помощь ограничена по двум причинам. Первая причина - в том, что российское правительство, в отличие от Центробанка, потратило большую часть своих накоплений за последние годы на попытки помочь экономике выйти из кризиса. В результате, оба фонда, Резервный и Фонд национального благосостояния, совместно обладают немногим более 100 миллиардов долларов, а вероятность того, что правительству потребуются эти деньги, если цены на нефть снова упадут, крайне велика.

Вторая причина -  в том, что правительство явно хочет обеспечить безопасность любой помощи Европе, потому предоставление дополнительных средств МВФ кажется лучшим выбором. То, что глава МВФ Кристин Лагард (Christine Lagarde) должна посетить Москву седьмого ноября, может оказаться не просто совпадением, и скорее всего, конкретные детали этой операции будут обговорены во время ее визита. 

Россия явно имеет серию политических интересов в Европе - от борьбы за влияние на территории бывшего СССР до экспорта энергии. Но кажется, что в отличие от Китая, Россия откажется от жесткой линии поведения в этом вопросе, чтобы получить расположение, которое может пригодиться в других областях.

Однако возможно, что Россия могла бы взять на себя гораздо большую роль в обеспечении финансирования европейского фонда, если бы существовала  лучшая инфраструктура. Немного менее половины запасов Центробанка, которые составляют примерно 520 миллиардов долларов, хранятся в евро. Традиционно, ЦБ инвестирует в высоколиквидные ценные бумаги и облигации класса ААА. Потому если появятся облигации еврозоны, вероятно, что ЦБ их выкупит в значительных количествах.  Однако так как выпуск подобных облигаций сейчас маловероятен, участие России в финансировании европейской стабилизации будет ограниченным, и будет лимитировано только операциями с МВФ или со странами напрямую.

Алексей Моисеев - начальник управления макроэкономического анализа в «ВТБ капитал».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.