В настоящее время она обращена, прежде всего, в адрес России. Эта страна стала для Америки слишком слаба, чтобы с ней церемониться.

Президент Буш (Bush) переходит на язык угроз времен "холодной войны". Только почему? Понимает ли он, что делает?

И вот стоит он. В саду своей резиденции, благоухающем розами. Слышен тяжелый вздох. Впечатление, будто его заставляют, вопреки желанию, готовить стихотворение ко Дню матери (майский праздник, который отмечается в ФРГ, Австрии и Швейцарии. - Прим. пер.). "Мы позволили китайцам сделать правильный шаг", - сказал Джордж Буш. 24 солдата, в том числе и женщины, удерживавшиеся на острове Хайнань, должны были быть немедленно отпущены домой, продолжил он. Собственно, больше, говорит президент, сказать ему нечего. В любом случае, приносить извинения никто не собирается. Фырканье. Действующее лицо уходит.

Американский президент справился с проблемами мировой политики за пять минут. При этом сделал почти все, что только можно было сделать, неправильно.

Быть сбитым в ходе разведывательного полета у вражеских берегов с моральной точки зрения - отнюдь, не героический подвиг. Исходная позиция для переговоров не стала лучше и оттого, что поврежденная машина со всеми своими секретами разобрана с предельной тщательностью китайскими специалистами на самые мелкие детали. У китайского руководства есть все основания быть довольным подарком, который упал с неба. Оно с радостным предвкушением ожидало реакции.

Политик-профессионал в области внешней политики, который хотел бы разрешить острую проблему, тут же бросился бы в этой ситуации к телефону, чтобы связаться по горячей линии с Пекином. Переговорил бы с глазу на глаз как мужчина с мужчиной, нашел бы возможность тонко сформулировать извинение, которое бы позволяло сохранять лицо обеим сторонам, сделал бы какое-то предложение, приперченное какой-нибудь угрозой, которая, впрочем, могла не восприниматься всерьез, или чем-нибудь еще.

Однако телефон молчал. Джордж Буш не знает президента Цзян Цзэмина (Jiang Zemin), так как он вообще мало кого знает за пределами Америки. Как обходиться с китайцами он не знает. Он не профессионал от внешней политики и не желает вообще им становиться. Возможно, он вообще не желает разрешать возникшую проблему.

То, какой стала внешняя политика США с его приходом в Белый дом, позволяет предполагать, что это действительно так. Эта политика создает впечатление, будто у страны есть желание поссориться со всем миром: упрямая, высокомерная, лишенная здравого смысла. Это не нравится за рубежом? Из Вашингтона раздается - "плевать". Великая, мощная, богатая Америка может прекрасно обходиться и сама с собой.

Билл Клинтон (Bill Clinton), губернатор из Арканзаса тоже мало, что понимал об окружающем Америку мире, когда стал в нем самым могущественным человеком. Однако он широко открыл глаза и заставил себя напрячься. Он сделал мораль политической категорией, а "государственное строительство" поставил в качестве своей цели. Америка хотела быть защитницей демократии и мировым жандармом, если речь шла о нарушении прав человека. Клинтон лично взял на себя роль посредника в миротворческих операциях на Ближнем Востоке и в Северной Ирландии. Своих прежних врагов, таких как Россия и Китай, он превратил в "новых партнеров", протянул им руку.

Случались проблемы, кое-что не всегда выглядело логичным и всегда - несколько усложненным. Но все это отвечало тем неясностям, которые возникали в связи с новым положением вещей в мире. Судя по всему, теперь об этом можно забыть.

Об изменениях свидетельствует новый лексикон. В Вашингтоне хотят отказаться от "сентиментальности" и стать "реалистами". Это стало его новой заповедью. Слово "партнер" Буш больше не желает слышать. Вместо этого он говорит "конкурент" (в спорте - "противник"). Америка, по его словам, существует не для того, чтобы улучшать мир. Приоритетом для нее являются ее собственные интересы. И будет проще, если вернуться к старой милой схеме "друг - враг".

- Больше всех это прочувствовала на сегодняшний день Россия. С прежним врагом, которого боялись, теперь уже обходятся не как с супер-державой, а как со слабой, бедной страной, зависящей от доброй воли западных заимодавцев. Факт этот, кончено, соответствует действительности, но он не обязательно соответствует интересам мировой безопасности. Задевать "я" гордых русских - значит, заставлять их испытывать скрытую обиду, что небезопасно. Сначала Вашингтон объявил о своем плане развернуть систему противоракетной обороны, о непризнании договоров о разоружении. Потом с Москвой бесцеремонно обошлись, выслав из страны ее дипломатов. Наконец, предстоит сокращение одной из самых успешных программ американо-российского сотрудничества, связанного с ликвидацией в России ядерного оружия.

В последнее время США ежегодно выделяли России $760 млн. Они предназначены для обезвреживания российских ядерных боеголовок, уничтожения ракет, для закрытия ядерных испытательных полигонов, для того, чтобы не позволять российским ученым продавать ноу-хау террористам. Нужно пересмотреть "отношения - расходы во имя пользы", говорит Вашингтон, и объявляет о сокращении свои ассигнований.

- Вести дела с Китаем - это вообще целая наука. Китай - это диктатура, пренебрегающая правами человека, надежный союзник в годы "холодной войны", сильный соперник и огромный, выгодный рынок. Все вместе взятое дает основание быть в поведении с этой страной предельно осторожным. Эксперт по делам спецслужб из Herald Tribuene Уильям Пфафф (William Pfaff) считает, что "нет никаких причин делать из Китая врага или провоцировать его".

Но именно это и делают США, объявив о готовности помочь заклятому врагу Пекина Тайваню создать систему противоракетной обороны, а в среднесрочной перспективе взять его под свою военную защиту.

- Два года назад президент Южной Кореи Ким Дэ Чжун (Kim Dae Jung) отважился на амбициозный проект по осторожному сближению с коммунистическим братским государством, похожий на проект для двух Германий, с которым, в свое время выступал Вилли Брандт (Willy Brandt). Предложив так называемую "политику солнечного света" (за что, кстати, получил Нобелевскую премию), Ким осторожно преодолевал мощные пограничные заслоны, возведенные Северной Кореей, работал над подготовкой мирного договора, обещал своему бедному соседу экономическую помощь и ездил на историческую встречу с главой Северной Кореи в Пхеньян. Не исключается, что в долгосрочной перспективе будет достигнута конечная цель: объединение двух государств.

Казалось бы, устранение последнего рубежа на фронтах "холодной войны" - дело достойное всякой поддержки. Однако, когда Ким несколько недель назад прибыл в Вашингтон, его бесцеремонно поставили на место. Северная Корея - это "ненадежный партнер", решил Буш, следовательно, с ней не следует вести и переговоры. Для южнокорейцев, нуждающихся в поддержке, это стало обескураживающей оплеухой. Выгодным это может быть только для США. Ведь, существование злого Пхеньяна может служить оправданием для реализации проекта НПРО.

- Что касается политики США на Ближнем Востоке, то в ней вообще никто не может разобраться. Так, фигура иракского диктатора Саддама Хусейна (Saddam Hussein), кажется, хорошо укладывается в концепцию об изгоях, и последние воздушные бомбардировки Ирака подтверждают это. Только остается непонятным, что же с ним делать даже в среднесрочной перспективе. Министр обороны Дональд Рамсфелд (Donald Rumsfeld) собирается свергнуть Саддама и вооружить иракскую оппозицию.

Для позиции США в отношении палестино-израильского конфликта придумана новая магическая формула: "содействовать вместо того, чтобы требовать". Израильтяне знают, что делают. Произносить словосочетание "мирный процесс" Буш до сих пор тщательно избегал. Как у посредника у него совсем отсутствует честолюбие. Между тем Израиль может радоваться тому, что Буш берет на вооружение терминологию Ариэля Шарона (Ariel Sharon) ("В условиях разгула насилия переговоры не ведутся"), что лидер ООП Арафат (Arafat) - единственный из всех арабских руководителей, которого не приглашал к себе в Вашингтон.

- Наконец, оскорблена Европа, пусть даже, если это нашло свое отражение лишь в случае с соглашением о сохранении климата (читай - средства ведения шпионажа). Решение о создании противоракетного щита, конфронтационный курс по отношению к России оставляет Европейскому союзу (ЕС) мало места для маневра. Однако хуже всего - запутанность в отношениях внутри самого НАТО. Америка, с одной стороны, открыто демонстрирует свое нежелание подставлять своих солдат под пули на Балканах. В то же время США выступают против всех робких претензий Европы на большую самостоятельность, особенно против создания на случай кризисов сил быстрого реагирования. Эти фрагменты американской внешней политики убедительны и оправданны, если они призваны показать миру своего рода пресыщенность. Но они вряд ли могут претендовать на отражение осмысленной стратегии.

Конечно, вполне возможно затеять конфликт с Китаем или Россией, считает эксперт Центра стратегических и международных исследований Эдвард Луттварк (Edward Luttwark). Только не нужно этого делать сразу с двумя странами. Если конфликтовать одновременно с обеими, это лишь подтолкнет их в объятия друг другу, что не пойдет на пользу американским интересам, говорит он. Команда Буша, выносит жесткий приговор Луттварк, "нарушает все правила" рациональной политики.

Встает вопрос: почему? Ведь люди из окружения президента, в конце концов, не новички, это черствые ветераны, прошедшие школу мировой политики. Поскольку за Бушем нет команды, есть ожесточенная схватка за влияние, отвечает на вопрос Луттварк.

По одну сторону стоят Дик Чейни (Dick Cheney), самый могущественный вице-президент всех времен и Дональд Рамсфелд (Donald Rumsfeld) - свирепый министр обороны. Они накапливают в своей команде все больше людей придерживающихся жесткой идеологической линии, которые на публике бесцеремонно обращаются с Пауэллом (Powell). Такие эксперты, как Роберт Каган (Robert Kagan) из Фонда Карнеги (Carnegie) уже заговорили о "королевском сражении" при дворе.

В этом окружении, стесненная со всех сторон, находится советник по вопросам национальной безопасности Кондолиза Райс (Condoleezza Rice). Она ближе всех к президенту. Месяцами проводила для него курсы по ликвидации неграмотности в вопросах мировой политики. Совсем недавно было сокращен штат ее аппарата. С недавних пор из соображений более серьезного отношения к себе со стороны коллег она занимает по всем вопросам исключительно реакционные позиции.

Каждое утро в четверть восьмого актеры обмениваются телефонными звонками, раз в неделю встречаются за вторым завтраком. Однако у каждого из них есть свой личный любимый враг, который не должен оставаться без внимания. Для Райс как эксперта по Советскому Союзу - это Россия, для Чейни - Китай, для генерала Пауэлла, ставшего известного по войне в Персидском заливе, - Ирак. Если взять всех вместе - получается мировой паноптикум, но не вырисовывается никакой стратегии.

Где-то есть черта, за которой президент должен решить, какую внешнюю политику он намерен проводить, пишет скромно New York Times и невольно называет главную причину сложившейся ситуации: нехватка у Джорджа Буша опыта, гордая демонстрация им своего безразличия ко всему, что происходит по ту сторону океана, и отсутствие тонкого понимания проблем мира. Уже не раз случалось, когда неуверенность трансформируется в самоуверенность.

При этом американскому президенту в случае серьезного кризиса не нужно напрягать зрение, чтобы разобраться с так называемыми "провокациями" врага. США оберегают 320 км своей прибрежной акватории с таким же пиететом, как китайцы свое Южно-Китайское море. Разведывательные полеты китайской авиации в прибрежной полосе Флориды рассматривались бы как наглое оскорбление. Одним из ответов на него был бы, по меньшей мере, пуск ракеты. А попади в руки американцев самолет, начиненный разведывательной аппаратурой, они бы сделали с ним то же самое, что и китайцы сегодня: разобрали бы все до последней гайки, изучили и, по возможности, максимально украли технологические новинки.

Такое уже случалось. В 1976 году дезертировавший пилот посадил российский МиГ в Японии. Лишь через несколько недель эксперты США вернули самолет Москве. Вернули в разобранном виде, причем до такой степени, что его детали поместились в пакеты, пересылаемые обычной воздушной почтой.

Перевод: Владимир Синица

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.