Данный материал публикуется в рамках акции 'Переводы читателей ИноСМИ.Ru'. Этот текст обнаружила и перевела наш читатель Инна Майская, за что мы ей крайне признательны

__________________________________________________

Я один из ста тысяч чеченцев, проживающих в Москве. Там еще живет и 30 тысяч ингушей. И они и мы принадлежим к этно-лигвинистической группе называемой вайнахами и составляем примерно один процент московского населения. Тем не менее лишь немногие москвичи имеют представление о том, как мы выглядим и чем мы отличаемся от остальных 'черно[нецензурное выражение]' ('черные ...' - этим уничижительным выражением русские называют всех людей с Северного и Южного Кавказа, а также людей из Средней Азии).

Численность вайнахов составляет почти полтора миллиона или один процент от 145-миллионного населения России, поэтому наше присутствие в столице вполне естественно. Тем не менее многие задаются вопросом 'Какого [нецензурное выражение] они здесь делают? Пусть уезжают обратно в свою Чечню и подыхают там под нашими бомбами!'

Кем является типичный вайнах, этот каждый сотый скрывающийся среди вас, и как вы можете его или ее опознать? Я помогу вам ответить на этот вопрос. Потому что вам важно знать, как опознать в толпе тот самый вид, который умудрился пережить 15-летнюю мясорубку войны.

Правда состоит в том, что если говорить о чеченцах, то среди них нет типичных, средних. Я не имею в виду, что каждый чеченец прямо настолько уникален, или что само слово 'средний' режет нам слух. Нет, просто чеченцы, ну, 'отличаются'. Отличаются друг от друга, отличаются от вас. Вечная слава отличиям. На [нецезурное выражение] усредненность.

В конце 90-х и начале 2000-х, когда уровень гонений и преследований вайнахов был особенно высок, многие вайнахи, жившие в Москве и других русских городах, старались не выглядеть вайнахами, старались смешиваться с местными. Они носили 'фуцинскую одежду' (от слова 'фуцин', означающее наивного и глупого слабака, 'тряпку'), практиковали сложную для имитации походку типичного ботаника ('ходит как ботаник' обозначает парня, у которого походка и позы застенчивы, не горделивы и не агрессивны, так вы называете 'ничтожную личность'), покупали фальшивые очки и делали многие другие вещи, чтобы обмануть милицейский радар на вайнахов. И знаете что? Вскоре они сдались. Ухищрения почти никогда не удавались с оперативниками с Петровки 38, которые знали вайнахов очень хорошо. И причина для того была проста: чеченская гордость всегда оставалась у них в глазах, в выражении лица, в их движениях тела.

Помню, остановили меня как-то шесть милиционеров-оперативников. У меня светлый цвет кожи, паспорт в те времена у меня был белорусский, а по-русски я говорю без акцента. Они быстро посмотрели на меня, на мой паспорт, задали пару вопросов и собрались уходить, но один из оперативников, у которого явно было больше опыта в общении с чеченцами, почти-то закричал: 'Ребята, не отпускайте его! Давайте отведем его на Петровку и получше посмотрим на него и его документы! Он чеченец - посмотрите в его глаза! Посмотрите в его холодные и надменные глаза! Это же чисто чеченский взгляд!'

К несчастью для него я тоже был не лыком шит. Я закричал своим особым 'начальническим' (принадлежащим большому начальнику) глубоким и низким басом, который я использую по особым случаям типа этого: 'Вы совсем [нецензурное выражение]? Да я вам жизни попорчу, идиоты!'. Они быстро исчезли.

Но благодаря тому случаю я получил хороший урок. Нас действительно очень легко опознать. Всего лишь нужно заметить пронизывающую гордость в наших глазах, потому что мы не можем от нее избавиться так же, как мы можем поменять нашу одежду или походку. Мы не можем спрятать ее даже за фальшивыми очками.

Эта гордость присутствует и в том, как мы ходим, и в том, как мы говорим, но в основном в том, как мы живем и как мы понимаем вселенную. Это то, что делает нас нацией, и то, что держит нас вместе.

Наша гордость не спесива, как гордость средневековый испанских баронов. Это гордость свободного человека, который заслужил свою гордость в борьбе и продолжает за нее бороться. Каждое поколение наших предков повторяло этот путь через кровь и пот. Ее нелегко описать, но однажды опознав и изучив внешнее выражение чеченской гордости, вы будете способны опознавать нас без списков и паспортов. Это тот тип гордости, который умирает только вместе с ее носителем. Ее не демонстрируют высокомерно, но вы всегда ее чувствуете. Она совершенно не такая, как гордость других южных народов, включая народы Кавказа. Гордость вайнахов холодна, не хвастлива или тщеславна. Она не для окружающих, она держится внутри.

Чем мы гордимся? Чеченцы одна из самых культурно самодостаточных наций в мире. Некоторые из нас могут приблизиться к культурам других народов и даже восхититься ими, но сложная система чеченского морального кодекса никогда по-настоящему не позволит освоение чужих идей и ценностей. В представлениях чеченцев о мире доминирует философское понятие красоты, известное как 'хозал'. Все, что мы делаем, мы сравниваем с этим стандартом. Если вы запишите даже очень бытовой разговор вайнахов друг с другом (любых вайнахов) на их языке, а потом переведете его слово в слово, записав на бумаге, то вас поразит количество слов, которые образованы от корня слова 'красота'. Быть морально подчиненным или сломленным - это самая уродливая вещь, которая может случиться с вайнахом. Гордость за себя - это самая красивая вещь, которой может достичь вайнах.

____________________________________________

Автор перевода читатель ИноСМИ.Ru - Инна Майская

Примечание: редакция ИноСМИ.Ru не несет ответственности за качество переводов наших уважаемых читателей

______________________________________

Инна Майская: "Американским обывателям по большому счету все равно, что творится в России и кто такие русские" ("ИноСМИ", Россия)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.