21-летняя Марта Щербакова, задержанная на митинге, гордится упорством белорусов, но в то же время сильно обеспокоена. 20 сентября число участников акций протеста против белорусской власти снизилось до нескольких десятков тысяч.

По мнению Марты Щербаковой, активное проведение протестов усложняется тем, что три оппозиционных лидера были задержаны или бежали из страны. Светлану Тихановскую, выступившую против Александра Лукашенко, вынудили бежать в Литву вскоре после проведения выборов, которые считаются фальсифицированными. Вероника Цепкало сбежала в Польшу. Позже дело дошло и до Марии Колесниковой — ее арестовали в начале сентября.

Щербакова считает, что Колесникова могла бы вести за собой народ и в дальнейшем. Люди приветствовали ее криками «ура», когда она появлялась на митингах. Колесникова воодушевляла и мотивировала протестующих.

«С другой стороны, мы можем обойтись и без лидера, потому что эти перемены должны произойти в любом случае», — рассказывает финскому новостному агентству STT по телефону Щербакова, участвующая в акциях протеста с подростковых лет.

Марта Щербакова надеется, что появятся и другие лидеры. Девушка уверена: после актов насилия со стороны властей никто не сможет вернуться к прежней жизни.

«Когда что-то знаешь, забыть уже не сможешь. Знание нельзя отменить».

И все же большое давление имеет место. Многие боятся за свою работу. На людей давят и им угрожают. Марта Щербакова, живущая в Америке, считает, что многие белорусы знакомы с этим давлением по советскому времени.

«Я приехала из Америки без страха, я знала свои права. Но когда меня задержали, я поняла, как все обстоит на самом деле. Это было напоминанием мне о том, как мало власти у людей. Нужно молчать, тогда с проблемами не столкнешься».

Мама поехала на митинг прямо из аэропорта

В день выборов девятого августа Щербакова, которая занимается социологией, еще была в Америке. Она решила остаться на лето в Америке в надежде, что хотя бы часть университетских занятий будет проводиться в аудитории — несмотря на ограничения, связанные с коронавирусом.

«Я видела, как все начало развиваться. Душой я была в Белоруссии. Я не могла наблюдать этот исторический момент со стороны. Я так долго этого ждала, и вот перемены наконец начались».

Меньше чем через две недели после выборов Щербакова улетела в Минск. Мама встретила ее в аэропорту и потом сразу отправилась на митинг.

«Она сказала: „Приготовь себе обед, я вернусь через пару часов"», — смеется Щербакова.

Марту Щербакову задержали в начале сентября на митинге против ареста Колесниковой. Данные о ее задержании появились в международной группе в Фейсбуке, благодаря чему с ней связалось финское новостное агентство STT. Девушку освободили около недели назад.

«А если опять прикажут избивать людей?»

Хотя власть больше не применяет столько насилия к протестующим, как в августе, все, по словам Щербаковой, испуганы.

«Когда я шла на митинг, я знала, что со мной может произойти что угодно. А если опять прикажут избивать людей? А если задержанных женщин будут помещать в плохие условия или вместе с настоящими преступниками?»

К счастью, Щербакова оказалась в камере с другими протестующими. Она рассказывает, что сначала находилась с пятью людьми в камере площадью около десяти квадратных метров.

«Забавно, что на улице нам нужно было быть в масках (из-за коронавируса). В камере ни у кого масок не было».

Из камеры митингующих отвезли в изолятор на Окрестина, куда попадали большинство из них. Сообщалось, что на Окрестина многих пытали.

Марта Щербакова рассказывает, что в изоляторе можно было удовлетворить базовые потребности: была питьевая вода, хлеб, унитаз и раковина.

«Я очень рада, что нас не трогали, никого не изнасиловали и не избили».

Щербакова говорит, что раньше с большей вероятностью задерживали мужчин.

«Лукашенко думал, что задерживать стоит только мужчин, а женщины умеют лишь о детях заботиться. Женщины этим воспользовались».

«В какой-то степени это революция женщин. Женщины впервые играют такую серьезную роль в истории этой страны. Белорусских женщин нельзя недооценивать».

Конкурентом Лукашенко тоже была женщина. Изначально Тихановская даже не планировала выдвигать свою кандидатуру, но ее мужа не допустили до участия в выборах.

«Лукашенко — такой сексист, что он даже не подумал, что женщина может получить поддержку от народа. Так сильно он был уверен, что за женщину никто не проголосует».

«Мы здесь часто говорим, что Лукашенко погубил сексизм».

«Если умрешь от коронавируса, об этом никто не сообщит»

Многие белорусы не знали, как устроена политика страны, говорит Марта Щербакова. Они просто считали, что участвовать в политике — опасно, так что, по мнению девушки, граждане и раньше остерегались принимать участие в общественных вопросах.

«Все с самого начала знали, что политика — это грязная игра».

Марта Щербакова рассказывает, что ждала начала протестов в стране долго. Девушка участвует в протестах уже с 13-14 лет. Она говорит, что входит в состав маргинального меньшинства, которое считает родным языком именно белорусский.

«Все думали, что у меня радикальные взгляды в политике. Но у меня был совсем другой образ. Я просто была активным гражданином. Я знала, кто был у власти, и не хотела, чтобы они там оставались».

Девушка считает, что многих белорусов заставила очнуться ситуация с коронавирусом. Официальные данные о числе заболевших не совпадали с тем, что все видели.

«Лукашенко очень обидел свой народ. Он не только ничего не делал, но и обвинял граждан в заражении и пытался скрыть количество заболевших. Но все видели, что вирус распространяется, все видели скорые».

На телеграм-канале Nexta начали собирать настоящие данные о вирусе в Белоруссии: обмениваться документами, сообщениями и статистикой. Сейчас канал читает больше двух миллионов человек. Во всем Минске проживает примерно столько же.

По словам Марты Щербаковой, многие ощутили безнадежность и бессилие.

«Никто не может тебя защитить, потому что у тебя нет никаких прав. Если умрешь от коронавируса, об этом никто не сообщит. Если пойдешь голосовать, твой голос не посчитают», — описывает она жизнь белорусов.

В соответствии с данными Университета Джонса Хопкинса, в стране с населением 9,4 миллиона человек было подтверждено больше 76 тысяч случаев заражения и около 800 случаев смерти от вируса. Статистический сайт Worldometer сообщает о 85 случаях смерти на миллион белорусов. В Финляндии этот показатель составляет около 60 человек.

Санкции могут быть на руку Лукашенко

Больше всего Марта Щербакова надеется, что в стране установится демократия. Девушка говорит, что в таком случае она бы вернулась в Белоруссию насовсем.

«Это наше конституционное право. Сейчас при помощи протестов мы в какой-то степени создаем в своей стране демократию».

«А еще я изменила свое мнение. Раньше я хотела, чтобы все говорили по-белорусски. Теперь я думаю, что Белоруссия — это много больше».

Во время интервью она нередко говорит, что гордится активностью белорусов.

«Сейчас мы говорим только о Белоруссии и объединении белорусов. Когда Лукашенко и его сторонники покинут свои посты, белорусы смогут свободно говорить о своих нуждах. Думаю, может произойти раскол: одни начнут рассуждать о сближении с ЕС, другие — о сближении с Россией, третьи — о том, что Белоруссии надо стать максимально независимой».

«А пока все говорят о том, что у власти находится преступник, и нам нужно с этим что-то сделать».

Многих белорусов пугают возможные санкции. Марта Щербакова говорит, что они могут повлиять на жизнь многих белорусов, даже вызвать дефицит продуктов. Однако девушка считает, что Лукашенко сможет использовать это себе на пользу и обвинить в страданиях белорусов другие страны.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.