Тело главного большевика все еще покоится в мавзолее на Красной площади. Тело, но не мозг. После его смерти в 1924 году, было принято решение организовать лабораторию по изучению мозга великих людей. Историк Моника Спивак (Monika Spiwak) исследует этот загадочный институт.

"Rzeczpospolita": Деятельность Института мозга всегда была под покровом тайны. Какова ситуация сейчас?

Моника Спивак: Коммунизм умел хранить секреты. Скрывали все, и непрестанно требовали бдительности. Сегодня, спустя десятилетие относительной свободы, нам трудно это понять. Как бы то ни было, Институт изучения мозга до сих пор не открыл свои архивы и хранит молчание о своей деятельности. В начале все было иначе. Все началось в 1925 году, когда была создана лаборатория по изучению мозга Ленина. Три года спустя, лаборатория получила имя Института мозга. На рубеже тридцатых годов пресса публиковала многочисленные отчеты о работе института, которые свидетельствовали об успехах советской науки и доказывали правильность большевистского и материалистического восприятия мира. Институт пользовался поддержкой власти, убежденной, что материальные доказательства существования гения, также как и основания нейрофизиологии и нейропсихологии будут быстро найдены, и что наука приступит к созданию нового человека. В тридцатые годы, работы были засекречены. И неспроста: коллекция института постоянно пополнялась мозгами советских руководителей. В принципе, мозг Ленина был самым гениальным. В этом не было сомнений. Представьте себе, что бы случилось, если бы научные исследования пришли к иному результату!

- Какова на самом деле ценность работ, проводимых институтом в 30-е годы?

- Для своего времени, ученые были очень высоко образованы. У них был доступ к иностранной литературе, они разговаривали на многих языках и ездили на стажировку во Францию и в Германию. Они располагали современным оборудованием. Это был настоящий институт, а не собрание диковинок. Изучение мозга шло по методике, разработанной немецким нейробиологом Оскаром Фогтом (Oscar Vogt), который сотрудничал с советскими учеными, начиная с 20-х годов. Помимо изучения гениальности и исследования патологии, велись картографические работы над мозгом человека, обезьяны и собаки.

- Как в институт попадали мозги гениев?

- Институт был создан вокруг "реликвии": мозга великого вождя. Это придало ему исключительно высокий статус и позволило собрать коллекцию. Серьезно рассматривалась идея создания пантеона самых выдающихся советских "мозгов". Мозг, собранный в 20 и 30 годы принадлежал представителям различных сфер общественной жизни: руководителям партии - Калинину, Кирову, Куйбышеву, Крупской, теоретику Луначарскому; таким писателям как Горький, Белый, Маяковский; ученым - Мичурину, Павлову, Циолковскому. Коллекция продолжала увеличиваться и после войны, но не в столь высоком темпе. В ней был помещен мозг Сталина, потом - великих физиков, лауреатов Нобелевской премии, Льва Ландау и Андрея Сахарова. На переломе тридцатых годов советская власть всерьез подумывала об издании административного циркуляра, для урегулирования управления "исключительными" мозгами. Мнение семьи покойного мало учитывалось. Ясное дело, в этом вопросе произошли изменения, и мозг Сахарова, умершего в 1989 году был передан институту с согласия его жены Елены Боннер.

- Итак, для исследования гениальности было собрано достаточно материалов.

- Пожалуй, да. Например, изучение мозга Маяковского дало интересные результаты, особенно касательно подзатылочной области. Эта часть мозга в наибольшей степени различна у человека и обезьяны, и управляет наиболее сложными функциями. У Маяковского эти зоны чрезвычайно развиты, наиболее богаты извилинами, имеют сложнейшее строение. Но сколь редким ни были бы мозги, подвергнутые исследованию, они ни в какое сравнение не шли с мозгом Ленина. Последний должен был быть самым гениальным. В 1936 году председатель комитета по науке и образованию проинформировал ЦК Партии, что после десяти лет кропотливой работы, исследование мозга Ленина было приостановлено. Сталину дали знать, что многие детали структуры мозга его предшественника совершенны. Лобная доля мозга вождя содержала больше извилин, чем было в этой зоне у Луначарского, Мичурина или Маяковского.

- Как осуществлялись исследования?

- Для начала, мозг тщательно фотографировали. Потом делали муляж. Затем мозг делили на части, и делали новые фотографии и муляжи. Только после этого с помощью микротома, очень точного прибора немецкого производства, части мозга были разрезаны на тысячи слоев, толщиной в один микрон (миллионная доля метра). Подготовленные образцы изучали под микроскопом. Эта процедура была долгой и дорогостоящей, ее удостоились лишь самые "заслуженные" мозги. Прочие, обработанные формалином и законсервированные в парафине, были бережно расставлены по полочкам, где они все еще ожидают своей очереди.

- Велись ли в институте другие исследования?

- В 30-е годы было решено выполнить анализ мозга, опираясь на психологический портрет его владельца. Предполагалось наличие корреляции между структурой нервной системы и поведением. Наивно полагали, что можно создать психологический портрет гения, как рабочую инструкцию машины. Несколько лет назад, в связи с моей работой, посвященной творчеству Андрея Белого, я попросила институт предоставить мне его досье. Мне было отказано в грубой форме. "Ничего подобного не содержится в наших архивах". Но несколько дней спустя одна симпатичная пожилая дама пригласила меня в музей Андрея Белого. Это была Александра Полякова, дочь бывшего сотрудника Института, которая предоставила мне дело Белого и досье поэтов Маяковского и Багрицкого.

- Удалось ли в них обнаружить нечто новое?

- Я думала, что столкнусь со скучной научной информацией. Вовсе нет! Это была золотая жила, интересные биографические материалы, написанные живым языком, ответы на вопросы, полученные в рамках подготовительных исследований в институте. Вопросы касались всего, от посещения школы до сексуальных предпочтений владельца. Друзья, родители и коллеги были опрошены. В случае с Лениным, вопросы задавались осторожно, но в делах поэтов и артистов, автоцензура отсутствовала.

- Вы не хотите получить большую информацию о мозге Ленина?

- О мозге и о его владельце. Но возможно ли это? Очевидно одно: ученым из Института мозга не удалось раскрыть тайну его предполагаемого гения.

Вопросы задавал Кароль Врубель (Karol Wrubel).

"Rzeczpospolita" (Варшава)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.