Это удивительно, но каждая очередная встреча ЕС и России производит такое впечатление, будто она первая.

Обе стороны сами признают, что очень мало знают друг о друге. Чаще такие признания звучат со стороны Евросоюза.

Министр иностранных дел Чехии Карел Шварценберг (Karel Schwarzenberg), занимающий в настоящее время пост председателя Евросоюза, заявил 28 апреля журналистам после своей утренней встречи с российским коллегой Сергеем Лавровым, что после "очень откровенной и открытой дискуссии" он "лучше узнал взгляды на сотрудничество и перспективы такого сотрудничества с Россией".

Такое заявление прозвучало после восьми с лишним лет проведения саммитов Россия-ЕС, которые организуются каждые полгода. Кроме того, уже истек 12-летний срок действия одного соглашения о партнерстве и сотрудничестве, а другое, более "стратегическое", находится в процессе подготовки и обсуждения.

Главная причина этой проблемы в том, что ЕС и Россия очень мало в чем могут согласиться. Шварценберг после последней встречи посчитал необходимым повторить самые основные и высоко ценимые принципы ЕС.

"Хорошо известно, что ЕС придает огромное значение вопросам свободы выражения и собрания, деятельности гражданского общества, независимости средств массовой информации и судебной системы", - заявил он.

Глубокие разногласия по поводу основополагающих политических норм сопровождаются спорами о главных правилах экономического поведения. ЕС не удалось добиться значительных успехов в деле снижения российского противодействия принципам свободного рынка в своей экономике.

Вопросы доверия

Самые острые разногласия могут возникнуть во время дискуссии по поводу соседних стран, находящихся между ЕС и Россией, где в настоящее время отмечается растущая политическая и экономическая нестабильность.

"Нам надо восстановить доверие" между ЕС и Россией после войны в Грузии в августе 2008 года и длительного газового спора между Россией и Украиной в январе 2009 года, сказал Шварценберг.

У Москвы есть собственные вопросы по поводу доверия. Выступая в прошлом месяце в Брюсселе, Лавров обвинил Евросоюз в попытке урвать для себя "сферу влияния" на территории бывшего Советского Союза при помощи инициативы "Восточного партнерства", цель которой - обеспечить налаживание более тесных связей между ЕС и такими странами, как Белоруссия, Украина, Молдавия, Грузия, Армения и Азербайджан.

Шварценберг 27 апреля на встрече министров иностранных дел ЕС отреагировал на это заявление. Он опроверг наличие такого намерения и подверг критике саму идею сфер влияния.

"Мы непреклонно придерживаемся точки зрения о том, что никаких сфер влияния быть не должно ни для русских, ни для нас", - заявил Шварценберг репортерам.

Отвечая на следующий день на вопросы по этому поводу, Лавров подтвердил, что представители Евросоюза пытаются снять озабоченность Москвы в этой связи.

"Мы на самом деле слышим из Брюсселя заверения в том, что это не является попыткой создать новую сферу влияния, что этот процесс не направлен против России, - сказал Лавров, - хотелось бы верить этим заверениям".

В обход "российского маршрута"

Польша и Швеция первыми высказали мысль о "Восточном партнерстве" в июне 2008 года, чтобы привлечь больше внимания и финансов Евросоюза к его восточным соседям.

Но после российско-грузинской войны данный проект приобрел еще большую актуальность.

Политики из Брюсселя и других европейских столиц начали говорить о необходимости предоставления "альтернативы" российскому влиянию для стран, находящихся на восточных границах Евросоюза.

Нетрудно сделать вывод о том, в чем ЕС усматривает разницу между своими и московскими предложениями в адрес соседей. Хотя Шварценберг отвергает понятие "сфер влияния", он отмечает, что ЕС стремится к развитию государств, включенных в "Восточное партнерство", "потому что в наших интересах сделать так, чтобы эти страны не слишком отставали от Европейского Союза - ведь это может привести к возникновению трудностей в будущем".

"Стабильность" - еще одно ключевое слово, часто используемое Брюсселем в отношении "Восточного партнерства".

Иными словами, ЕС не может допустить, чтобы эти страны шли по российскому маршруту.

Выпад Лаврова, прозвучавший в марте в Брюсселе, дал хорошую возможность взглянуть на эту историю с российской стороны. Ссылаясь на настойчивые призывы ЕС к своим восточным партнерам не следовать примеру России и не признавать независимость грузинских провинций Южная Осетия и Абхазия, российский министр иностранных дел спросил, не направлено ли в действительности "Восточное партнерство" на то, чтобы "столкнуть страны с тех позиций, которые они должны занимать независимо и свободно"?

Тот факт, что ни одна из шести стран, приглашенных к участию в "Восточном партнерстве", не уступила давлению Москвы и не признала Южную Осетию и Абхазию, является для России особенно раздражающим напоминанием о пределах ее сегодняшнего влияния.

Недовольство России по поводу попыток ЕС распространять свои взгляды и идеи в восточном направлении (несмотря на общепризнанно ограниченные цели таких усилий, которые не направлены на принятие этих стран в члены Евросоюза), вызвано двумя причинами. С одной стороны, сами российские лидеры по-прежнему предоставляют достаточное количество доказательств того, что Россия все еще не смирилась с утратой советской (а до нее царской) империи.

Предлагая альтернативы

С другой стороны, Россия требует уважения к себе и включения в общеевропейские процессы, считая, что имеет на это полное право. Лавров 28 апреля подтвердил стремление президента Дмитрия Медведева разработать "новую архитектуру безопасности" для Европы, заявив, что она должна предусматривать "полное участие" всех государств.

Владимир Путин, будучи еще президентом, говорил о России как об одном из трех столпов "евроатлантической цивилизации" наряду с США и Европой.

Визовый режим ЕС для россиян по-прежнему является самым унизительным напоминанием о том, насколько далеки мнимые партнеры России от признания ее амбиций. Весьма симптоматично то, что устранение визового барьера ЕС остается одним из главных приоритетов России в двусторонних отношениях с этим блоком.

Свое недовольство Россия распространяет на новых членов ЕС из числа бывших коммунистических стран, которые Москва считает узурпаторами и препятствием на своем пути к занятию принадлежащего ей по праву места в Европе.

Еще до расширения ЕС в 2004 году Москва начала проводить политику налаживания прямых контактов с самыми крупными западноевропейскими членами Евросоюза. Цитируя поэта Александра Блока, один российский политик назвал этот курс призывом к "галльскому рассудку" и "тевтонскому гению".

России удается посеять определенные семена раздора в рядах ЕС, но пока она не в состоянии остановить медленную экспансию Евросоюза.

Обсудить публикацию на форуме

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.