Сейчас нет никаких признаков того, что Россия и Япония в обозримом будущем выйдут из тупика, в котором сегодня находятся. После того, как поездка в Японию министра иностранных дел Сергея Лаврова, которая, если следовать исходному плану, уже должна был состояться в марте, была отложена на неопределенный срок, в воздухе повис и визит в Токио президента Владимира Путина, который Лавров должен был подготовить. Кроме того, уже долгое время откладывается формирование межправительственного комитета по расширению торгово-экономического и энергетического сотрудничества, и теперь над этим проектом также сгустились тучи.

В прошлом году на встрече с премьер-министром Дзюнъитиро Коидзуми Владимир Путин согласился нанести визит в Японию. В январе этого года прошла встреча министров иностранных дел двух стран, на которой стороны пытались согласовать расписание визита, однако сделать этого им не удалось.

Самой очевидной тому причиной остается неготовность обеих сторон начать открытый диалог по проблеме 'северных территорий' - группы японских островов, в конце Второй Мировой войны захваченных войсками Советского Союза.

И это плохо, в особенности потому, что этот год для обеих стран - не простая дата. В этом году отмечается 150-летие подписания Договора о добрососедстве 1855 года (1855 Treaty of Amity), в соответствии с которым между Россией и Японией были установлены дипломатические отношения, а также столетие русско-японской войны. По договору, граница между двумя странами проходила между Урупом, российским островом южнокурильской гряды, и самым северным японским островом Итурупом.

Наверняка всем хочется, чтобы в этот знаменательный год территориальный спор, тянущийся уже несколько десятилетий, был наконец решен, и Токио с Москвой подписали бы мирный договор по итогам Второй Мировой войны, назревший очень давно. При этом Японии следует избегать поспешных и непродуманных уступок, в которых не будут учитываться ее национальные интересы.

Позиция Японии основывается главным образом на Токийской декларации 1993 года по всем четырем спорным островам - Кунаширу, Итурупу, Шикотану и гряде Хабомаи. В документе говорится, что мирный договор между Россией и Японией будет подписан, как только притязания на все эти острова будут удовлетворены с учетом исторических и юридических реалий, на основе документов, подписанных обеими странами, и в соответствии с принципами законности.

Что касается второго пункта, то обе страны подписали, во-первых, Договор 1855 года, и, во-вторых, Японско-советскую декларацию 1956 года, в которой стороны договаривались о прекращении технического состояния войны между собой и восстановлении дипломатических отношений. При этом они признали, что разногласия вокруг островов ими не преодолены и согласились отложить подписание мирного договора до решения территориального вопроса.

Согласно заявлению, подписанному президентом Владимиром Путиным и премьер-министром Иосиро Мори (Yoshiro Mori) в Иркутске в 2001 году, эта совместная декларация была отправной точкой для переговоров по мирному урегулированию. Таким образом, это заявление, известное под названием Иркутской декларации, вновь подтвердило, что договор будет подписан, когда над всеми четырьмя островами будет установлен суверенитет одной из сторон в соответствии с Токийской декларацией.

Однако в конце прошлого года на пресс-конференции Путин высказался ясно: Россия может отдать только два меньших острова: Хабомаи и Шикотан. Президент заявил, что требование Японии отдать все четыре острова 'неприемлемо', и сослался на Декларацию 1956 года, в которой говорится, что после заключения мирного договора с Японией Советский Союз вернет ей только Хабомаи и Шикотан.

'Новая' позиция Путина противоречит Иркутской декларации, в которой ясно говорится, что необходимым условием подписания мирного договора является разрешение всех территориальных споров в рамках Токийской декларации. Путин рискует потерей своего имиджа в глазах международного сообщества, так как фактически дезавуирует подписанный им же самим официальный документ.

Перспективы решения проблемы Северных территорий стали намного лучше - по крайней мере, так тогда казалось - в 1997 году, когда премьер-министр Рютаро Хасимото (Ryutaro Hashimoto) и президент Борис Ельцин договорились добиться его окончательного разрешения к 2000 году. Теперь от той договоренности не осталось и следа - виной чему, в частности, политическая нестабильность в России.

Говорят, что дипломатия есть продолжение политики, проводимой внутри страны. В данном случае представляется, что всплеск национализма практически неизбежен, если не пытаться решить территориальный спор, частью которого не может не быть тонкий вопрос национального суверенитета, со всем возможным тактом. Как бы избито это ни звучало, никакой альтернативы терпению и хладнокровию на этих переговорах нет. Правительство Японии не должно отступать от своей основной позиции и должно твердо отстаивать долгосрочные интересы своего народа.

На саммите в прошлом году Путин сказал Коидзуми, что Россия считает свои отношения с Японией 'стратегически важными'. По нашему мнению, Россия выиграет гораздо больше, если, передав Японии все четыре острова, построит с ней 'стратегическое партнерство', чем если будет держаться за эти маленькие острова, которые к тому же исторически принадлежат Японии.

____________________________________________________________

Спецархив ИноСМИ.Ru

Холодные отношения Японии и России ("Asahi Shimbun", Япония)