Нет, до 'развода' между Москвой и Вашингтоном дело пока не дошло. Однако их 'медовый месяц' явно позади. Достаточно вспомнить, как выглядели президенты Джордж У. Буш и Владимир Путин на пресс-конференции после встречи в Словакии в прошлый четверг. От них за версту вяло холодом.

Отношения между Вашингтоном и Москвой сегодня напоминают скорее брак по расчету. Это уже не антагонизм и яростное соперничество времен Холодной войны; возврат к подобному вряд ли возможен. Одна из причин заключается в том, что США остаются сверхдержавой, а Россия - лишь бледная тень бывшего СССР. Теперь это настороженное взаимодействие, обусловленное необходимостью сотрудничать там, где это выгодно обеим сторонам, и наличием фундаментальных разногласий, которые весьма непросто урегулировать.

Возможно, Буш и дальше будет донимать Москву упреками в откровенном отходе от демократических принципов, но ради сохранения 'рабочего взаимодействия' с Россией по вопросам, имеющим важнейшее значение для Соединенных Штатов, он, по крайней мере в ближайшем будущем, будет вынужден ограничиваться словесной критикой и стремится к сотрудничеству в сферах жизненных интересов. И дело здесь не в том, действительно ли Путин и Буш - задушевные друзья, как однажды заявил сам американский президент, а в том, что они - главы государств, понимающие, в чем их интересы совпадают.

Россия нужна Америке

Россия сохраняет свое значение для Соединенных Штатов. Сотрудничество с Москвой жизненно необходимо в таких сферах как борьба с терроризмом, надежная охрана ядерного оружия и предотвращение его распространения, разрешение региональных конфликтов и стабилизация положения с критически важными энергоресурсами. Россия, в свою очередь, знает, что не может позволить себе нажить врага в лице Вашингтона. Его помощь нужна Москве прежде всего для вступления во Всемирную торговую организацию и обеспечении своих экономических интересов. Все это с полной очевидностью проявилось во время братиславского саммита. Столь же очевидным было и стремление обоих лидеров затушевать точки расхождения и разрядить нарастающее взаимное недоверие между Вашингтоном и Москвой.

Сомнения Вашингтона относительно направления, по которому Путин ведет Россию, во многом обоснованы. Хотя на пресс-конференции после саммита Путин и заявил, что тоталитаризм в России мертв и 'возврата назад нет и быть не может', ему вряд ли удалось кого-то убедить. При Путине в России произошел явный и тревожный поворот к авторитаризму: Кремль затыкает рот свободной прессе, преследует инакомыслящих, раздает государственные активы политическим пособникам, грубо вмешивается во внутренние дела Грузии, и совершил неуклюжую попытку саботировать выборы на Украине.

Бесплодное дружелюбие

Пожалуй, наибольшее беспокойство вызывает решение Путина упразднить выборы в регионах: теперь их губернаторы будут не избираться всенародно, а назначаться Кремлем. В Словакии Путин цинично и своекорыстно уподобил процедуру 'подбора' региональных губернаторов американской системе, в рамках которой президент избирается не прямым голосованием, а коллегией выборщиков. Это заявление было явно неискренним и - может быть даже преднамеренно - прозвучало как колкость в адрес Буша. Вообще, во время совместной пресс-конференции Путин держался вежливо, но особой теплоты в его поведении заметно не было. Если Буш, с похвалой отзываясь о характере Путина, дружески называл российского коллегу Владимиром, то последний неизменно отвечал официальным 'президент Буш'. Невзирая на несколько вымученное дружелюбие Буша, Путин явно не пытался создать впечатление, что с удовольствием будет обмениваться с Бушем застольными байками за барбекю на его техасском ранчо.

Размолвку, возникшую между двумя лидерами, не стоит недооценивать. Все началось с быстрого и непродуманного расширения НАТО, когда в его состав были приняты бывшие страны Варшавского договора и прибалтийские государства: в результате Атлантический альянс вплотную придвинулся к российским границам. Возможно именно этим обусловливались неуклюжие попытки Путина взять под контроль политический процесс в Грузии и на Украине, чтобы 'вырвать' эти страны из сферы влияния Запада и вернуть обратно - в лагерь Москвы.

Нельзя недооценивать и угрозу, которую несет в себе чеченский мятеж: теракты в Москве и кровавый захват школы в Беслане оказали на россиян не менее травматическое воздействие, чем на нас - события 11 сентября. Путин - лидер, отчаянно пытающийся навести порядок и установить контроль над громадной непокорной страной, которую внутренняя напряженность способна буквально разорвать на части. Это не оправдывает, но в какой-то степени объясняет путинский дрейф в сторону авторитаризма.

Однако, несмотря на идейные разногласия, Буш и Путин, судя по всему, изо всех сил стремились найти точки соприкосновения и заявить о них во всеуслышанье. Это было правильное решение, и в конечном счете именно оно будет предопределять характер отношений между двумя странами и гарантировать их устойчивость.

Большой шаг вперед

Буш и Путин - правда, не вдаваясь в подробности - объявили, что достигли договоренности о расширении совместных усилий по борьбе с угрозой терроризма путем обеспечения безопасности ядерных объектов в России: это можно рассматривать как косвенное признание Путина, что меры по охране таких объектов либо недостаточны, либо неэффективны. Характерно, что это соглашение было достигнуто буквально через несколько дней после того, как американская разведка в одном из отчетов заявила, что случаи хищения радиоактивных материалов с российских объектов 'имели место'. Это соглашение, даже если не все возлагаемые на него надежды оправдаются, является серьезным шагом вперед, особенно в том, что касается разработки ускоренного графика обеспечения безопасности российских ядерных объектов.

Президенты также заявили, что намерены совместными усилиями не допустить, чтобы Северная Корея и Иран стали ядерными державами. Подобную инициативу можно только приветствовать, если конечно Путин настроен серьезно и готов задействовать ради этого имеющиеся у него рычаги давления и влияние. Однако здесь есть немало оснований для скепсиса. В прошлом Путин не проявлял готовности помочь обузданию ядерных амбиций Пхеньяна, а по Ирану вообще отказывался сотрудничать с США и вел себя просто как обструкционист.

Хотя здравый смысл должен был бы подсказать Путину, что Россия не должна позволить стране, расположенной вблизи ее южных границ, превратиться в дерную державу - в особенности если этой страной управляет исламский теократический режим - в своих решениях он явно руководствовался экономическими потребностями. Россия уже подписала с Тегераном дорогостоящие контракты на поставку вооружений, и продолжает помогать ему в осуществлении ядерных программ.

По данным газеты 'Известия', в строительстве иранской АЭС участвуют 1500 российских специалистов: работы уже почти завершены и к 2006 г. станция должна вступить в строй. Путин довольствовался неискренними заверениями Тегерана о том, что предоставленные Россией ядерные технологии не будут использоваться для производства вооружений.

Кроме того, было объявлено о договоренности, согласно которой Россия будет участвовать в урегулировании израильско-палестинского конфликта. Оно предусматривает негласное взаимопонимание о том, что Россия использует свое влияние на Сирию - традиционно имеющую тесные контакты с Москвой - чтобы побудить Дамаск сократить поддержку террористических движений на Ближнем Востоке.

Важнее всего для Путина была договоренность об ускорении процесса вступления России в ВТО при помощи Вашингтона. Это самый сладкий 'пряник', который Буш приготовил для Путина: Кремль жаждет присоединения России к этой организации и ради этого, Путин, возможно, будет готов пойти на уступки.

Дружественные отношения

Соглашения, о которых было объявлено в Словакии, при всех своих достоинствах, пока являются лишь декларациями о намерениях. Их необходимо наполнить политическим содержанием и претворить в конкретные действия. Если это произойдет, они станут лейтмотивом эпохи настороженного сотрудничества между двумя державами по вопросам, представляющим взаимный интерес. Со стороны обоих лидеров словацкий саммит стал попыткой затушевать свои фундаментальные разногласия. Возможно, он приведет к смягчению недоверия между Вашингтоном и Москвой, но ни в коем случае не устранит его полностью.

Договариваясь о 'настороженном сотрудничестве' по ключевым вопросам, два лидера напоминают супругов, не желающих разводиться, но спящих каждый в своей спальне, и старающихся поменьше путаться друг у друга под ногами, чтобы не провоцировать ссоры. Возможно, именно это и есть лучший вариант для обеих стран. Да и для мира в целом.