На фоне привычных заявлений о готовности укреплять связи и о взаимной выгоде, судя по поступающим сообщениям, главной темой этой конференции [саммита «Россия — Африка»] стала торговля. За последние четыре года Россия удвоила объемы своего экспорта в африканские страны. Однако эти 20 миллиардов долларов товарооборота с Африкой резко контрастируют с 240 миллиардами долларов товарооборота с Китаем в прошлом году. США, Евросоюз и Индия опережают Россию по объемам экспорта на этот континент, и даже Объединенные Арабские Эмираты заработали больше на торговле с Африкой в 2018 году, чем Москва.

Хотя российскому бизнесу очень хотелось бы продавать Африке больше своей продукции, Россия не славится своими потребительскими товарами и высокими технологиями. Но она всегда успешно торговала оружием — настолько успешно, что автоматы Калашникова в Африке практически вездесущи, и ими пользуются как службы безопасности африканских стран, так и такие террористические группировки, как «Боко Харам» (запрещена в России — прим. ред.). Африканские государства также могли бы покупать российскую нефть и нефтепродукты.

Но очевидно, что на самом деле не торговля лежит в основе африканской кампании президента России по завоеванию умов и сердец. Реальный интерес Путина — геополитический. И в этом смысле он смотрит в двух направлениях. Несмотря на нынешние дружеские отношения Москвы и Пекина, в сущности, они являются противниками. Гигантская экономическая мощь Китая заслоняет собой мощь России. На бумаге китайские вооруженные силы сильнее российской армии. Но в терминах военной конфронтации соперничество разворачивается скорее между Кремлем и Белым домом. Несмотря на агрессивные выпады Вашингтона по поводу того, что Пекин расширил свое влияние и милитаризировал Южно-Китайское море вопреки международному праву, президенты Трамп и Си в настоящее время ссорятся из-за торговли, а не из-за проецирования военной силы.

Холодная война, в сущности, представляла собой противостояние двух вооруженных ядерными ракетами блоков, в котором тогдашний Советский Союз и страны Варшавского договора в Восточной Европе стремились выстоять против США и их партнеров по НАТО. Роль Китая была второстепенной. В рамках конфронтации между Москвой и Вашингтоном состоялся целый ряд опосредованных войн, многие из которых разворачивались в Африке. Советский Союз, который тогда сотрудничал с кубинцами Фиделя Кастро, стремился не допустить расширение в Африке влияния США и бывших колониальных держав, в частности Франции и Соединенного Королевства.

Взяв на себя строительство Асуанской плотины, которое США бросили после того, как президент Египта Джамаль Абдул Нассер (Gamal Abdul Nasser) перешел на сторону советского блока, русские отвечали за целый ряд строительных объектов в Африке, включая малые ядерные реакторы, металлургические предприятия и рыбозавод на юге Египта. Множество студентов из Африки получили высшее образование в Москве в университете им. Патриса Лумумбы, названного в честь убитого коммуниста из Конго. Некоторое время надежды Советского Союза на вытеснение Запада из Африки казались действительно осуществимыми. Но потом на смену Нассеру пришел Анвар Садат (Anwar Sadat), которого Вашингтон убедил выкинуть русских из страны. Русские уходили очень неохотно — они даже разрушили упомянутый выше рыбозавод. Москва надеется, что на этот раз ей удастся достичь более высоких результатов в Африке.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.