В последние дни украинский интернет полон спорами вокруг российского политика Алексея Навального и обстоятельств его громкого возвращения в Россию. При этом часть юзеров с вниманием, тревогой, а некоторые — и с восхищением следят за ходом событий — выражая поддержку Навальному (с одновременным пренебрежением в адрес Кремля). Другие же возмущаются «сплошным Навальным в моей ленте» и спрашивают: зачем вообще следить за российской повесткой дня, а еще и переживать за автора высказывания о том, что «Крым — не бутерброд»?

1. Стоит ли, по вашему мнению, украинцам внимательно следить за событиями вокруг Алексея Навального? И почему?

Роман Безсмертный, политик и дипломат, экс-посол Украины в Белоруссии, экс-представитель Украины в политической подгруппе Трехсторонней группы по урегулированию ситуации на востоке Украины

— Казус Навального надо оценивать с трех позиций. Первая: из интересов Украины. Вторая: из ситуации в РФ. Третья: из международной безопасности. Россия — географически сосед Украины, поэтому мы должны тщательно отслеживать все события, а особенно политические. Россия выбрала свой путь и свою политику, Навальный — это лишь часть этого мировоззрения. Политика Кремля никогда не была, не является и не будет дружественной по отношению к Украине. И любой из ее политических лидеров тест на Донбасс и Крым не пройдет. Вспомните Ходорковского, которым так восхищались прогрессивные украинцы. Каждый, кто ездит в Москву и даже видит «мир в глазах Путина», должен понимать философию «русского мира» и ее имперские наклонности.

Юрий Луценко, экс-министр внутренних дел, бывший генеральный прокурор, в 2011-2013 годах — преследуемый и заключенный оппозиционный деятель

— Возвращение Навального — начало кампании по выборам Госдумы. В условиях двукратного падения рейтинга путинской партии власти до тридцати процентов этот смелый шаг дает серьезный шанс оппозиции. Да, эта оппозиция далеко не проукраинская. Но для Украины любая конкуренция в российской власти лучше, чем нынешний путинский монолит.

Ирина Верещук, народный депутат, фракция «Слуга народа»

— Я не вижу почему рядовые украинцы должны беспокоиться (внимательно наблюдать) за событиями вокруг господина Навального. Мы должны жить своей жизнью.

Ирина Геращенко, экс первый вице-спикер Верховной рады Украины, народный депутат, фракция «Европейская солидарность», экс-представитель Украины в Трехсторонней группе по урегулированию ситуации на востоке Украины

— Украинцам важно внимательно наблюдать за действиями Кремля. В этом контексте — и по истории с Навальным. Пока Кремль нарушает базовые международные принципы и права человека, мы должны все это фиксировать, отслеживать, реагировать. В этом контексте — на все преступления Кремля, попытки убийств, ограничения и нарушения прав граждан. В том числе и для того, чтобы на международном уровне, на всех площадках фиксировать это и привлекать внимание. И если сегодня весь демократический мир знает фамилию Навального, забыв при этом фамилии сотен украинцев и крымских татар, которых незаконно удерживают в путинских тюрьмах, — что же, тогда на всех площадках нужно вспоминать наших пленников и напоминать миру, что в Лефортове сегодня — не только Навальный.

Сергей Власенко, народный депутат, фракция «Батькивщина»

— Конечно, стоит, потому что в этом деле отражается общее состояние с правами человека в Российской Федерации. Это нужно тем, кто ностальгирует по Советском Союзу и ориентирован на так называемое сотрудничество с РФ: им надо видеть, что может произойти с их детьми, если, не дай Бог, мы на Украине вернемся к тем порядкам, которые царили на Украине в 2011-2013 годах, или тем порядкам, которые сейчас царят в Российской Федерации. Это грубое нарушение базовых прав человека, это внезапные заседания судов в отделениях полиции или суды в тюремных камерах (как это было, допустим, по делу Юлии Тимошенко в 2011 году).

А вот украинским политикам стоит наблюдать за событиями вокруг Навального, в частности, для того, чтобы проводить разъяснительную работу на международной арене. Допустим, сейчас в Парламентской ассамблее Совета Европы мы будем обсуждать вопрос Навального. При случае мы напомним тем членам ассамблеи, которые голосовали за возвращение российской делегации: господа, вы голосовали за дискуссию с Российской Федерацией — а вот сама РФ отказалась участвовать в прениях по Навальному. Они не хотят диалога в вопросах, которые они считают чувствительными для себя. Конечно, через кейс Навального мы будем напоминать и об агрессии РФ в Крыму и на востоке Украины.

Егор Чернев, народный депутат, фракция «Слуга народа», председатель делегации Верховной Рады в Парламентской ассамблее НАТО

— Все, что расшатывает авторитарный режим России, идет на пользу Украине. Навальный сегодня — главный оппозиционер и борец с коррупцией в РФ. Это один из элементов дестабилизации страны-агрессора. Поэтому стоит понимать, что происходит вокруг Алексея.

2. Какими должны быть действия украинских властей в отношении репрессий РФ в отношении Навального? Игнорирование темы, апеллирование к авторитетным мировым и европейским институтам (по принципу «враг моего врага — мой друг»), другой вариант?

Роман Бессмертный: Кем бы ни был Навальный, все, что делает российская власть по отношению к нему, является нарушением основ прав человека. Навальный выступает против Путина, а не против монархической системы власти в РФ. Поэтому выяснение их отношений превратилось в сплошное сведение счетов. Убийство Немцова, отравление и арест Навального, аннексия Крыма и война в Донбассе — это проявления деспотического характера Путина. Права человека — это та сфера, которая требует резкой реакции цивилизованного мира. Украина, Европа и мир в целом должны объединиться и усилить давление на Россию, в том числе — санкционное. Украина должна инициировать и скоординировать санкционные действия против кремлевского режима в Белоруссии. В конце концов надо осознать, что никаких разговоров о восстановлении энерго- и газоснабжения даже речи быть не может. Необходимо отказаться и от сотрудничества в оборонном комплексе. Как понимать, что на седьмом году войны мы продаем врагу определенные компоненты вооружений?! А Кремль в это время выталкивает Украину с рынков вооружений.

Юрий Луценко: В этой ситуации Украина должна быть вместе с демократическими странами и осуждать российский тоталитарный режим. Это еще раз дает повод говорить, против чего мы воюем семь лет, и призывать мир к ужесточению санкций против агрессора.

Ирина Верещук: В оценках и действиях по репрессиям против Навального со стороны российских властей украинская власть должна присоединиться к позиции международного сообщества. На данном этапе не вижу пользы в существовании украинского внутриполитического дискурса в отношении Навального.

Ирина Геращенко: Действия украинской власти в отношении действий Кремля должны быть активными и недвусмысленными. Путин — враг, оккупировавший Крым и Донбасс, его режим причастен к финансированию терроризма, незаконному содержанию украинцев, другим преступлениям. Нарушения прав человека в РФ стали нормой. Украинская власть слишком долго пытается вспомнить всуе Путина. Зеленский все еще живет иллюзиями относительно истинных намерений Кремля. Если украинский МИД упомянул о нарушении прав человека в РФ в контексте Навального, солидаризируясь с цивилизованным миром, — это хорошо. Но стоило бы вспомнить о сотнях украинцев и крымских татар, которых удерживает Путин, напомнить о них миру и требовать их немедленного освобождения. Мне больно, что власть забыла их фамилии, никогда не называет публично, за кого же борется Украина. Значит, и мир знает только о Навальном. И, конечно, все, что ослабляет Путина и его режим — должно работать на ослабление Путина и его режима.

Сергей Власенко: Я считаю, что украинская власть должна реагировать не на фамилию «Навальный», «Петров» или «Сидоров»; реагировать надо на грубые нарушения прав человека — и, кстати, в любой стране, и в Российской Федерации в частности. Поэтому реакция украинской власти является абсолютно адекватной: по этому поводу было заявление МИД, которое полностью отражает позицию украинской власти. Единственное что (должен снова подчеркнуть): не стоит концентрироваться на фамилии «Навальный». Да, он сегодня действительно является важным для российской демократии. Но какая разница, против кого именно произошло это нарушение?

Егор Чернев: Мы считаем себя страной, отстаивающей демократические ценности. А значит — должны реагировать на их нарушения не только внутри страны. В этом и есть сила, именно так формируется субъектность страны. Игнорирование несправедливости — это эрозия ценностей. Отсутствие позиции — проявление слабости. Поэтому если мы хотим быть в когорте сильных стран, мы должны называть вещи своими именами. Должны требовать от РФ соблюдения прав человека, права на свободную оппозицию. Мы же понимаем, что обвинения против Навального носят исключительно политический характер. Украина должна кооперироваться с другими странами, где демократия — это не только слово на бумаге. И вместе требовать освобождения Навального.

3. Каково ваше личное отношение к Алексею Навальному как российскому политику и человеку в целом?

Роман Бессмертный: Алексей Навальный — мужественный человек, объявивший войну Путину. Но создается впечатление, что он — одиночная фигура на вражеском поле. Его возвращение домой — это шаг отчаяния, но он не в силах изменить Россию. Ее кремлевско-имперскую суть: убить, травить, захватить, аннексировать, порождать пламя войны по всему миру. И такая политика воспринимается большинством россиян. Поэтому смерти инакомыслящих так легко сходят с рук Путину. Не хочется видеть в лице Навального судьбу Немцова. Мир должен проснуться и действовать, а не ласковыми фразами предостерегать и предупреждать убийц.

Юрий Луценко: Я рассматриваю Навального как смелого, умного, креативного, но российского политика. Со всеми вытекающими антиукраинскими позициями. Тем не менее, его серьезные связи с западными политиками дают шанс на дальнейшую эволюцию его взглядов и действий.

Ирина Верещук: Мне импонирует то, что он борется с коррупцией и не боится бросать вызов Путину. Но, насколько я знаю, Навальный не поддерживает возвращение Крыма Украине. Поэтому, не могу сказать, что я поддерживаю его как политика. Хотя сочувствую ему как жертве политических репрессий.

Ирина Геращенко: Я никак к нему не отношусь. А в целом я тысячи раз убеждалась, что российские либералы заканчиваются там, где начинается украинский вопрос. Поэтому для себя лично я давно сформулировала формулу: не общаться с так называемыми российскими медиа, забыть фамилии русской попсы, мне не интересны фамилии их министров и депутатов, я их и не знаю, потому что все равно там все решает Путин.

Но я далека от мысли, что все зло — это Путин. Его выбрали конкретные избиратели, граждане конкретной страны, они позволили ему оккупировать часть моей страны. Поэтому вина и ответственность за убийства украинцев, оккупацию Крыма и Донбасса — не только на Путине, это было бы слишком просто. Вина и ответственность — на России как государстве. На ее гражданах. На Навальном, который оправдывает оккупацию Крыма — тоже. И это осознание формирует мое отношение к российской политике и политикам в целом. Последние российские либералы, которые мне были интересны и которых я искренне почитала — это Немцов и Новодворская.

Но цитата из «Брата 2» — точно не моя эстетика и еще больше убедила в том, что «Украина — не Россия», а украинцы — не русские. Нам свое делать. Они пусть живут, как хотят, выбирают кого хотят, терпят — кого хотят, единственное — пусть идут вон из Крыма и Донбасса.

Сергей Власенко: Я не знаком с Алексеем Навальным как с человеком, поэтому не могу говорить о каком-то личном отношении к нему как к личности. А вот насчет политика Навального могу сказать, что это — российский либерал. То есть он является либералом, но российским — давайте об этом помнить. И давайте не ставить для себя завышенных планок в оценке этого человека. Можно вспомнить его знаменитую цитату о том, что Крым — это не бутерброд, который можно возвращать или не возвращать. Ни один российский политик, включая либералов, не вернет Крым добровольно; давайте это понимать. Как и то, что за Крым и Донбасс надо бороться — и на дипломатическом, и на экономическом фронте, а также на в направлении наращивания военных возможностей нашей армии.

Поэтому мое отношение к Алексею Навальному — как к российскому либералу. При этом для нас типичен (к счастью, сейчас этого поубавилось) взгляд на российских либералов снизу-вверх — как на каких-то учителей или моральных авторитетов. Ну, я когда-то ответил одному такому либералу в одном из эфиров: «Вы сначала разберитесь в своей стране — а потом приезжайте учить нас демократии, правам человека и всему остальному». Но то, что за демократию и против нарушений прав человека надо бороться — это абсолютно очевидные вещи. И в этом, конечно же, я поддерживаю Алексея Навального.

Егор Чернев: Алексей — сильный и храбрый человек. С правильными ценностями и взглядами. Я знаю его позицию по Крыму. И понимаю, что как политик, который должен набирать рейтинг, он не может пока высказывать другую точку зрения. Но даже готовность к проведению прозрачного референдума указывает на открытость к обсуждению темы Крыма, что не представляется возможным с существующим режимом в Кремле.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.