Решение Франции начать переговоры о продаже России четырех десантных вертолетоносцев типа «Мистраль» Соединенные Штаты и ряд членов НАТО встретили суровой критикой. Грузинский министр иностранных дел Эка Ткешелашвили была особенно сурова. «Это даже не умиротворение России, это вознаграждение России», - сказала она.

Никто не спорит с тем, что приобретение четырех вертолетоносцев серьезно повысит возможности русских по переброске войск. Однако отметим, что Россия – сейчас далеко не единственная страна, увлекающаяся крупными вертолетоносцами. Фактически, покупая «Мистрали», Москва следует мировой моде. Такие корабли сейчас популярны, и русские, похоже, просто решили вступить в клуб.

Десантные вертолетоносцы, известные в флотских кругах как «аллигаторы» («gators»), фигурируют под несколькими различными обозначениями в зависимости от задач и характеристик. Например, в состав американского флота входят LPD (Landing Platform Dock) (десантно-вертолетные транспорты-доки), LHA (Landing Helicopter Assault) (универсальные десантные корабли) , LSD (Dock Landing Ship) (десантные корабли-доки) и LHDs (Landing Helicopter Dock) (десантно-вертолетные корабли-доки). У всех у них, впрочем, есть несколько важных общих черт: они обычно способны нести несколько вертолетов и значительное число солдат и почти всегда обладают необходимыми техническими возможностями для того, чтобы координировать высадку войск на сушу. Вертолетоносцы – оптимальные корабли управления для прибрежной зоны – могут выполнять двоякие задачи: по поддержке операций на суше и сохранению контроля над морем.

За последние 15 лет количество десантных вертолетоносцев во флотах разных стран мира резко возросло. В число новых проектов входят французские «Мистрали», южнокорейские «Докдо», австралийские «Канберры», голландские «Роттердамы», новозеландский «Кентербери», японские «Осуми», и испанские «Галисии». Турецкий флот заключил контракт на создание нового десантного вертолетоносца специально для миротворческих операций НАТО. Возможность обзавестись вертолетоносцами рассматривают Канада, Индия, Малайзия и Южная Африка. Британцы и американцы также расширили свой флот вертолетоносцев – первые за счет десантного корабля «Океан» и кораблей-доков типа «Бэй», а вторые - за счет транспортов-доков типа «Сан-Антонио».

Вертолетоносцы способны играть несколько разных ролей. Во-первых, они служат дешевой альтернативой авианосцам. В этом аспекте участники проекта по разработке истребителя F-35B с укороченным взлетом и вертикальной посадкой получат дополнительное преимущество. Однако еще важнее то, что такие корабли служат своим владельцам своего рода «входным билетом», давая им возможность самостоятельно осуществлять интервенции, а также участвовать без поддержки со стороны в международно санкционированных экспедиционных операциях.

Между тем в начале 21 века участие в совместных экспедиционных операциях превратилось в важный показатель международного престижа и влияния. Способность флота Соединенных Штатов оказывать поддержку программам помощи при стихийных бедствиях в Юго-Восточной Азии в 2005 году и на Гаити в 2010 году помогла сохранить и расширить влияние Америки в обоих регионах. Таким же образом, присутствие большого десантного корабля у берегов Сомали помогло американскому флоту играть ведущую роль в операциях по борьбе с пиратством. Направляя куда-либо десантный вертолетоносец, страна зарабатывает дополнительные дипломатические очки за участие в операции и получает шанс повлиять на ее ход. С учетом проблем пиратства, беженцев и общей неурегулированности вопросов помощи при стихийных бедствиях в морском праве, способность поддерживать порядок с помощью вертолетоносца заметно укрепляет международный имидж государства. А так как подобные миссии дают ценную возможность боевой подготовки, они заодно положительно влияют и на его безопасность.

На этом фоне тяга Москвы к «Мистралям» становится понятнее: как и многие другие страны в наши дни, Россия хочет быть способной осуществлять присутствие и влиять на ситуацию вдалеке от своих границ, а также стремится получить престижную возможность участвовать в совместных экспедиционных операциях на своих условиях. Большие и современные «Мистрали» дадут ей такую возможность.

Отметим, что решение купить корабли у Франции вместо того, чтобы построить их самостоятельно, означает, что Москва признает плачевное состояние российской кораблестроительной промышленности. По условиям соглашения, часть «Мистралей» будет построена во Франции, а часть в России, по лицензии. Однако сам выбор иностранного типа кораблей, вызвавший в самой России протесты, свидетельствует о недовольстве Москвы как постсоветским кораблестроением, так и вообще состоянием российской промышленности.

Хотя о «Мистралях» часто говорят, что они несут непосредственную угрозу российскому ближнему зарубежью, на самом деле у Москвы и без них есть все необходимые для того, чтобы угрожать соседям, военные и экономические инструменты. В сущности из-за политических трудностей, с которыми связан проход больших военных кораблей через Дарданеллы, Россия, скорее, направит вертолетоносцы не на Черное море, а на Тихий океан и в Атлантику, где они могут, в конце концов, стать основой оперативного соединения российского ВМФ в Карибском море или у берегов Сомали.

Таким образом, по-видимому, покупка «Мистралей» говорит о том, что Россия по-прежнему намерена играть важную и независимую роль в в морских делах на мировом уровне. Подобно Южной Корее, Новой Зеландии, Турции и другим странам, Россия оценила престиж и свободу действий, которые обеспечивают десантные вертолетоносцы. В эпоху, в которую никто больше не рассматривает всерьез возможность полномасштабного и интенсивного морского боя, такие корабли превратились в «золотой стандарт» современного и эффективного флота.

Роберт Фарли - доцент Школы дипломатии и международной коммерции имени Паттерсона (Patterson School of Diplomacy and International Commerce) Университета Кентукки. Ведет блоги на Lawyers, Guns and Money и Information Dissemination.