С тех пор, как в середине июля закончился Петербургский саммит 'большой восьмерки', мне постоянно снится один и тот же кошмар. Этот саммит, несомненно, войдет в историю как 'мистерия-буфф 'Открытый микрофон''.

Благодаря включенному микрофону задушевную беседу президента Джорджа Буша слушал весь мир, и мы точно узнали, как он общается с друзьями и коллегами - главами государств. Он явно не связывал себя протокольными - или грамматическими - формальностями. Ближайшего союзника, и, несомненно, самого послушного из своих 'мальчиков на побегушках' - Тони Блэра - он приветствовал так: 'Йоу, Блэр!'

Обычно друзья в неофициальной обстановке - а часто и на публике - обращаются друг к другу по имени. Буш с подсознательным сверхдержавным высокомерием назвал его по фамилии.

'Йоу!' - словечко из нью-йоркского уличного жаргона: оно неизменно содержит легкий оттенок неуважения. И, тем не менее, вот вам, громко и четко: 'Йоу, Блэр!' Это был 'голос его хозяина'. Тони Блэр угодливо ссутулился, потер руки, словно пытался их вымыть, и подошел на зов 'Джорджа'. В ходе беседы он спросил, нельзя ему отправиться на Ближний Восток. 'Джордж' мимоходом заметил: 'Йоу Блэр' может не трудиться - туда поедет Конди (так уменьшительно называют госсекретаря Кондолизу Райс (Condoleezza Rice)), а не какой-то там британский премьер-министр. Блэр отреагировал с должным подобострастием.

Да, в 'прямом эфире' Буш был в ударе - свою вульгарность он проявил сполна. Он сообщил слушателям (на его беду, аудитория включала все человечество), что Россия - большая страна (кто бы мог подумать!), а в какой-то момент, без всякого злого умысла, ввернул ненормативное словечко, обеспечив работой карикатуристов как минимум на сутки.

Справедливости ради отметим, что в Санкт-Петербурге президент никому не массировал шею. Это он сделал во время остановки в Германии по пути на саммит, встречаясь с Ангелой Меркель. На снимках, запечатлевших это историческое событие, у степенной 'канцлерши', застигнутой врасплох, был явно испуганный вид. Нам не дано узнать, как она прокомментировала этот жест 'без протокола', но Буш был явно доволен собой.

Когда я засыпал, Индия была еще только 'на взлете', но в моем кошмаре она уже набрала высоту и стала полноправным членом 'восьмерки' вместо Канады. Вашингтон проигнорировал угрозу Оттавы выйти из Североамериканской зоны свободной торговли и пригласил в 'клуб' Индию, возглавляемую доктором Манмоханом Сингхом. И очередной саммит 'восьмерки' проходил в Агре.

Теперь вместо Блэра, который куда-то исчез, задушевным другом Буша стал доктор Манмохан Сингх. И сейчас он, кроткий и застенчивый как всегда, скромно сидел в уголке. Лицо его озаряла счастливая улыбка. Все микрофоны были включены. Индийские журналисты бесконечными рядами выстроились в холле, держа в боевой готовности блокноты, ручки и диктофоны. Вопросов они не задавали - Буш осчастливил их еще больше, чем премьер-министра.

Единственной, кто нарушил тишину, стала молоденькая журналистка какого-то телеканала: она с пулеметной скоростью выпалила три вопроса и повернулась к оператору, чтобы проверить, достаточно ли они записали, чтобы заполнить минуту, отведенную в их информационной программе для новостей, не относящихся к криминальной хронике. Тот утвердительно кивнул. Девушка вновь обернулась к Бушу и вежливо попросила его назвать себя; она крайне ответственным тоном объяснила, что хочет избежать малейших ошибок. Буш ухмыльнулся, бросил взгляд в полутемный угол, и крикнул: 'Йоу, Сингх!' Доктор Манмохан Сингх подбежал, потирая руки, словно пытаясь их вымыть, и тихим вкрадчивым голосом спросил: 'Джордж, как ты думаешь, можно мне съездить в Иран?'

'Йоу, Сингх!, - ответил Буш, хлопнув индийского премьера по спине с такой силой, что тот сморщился от боли. - Индия - большая страна'. Доктор Сингх просиял, услышав этот комплимент. 'В Индии девять часовых поясов', - пояснил Буш, массируя премьеру плечи, а затем, в знак 'особых отношений', шлепнул его по затылку.

'Вечером возвращаюсь в Америку, Сингх! Сам знаешь - спать надо в своей постели. Боюсь, не получится посмотреть этот старый мазво. . . , мавзо. . . , ну, в общем, склеп с бейсболкой наверху - ты еще хотел мне его показать в лунном свете. Ваши старые короли - как их. . . Мугалы, что ли - занимались любовью в склепах, да? Странные были ребята. А у нас в Америке королей нет! Чего тебе делать в Иране? Туда Конди поедет. Хочешь чего-нибудь узнать про Иран или Пакистан, просто звони ей. Конди - она молодец. Всегда задает нужные вопросы'. После этого он адресовал Конди сладчайшую из своих улыбок, и я проснулся в холодном поту.

Слава богу, это был лишь страшный сон. Слава богу, такого не может быть на самом деле. Доктор Манмохан Сингх никогда - никогда! - не повел бы себя подобным образом. Он же не британский, а индийский премьер-министр! Если ему захочется отправиться в Иран, или Ирак, или Афганистан, или Пакистан, он попросту прикажет Air India приготовить два реактивных лайнера - и в путь. Он никогда не станет приводить внешнеполитический курс Индии в соответствие с линией Вашингтона, или, хуже того, с внутриполитическими маневрами в американском Конгрессе. Он никогда не прекратит производство расщепляющихся материалов в нашей стране только потому, что этого от него хотят Белый дом или демократы - услужливые помощники лоббистов Договора о нераспространении ядерного оружия. [Здесь и далее автор намекает на американо-индийское соглашение о сотрудничестве в ядерной области, заключенное в марте 2006 г., по которому США будут поставлять Индии атомные технологии и ядерное топливо для ее АЭС, а Индия согласилась допустить иностранных инспекторов к своим реакторам - прим. перев.]

Он никогда не выбросит 40-50 миллиардов долларов на мирную ядерную энергетику только потому, что республиканцы хотят заполучить для атомной промышленности США заказчиков, у которых количество денег явно превышает количество здравого смысла. Кресло доктора Манмохан Сингх некогда занимали Джавахарлал Неру и Индира Ганди. Он никогда не станет торговать оборонными интересами Индии в ядерной сфере. Это был просто дурацкий кошмарный сон. Сейчас, слава богу, наступил день, и его любимый кофе - великолепный сорт, который выращивают на юге Индии. Индийскую внешнюю политику никто не отдаст на аутсорсинг законодателям, засевшим на вашингтонском холме.

Как показывает Петербургский саммит, Джордж Буш, похоже, существует в некоей 'сумеречной зоне', где реальный мир заменяет картина, нарисованная для него своекорыстными льстецами.

Чем еще можно объяснить его замечания о войне в Ливане, что донес до нас все тот же беспощадный микрофон? (Возникает мысль, которую, конечно, следует немедленно отринуть: может быть, стальные чекисты стального Владимира Путин нарочно оставили его включенным? Ведь никто так не разоблачит человека, как он сам).

Американские президенты не первый раз страдают от микрофонов, которые забыли выключить. Почти тридцать лет назад, когда Джимми Картер посетил с визитом Дели (тогда нашим премьер-министром был Морарджи Десаи), мы именно таким образом узнали все, что он думает об амбициях Индии [Картер, недовольный отказом Десаи присоединиться к договору о нераспространении, сказал госсекретарю Сайрусу Вэнсу: 'Когда мы вернемся домой, надо написать ему еще одно письмо - по настоящему холодное и резкое' - прим. перев.]. Индира Ганди, правда, в подобных напоминаниях вообще не нуждалась. Потом был еще тот классический случай, когда Рональд Рейган, думая, что его слышат только помощники, пообещал разбомбить 'империю зла'. Да уж, напора у Рейгана хватало - перед ним даже СССР не устоял, и рухнул.

Однако Буш продемонстрировал, что он абсолютно не понимает нюансов, определяющих состояние войны или 'не-войны' на непредсказуемом Ближнем Востоке (настоящего мира там не было никогда). Может быть, ему стоит прочесть недавний доклад Stratfor о нынешней войне в Ливане (он был опубликован 25 июля и в интернете его можно найти без труда). Кстати, его автора зовут не мулла Длиннобород, а Джордж Фридман (George Friedman).

Я не знаком с Джорджем Фридманом лично, и ничего не знаю о его этнической принадлежности, но готов биться об заклад, что бороды у него нет вообще. Бушевская политика на Ближнем Востоке отличается продуманностью безусловного рефлекса. Если раньше она сводилась к словам 'я лучше знаю', то теперь к столь же короткой фразе 'я знаю все'.

В Вашингтоне есть люди, не потерявшие зоркости глаза и остроты ума, способные определить реальные контуры явления, когда оно только зарождается. Именно к ним, по словам всех, кто с ней хоть немного знаком, относится Кондолиза Райс (Condoleezza Rice). Однако рациональную политику проводить непросто, если приходится постоянно биться лбом о стену иррациональной убежденности. Впрочем, с анализом ливанской войны придется немного повременить - хотя бы до следующей статьи.

Правда, уже сейчас можно вкратце подытожить происходящее: эта война - самая долгая в современной истории иудейского государства - не закончится прекращением огня на удовлетворяющих Израиль условиях: по той простой причине, что к окончанию боевых действий 'Хезболла' будет сильнее, чем перед их началом.

Любые ее людские потери будут с лихвой восполнены новыми сторонниками; оружие потечет к ней потоком, ее боевые качества будут превозносить до небес. По крайней мере одна группировка в вашингтонском руководстве уже хотела бы, чтобы Сирия вновь играла активную роль в Ливане. Тем самым молчаливо признается то, что мог предсказать любой: вакуум, образовавшийся после вывода сирийских войск, ливанская армия заполнить не в состоянии.

Сообщая парламенту, что Индия выделяет 10 крор рупий [1 крор - 10 миллионов - прим. перев.] на восстановление Ливана, доктор Манмохан Сингх нашел правильные слова. Он причислил Ближний Восток к 'расширенному соседнему региону' Индии. А когда по соседству от вас полыхает пожар, уж точно не следует подчинять свою внешнюю политику капризам администрации, не умеющей отличить огнетушитель от огнемета.

М. Дж. Акбар - видный индийский публицист и писатель, главный редактор газет Asian Age и Deccan Chronicle

____________________________________________________________

Два петербуржца: слова, которых мы ждали ("The Times", Великобритания)

О хорьках, дохлых овцах и лживых ублюдках ("The Financial Times", Великобритания)

Недоросль на саммите ("The New York Times", США)

Буш 'без протокола': экспрессивно, но недипломатично ("The New York Times", США)

Йоу, Блэр, или что подслушано на саммите ("The Independent", Великобритания)

А не Путин ли нажал на кнопку? ("Channel 4", Великобритания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.