Посол Эстонии в России Марина КАЛЬЮРАНД ответила на вопросы читателей интернет-издания Газета.ru. Это онлайн-интервью стало первым подробным комментарием со стороны высокопоставленного представителя эстонских властей на скандал, разгоревшийся в связи с переносом памятника Воину-освободителю в Таллине. Телеграф приводит наиболее интересные вопросы и ответы.

- После переноса памятника Воину-освободителю прошел уже почти месяц. Как бы вы охарактеризовали отношения России и Эстонии на сегодняшний день?

- Что касается наших двусторонних отношений, в двусторонних отношениях государств бывают и лучшие дни. На сегодняшний день у нас отношения с Россией сложные, но они продолжаются.

- Вы лично информировали руководство Эстонии о том, что русские негативно относятся к переносу памятника? Если нет, то признаете ли вы, что вы - плохой посол?

- Что касается переноса памятника, подготовка к его переносу началась несколько лет назад, когда памятник приобрел двойное значение. То есть дополнительно к тому, что это памятник Воину-освободителю от фашизма, он приобрел также значение памятника советской оккупации. В итоге у памятника стали собираться, с одной стороны, экстремисты, которые выступали за восстановление Советского Союза, а с другой - экстремисты-маргиналы, которые выступали против русских в Эстонии. Были столкновения с полицией, нарушался общественный порядок. Поэтому правительство приняло решение о переносе памятника и воинских захоронений на более подходящее место - на кладбище. Запланировано это было правительством давно. Но решили, что приступить можно будет, когда позволит погода, когда снег растает.

Кроме того, это внутренний государственный вопрос Эстонии. Эстония - суверенное государство и вправе принимать на своей территории свои законы. Настолько, насколько они определены международным правом, а также нормами этики и морали.

- Ночью во время беспорядков на площади у монумента погиб 19-летний Дмитрий Ганин. Знаете ли вы подробности расследования этого дела? За что был депортирован из Эстонии Андрей Калугин?

- По случаю смерти гражданина России Дмитрия Ганина ведется расследование прокуратурой Эстонии. Прокуратура Эстонии неоднократно подчеркивала, что смерть Ганина ни в коей мере не связана ни с действием, ни с бездействием эстонских властей. Он получил ножевые ранения во время драки с гражданскими лицами и скончался в больнице. С материалами по делу расследования можно ознакомиться, когда это расследование будет закончено.

Калугина депортировали за нарушение визового режима - он по турвизе въехал в Эстонию. И из того, как он вел себя на прежнем местонахождении памятника, следует, что его поведение не соответствовало цели его поездки, то есть туризму. По предписанию департамента миграции он был депортирован.

- Министр иностранных дел вашей страны Урмас Паэт сообщил мировой прессе, что кибератаки на эстонские сайты производились с "компьютеров администрации президента России". Все ли нормально с мировосприятием вашего шефа?

- Я не могу здесь более подробно сказать. По тем данным, которые имеются в Эстонии, кибератаки происходили с разных компьютеров из разных государств, в том числе и с компьютеров администрации президента России. Сейчас ведется расследование.

- Как вы можете оценить ответные действия молодежных движений России после действий эстонских властей? Акции "Наших" как-нибудь повлияли на ваше отношение к России и к россиянам?

- На мое отношение к России это не повлияло. Наоборот, после этих акций, думаю, мы все еще больше поняли, насколько это маргинальная, незначительная часть России: кто так выступает и кто выбирает такую культуру поведения, для того чтобы пропагандировать какие-то идеи. Наше посольство получало очень много звонков, писем поддержки от россиян. Мы очень признательны всем россиянам за это. Что касается поведения организации "Наши" - я не имею к этому отношения. Я считаю, что такое поведение - иллюстрация культуры, этики и морали той молодежи, которая выбрала такой вид донесения своих идей. И, к сожалению, ответственные лица РФ в течение этой недели блокады посольства не выполняли тех обязанностей, которые они должны выполнять по Венской конвенции о дипломатических отношениях.

- Оцените, пожалуйста, потери для России и Эстонии от экономических санкций после истории с Бронзовым солдатом.

- С ЕС связано 80% эстонской экономики, а с Россией - 10%. Это существенная цифра, но не такая существенная и не такая крупная, как иногда об этом говорят. В целом это значит, что наш товарооборот с Россией за прошлый год составил один миллиард евро. Какие будут последствия - сегодня рано судить. Выводы можно сделать через месяц, через два или в конце года. На сегодняшний день можно сказать, что ситуация восстанавливается.

- Как вы относитесь к проекту СЕГ? Не кажется ли вам, что постоянное упоминание о возможных экологических проблемах является только тактикой с целью срыва его строительства?

- Чтобы начать строительство, должна быть проведена очень аккуратная и тщательная экологическая оценка проекта. На сегодняшний день, по той информации, которая у нас есть, видно, что еще не все изучено. А в принципе мы не против этого проекта.

- Было бы интересно услышать о вашем отношении к памятникам со свастикой и к нацистской символике.

- В Эстонии нет ни одного памятника со свастикой. У Эстонии очень сложная история, и эстонцы боролись за независимость своего государства и в разных мундирах - советских, финских, немецких - и без мундиров. Мы всегда чтили, чтим и будем чтить память всех жертв Второй мировой войны, а также воинов, боровшихся против фашизма.

- Чтобы вы сделали, будучи президентом России, чтобы улучшить отношения с Эстонией?

- Я повторила бы слова президента Эстонии, которые он сказал президенту Путину буквально недавно: я готов с вами встретиться. Все равно где. Все равно в какое время. И говорить с вами на любые темы. Для блага развития эстонско-российских отношений. Но всегда необходим диалог.

_______________________________

Война нового типа для Эстонии и НАТО ("The Washington Post", США)

CCCP: forever или никогда? ("Postimees", Эстония)