История с внезапным конфликтом между Турцией и Нидерландами вначале показалась необычной и непонятной, но в ней заметно сходство с другой, лучше известной нам ситуацией.


В апреле в Турции запланирован референдум о расширении полномочий президента, которому сопутствуют опасения по поводу укрепления тоталитаризма (а в дальнейшем — и исламизма) в этой стране. Можно только гадать, что послужило главной причиной для того, чтобы президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган решил развернуть активную кампанию за пределами своего государства: расчет на то, что для желаемого результата на референдуме необходима поддержка живущих за рубежом граждан Турции, или, скорее, желание показать свое влияние в Европе, однако демонстративные шаги натолкнулись на сопротивление. В первую очередь, его оказала Германия, разногласия которой с Турцией, кажется, уже можно обобщить в специальном томе, но в центре конфликта на этот раз оказались Нидерланды. Правительство этой страны на прошлой неделе запретило посадку самолета министра иностранных дел Турции Мевлюта Чавушоглу, который намеревался принять участие в политическом митинге и агитировать за изменения в конституции. Затем участвовать в этом митинге было запрещено также министру Турции по делам семьи Фатиме Кайе, она прибыла на автомобиле из Германии, но была эскортирована назад. Последовала очень резкая реакция со стороны Эрдогана — он назвал нидерландцев «наследниками нацистов» и «фашистами».


Стоп! Здесь можно включить паузу и подумать, из какого еще государства часто звучат аналогичные обвинения в адрес политиков и жителей других стран. Кто обычно обвиняет своих оппонентов в «возрождении нацизма», использует такие фразы, как «нацизм поднимает голову», «коричневая чума расползается»? (По всей вероятности, очередную «порцию» мы получим уже через несколько дней, когда наступит очередное 16-е марта). Ну, конечно, это Россия. Аннексия Крыма и агрессия в восточной Украине были реализованы под лозунгами о том, что в Киеве власть захватили «нацисты», и русские люди там под угрозой…


Ах, эти несчастные, угнетаемые «соотечественники» — они оказались очень удобным рычагом влияния, чтобы на их базе создать даже особую идеологию «русского мирра». И самое интересное — это действует: живущие за рубежом русские иногда являются даже более пламенными сторонниками Владимира Путина и правящей партии «Единая Россия», чем россияне, что наблюдается на президентских и парламентских выборах.


Западная Европа с этим не столкнулась, потому что там русская диаспора не столь велика и не так идеологически «обработана», чтобы оказывать какое-то влияние на политику. Иначе обстоит с турками. В Интернете можно найти интересные статистические карты, на которых обозначено самое крупное нацменьшинство в каждой из европейских стран. На пестром фоне особо выделяется флаг Турции, который «накрывает» Германию, Австрию, Нидерланды, Данию, а также Болгарию, — во всех этих странах турки являются второй по величине национальной группой после коренной нации. По информации сайта МИДа Турции, за пределами своей страны живет около 5,5 миллиона турок, и из них 4,6 миллиона — в Западной Европе. «Осознание нужд этих людей и решение их проблем — одно из важнейших измерений в наших отношениях со странами Западной Европы, а также один из приоритетов нашей внешней политики», — подчеркивает турецкий МИД.


В том, что многие живущие в Европе турки являются активными сторонниками Эрдогана, можно было убедиться в прошлом году после неудачной попытки переворота в Турции. (Что касается этой попытки переворота, то тут до сих пор много непонятного, и примечательно, что именно она послужила основанием для предложения о расширении полномочий президента). Тогда многие живущие в Европе турки вышли на улицы своих городов, чтобы выразить поддержку президенту Турции, в то время как реакция европейских политиков была довольно сдержанной, чем Эрдоган позже оказался очень недоволен. Но он понял, что европейские турки это важный ресурс. Может, пока еще и не столь эффективный, как угрозы открыть ворота для новой волны миграции, но устроить кратковременный хаос в столицах европейских государств можно. Другое дело, что за этим не последует продолжение, которого в случае России боятся страны Балтии, — военная агрессия.


В Берлине, Вене, Гааге, Копенгагене придется подумать, как такие вопросы решать в будущем, но последние события еще больше отодвинули Турцию от теоретического членства в Европейском Союзе.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.