В эти дни Сербия, ее национальное руководство, граждане, столкнулись с фактом, что пробил час Косово и Метохии, момент, который мало кто в нашей стране осознает, но который все чувствуют, даже те, кто голгочет, что Косово это камень на шее у Сербии. Даже они в глубине души знают, что являются потомками тех, кто соткан из косовских нитей, сербского эпоса, этого фатума Сербии.

В четверг, как раз в тот день, когда Борис Тадич, на удивление общественности, выступил и призвал убрать баррикады на севере Косова, что ознаменовало перелом в официальной политике государственного руководства Сербии, в тот же день 1918 года закончилась Первая мировая война, и Косово и Метохия с тех пор стала частью Сербии. Сербия в этой войне потеряла треть населения, а ущерб составил 13 миллиардов динаров, что на 1911 год составляло 65 ее годовых бюджетов.

Читайте еще: Что сербского в Косово

Во время Первой мировой войны Косово было оккупировано австрийскими и болгарскими войсками, до войны, на протяжении столетий, оккупантом была Османская империя.

Неподходящий день для обращения президента к народу и призыва убрать баррикады, что в восприятии людей, живущих там, означает снятие последнего барьера, который защищает их от того, чтобы стать гражданами независимого Косова, того, которым управляет Хашим Тачи.

Сегодня эту тему все комментируют в сиюминутном политическом контексте, правительственные попугаи и коррумпированные средства массовой информации пытаются завернуть это в целлофан, который настолько непрочен и прозрачен, что они сами не знают, какую негативную реакцию вызывает это у рядового гражданина. С другой стороны, оппозиция ведет себя крайне непорядочно, незрело и не по-государственному. Не знаешь, кто хуже, власть или оппозиция.



Я не намерен здесь влазить в нынешний политический контекст, вроде «Борис Тадич сдался под давлением Запада и ради какой-то кандидатуры махнул рукой на Косово», или «у оппозиции тоже нет решения этой проблемы, она хочет воспользоваться падением Тадича в глазах избирателей, она будет хитро молчать, чтобы не конфликтовать с международными факторами».

Этот контекст меня не интересует, меня, как человека, вообще не интересует эта лужа сербской политики, меня здесь интересует кое-что другое.

Читайте еще: "Славянский батальон" для косовских сербов

Это правда, что вопрос о суверенитете и целостности Сербии в Косово крайне туманный с исторической точки зрения. В том 1918 году вспыхнуло партизанское восстание качаков, 10 тысяч албанских разбойников, которые ушли в горы, но не тогда, когда Косово стало частью Сербии, а до того, еще во времена турков, которые называли их качаками, что по-турецки означает разбойник, и которые боролись за свою независимость. Эти разбойники, во главе с брачной четой Аземом и Шотой Галицей из окрестностей Дреница, сотрясали молодое Королевство сербов, хорватов и словенцев с 1918 по 1924 год. Азем был ликвидирован вместе с 12 тысячами приближенных к нему, 22 тысячи посадили в тюрьму, качаков утопили в крови, а восходящая коммунистическая партия обрела в этих пораженных силах, их потомках и сторонниках верных союзников и врагов существующего режима Королевства.

Настал 1945 год, и албанцы получили от Иосипа Броза Тито «приз» в виде автономного края, изменение демографической структуры в Косове как следствие открытого проникновения албанцев прибывающих из Албании и заселявших Косово. Сербская элита в Югославии наблюдала за этим молча, а точнее неадекватно. Случился распад Югославии, бомбардировки НАТО 1999 года и извлечение Косова и Метохии из непосредственного суверенитета и целостности Сербии, о которых практически можете судить сами, какими они были с 1918 по 1999 год.

Другая проблема заключается в духовной и культурной вертикали под названием Косово для сербского народа. Эта вертикаль является нерушимой, и она сильнее любых аргументов, исторических фактов, сиюминутных национальных и государственных интересов, геополитических обстоятельств, промывания мозгов сербской нации.



Еще по теме: Запад унижает сербов

Только из-за этого, думаю, Борис Тадич сделал свой самый рискованный политический шаг. На этот шаг он бы не решился ради себя, своей мечты, матери Невенки и отца Любомира, детей Вани и Маши. Почему? Потому, что он был президентом Сербии, когда Косово провозгласило независимость, приняв декларацию в парламенте в Приштине, потому, что он был президентом Сербии, по инициативе которого Международный суд в Гааге заявил, что провозглашение в соответствии с международным правом, потому, что он был президентом, который согласился на приход EULEX в Косово, потому, что он был президентом, который вел технические переговоры в Брюсселе при помощи марионетки Борко Стефановича, потому, что он был президентом, который попросил убрать баррикады, и будет президентом, которого народ на баррикадах увековечит в косовском эпосе по типу Вука Бранкович. Он не должен был этого допустить. Он не должен был допустить, что бы те, кто имеет больше всего выгоды от его руководства Сербией, сыграли в эту игру до последней капли его, а не своей крови. Он не должен был допустить, чтобы его так сделали. Те, кто толкнул его на эту авантюру завтра будут бежать от него как от прокаженного, он останется сам.

У Сербии больше нет пространства для маневра относительно Косова, эта история почти закончена. Борис Тадич тоже почти завершенная история, если он неожиданно не сделает новый поворот. Есть еще и время, и возможность, и ресурсы, вопрос в том, знает ли он, что делать и хватит ли у него на это сил. В противном случае он тоже станет жертвой политического фатума Косово, и как бы нереально сегодня это не казалось, я почти уверен, что он очень быстро утратит лидерство в своей Демократической партии и уйдет на политическую пенсию, брошен и забыт всеми. Единственные, кто его не забудет, это авторы косовского эпоса.