Николай Петров, член Научного Совета Московского Центра Карнеги, автор нескольких книг (последняя, написанная совместно с Майклом МакФолом/Michael McFaul и Андреем Рябовым, называется "Между диктатурой и демократией: Пост-коммунистические Политические Реформы в России"/Between Dictatorship and Democracy: Russian Post-Communist Political Reform).

_________________________________________

Вопрос: Способны ли предстоящие выборы в Государственную Думу кардинально повлиять на будущее России?

Петров: Здесь следует оценивать два критерия: насколько содержательны сами выборы и насколько весом их результат. Результат в первую очередь зависит от влиятельности органа, куда выбирают депутатов, и от его способности принимать решения. В этом плане, к огромному сожалению, Дума играет очень небольшую роль. Причем, к сожалению, не только для граждан или политологов, которые исповедуют идеологию "сдержек и противовесов", но и для Кремля. Дело в том, что Дума не выполняет функций, которые обязан выполнять парламент - например, контролировать саму исполнительную власть и ее решения. Следовательно, Дума не исправляет ошибки на этапе принятия решений, а предоставляет исполнительной власти возможность реализовывать самые непродуманные проекты, а потом платить десятикратную цену за допущенные ошибки.

Вторая составляющая: насколько содержателен сам процесс выборов. К сожалению, он тоже не содержателен, потому что есть одна реальная партия. Все самые разные, зачастую ненавидящие друг друга и конфликтующие между собой, элитные группировки "запихнуты" в нее. В результате, в публичном пространстве нет и быть не может реальной дискуссии. "Единая Россия" традиционно заявляет, что не видит никакого смысла в предвыборных дебатах. То есть, выборы в очередной раз не будут способствовать тому, чтобы общество и политики сформулировали какие-то стратегические вещи, какие-то главные проблемы и подходы к их решению - что обычно бывает на выборах.

То есть, Государственная Дума не играет существенной роли в политической конструкции России. Выборная конкуренция построена не по принципу конфликта идей и столкновения позиций, которые различные политические силы предлагают гражданам. Она скорее строится по принципу политтехнологическому - есть деньги, есть мощный административный ресурс, который на сей раз сконцентрирован в одних руках, и необходимо просто решить технологическую задачу - обеспечить 70-80% присутствия "Единой России" - то есть, Кремля - в следующей Думе.

Тем не менее, выборы способствуют появлению элементов публичности, элементов критики властей за предыдущие решения, элементов обещаний властей. Даже самые популистские заявления далеко не бесполезны и в каком-то смысле способствуют политическому развитию, способствуют какому-то диалогу власти и граждан. Другое дело, что этот диалог строится не на равноправной основе. В любом случае, раздаются какие-то обещания, проводится апелляция к желаниям и настроениям электората. В этом смысле выборы благотворны.

Вопрос: Может ли сыграть какую-то роль уровень явки избирателей?

Петров: Новая избирательная система, которая ни разу не опробовалась на уровне всей страны, способствует тому, чтобы борьба шла за "физические" голоса, а не только за процент голосов. От количества собранных голосов зависит прохождение того или иного числа кандидатов по тому или иному региональному списку. От этого зависит отношение к губернаторам и региональным элитам со стороны Кремля.

Можно не сомневаться в том, что поставлена задача привлечения максимально большого количества избирателей. Это подразумевает обеспечение явки самыми разными - законными, полузаконными и не очень законными способами. Социологические опросы показывают, что, если не предпринимать титанических усилий и не выводить явку на уровень 90% от общего числа избирателей, как это бывает в ряде национальных республик, то на участки придет чуть более 50% российских избирателей. Это вполне нормально. Тем более, что сейчас выборы состоятся вне зависимости от того, сколько народу на них придет.

Вопрос: Если предположить, что результаты выборов преподнесут какие-то сюрпризы, может ли это изменить ситуацию в стране?

Петров: И да, и нет. В нынешнюю Думу не смогли пройти ни Союз Правых Сил (СПС), ни "Яблоко". Ныне порог прохождения выше, и в этом смысле в Думу попасть значительно сложнее. Но даже если предположить, что, допустим, 15 человек из "Яблока" попадут в Думу, они будут не способны реально изменить ситуацию. Тем не менее, еще Ленин призывал большевиков использовать царскую Думу для того, чтобы делать публичные заявления, чтобы вынуждать власти каким-то образом реагировать на них. В этом смысле появление в Думе "яблочников" могло бы позитивно повлиять на происходящее в стране. По данным нынешних опросов, в Думу реально попадают только две партии - "Единая Россия" и КПРФ. Если вдруг в парламенте окажется "Единая Россия" или какая-то еще партия, за исключением ЛДПР, то это реально повлияет на ситуацию. Другое дело, что шансов на это очень немного.

Если оценивать нынешнюю ситуацию, то в Думу попадет "Единая Россия", которая укрепит свое присутствие. Коммунисты пройдут, но, вероятно, у них будет меньше мандатов, чем сейчас, хотя они и останутся реальной силой. А со "Справедливой Россией" и ЛДПР возникают крайне серьезные проблемы. Участие Путина в выборах резко поднимает рейтинг "Единой России" и уменьшает возможности других политических сил. Особенно это касается тех партий, которые, как "Справедливая Россия", позиционируют себя как сторонников президента, борющихся против каких-то нехороших бюрократов. Что касается либеральных сил, то шансов у них практически не было и до объявления Путина о своем участии в выборах на стороне "Единой России".

Вопрос: Российская партия - это, прежде всего, какой-то яркий политик, который олицетворяет собой всю партию. Кто-нибудь в России изучает партийные программы?

Петров: Даже если у каких-то партий нет реальных шансов на участие в следующей Думе, выборы могли бы стать площадкой, на которой обкатываются и испытываются разные идеи и элементы программ. К сожалению, на последних региональных выборах мы увидели, что партии не предлагают реальные рецепты решений серьезных проблем. И происходит это не потому, что партии глупые или плохие. Просто, предлагай - не предлагай, но обеспечить реализацию этих проектов они не в состоянии. В этом главная загвоздка российских выборов: не плохие партии и примелькавшиеся лица, а отсутствие возможностей - в том числе у партий, которые побеждают на выборах - реализовывать свои программы.

Отсюда соревнование в популизме. Если Вы, как политический лидер, не имеете возможности реализовать свою программу, Вы выступите с программой, которая способна привлечь максимальные симпатии избирателей. Поэтому даже СПС на последних региональных выборах выступал с левыми лозунгами. Эти лозунги часто ориентированы на пенсионеров, которые традиционно дисциплинированно ходят на избирательные участки. То есть, современные политические партии соревнуются в том, кто предложит наибольшее повышение пенсий.

К сожалению, российские выборы идут по законам политического шоу. А шоу предполагает отсутствие особой глубины, потому что заранее известно, что за этим представлением не последует что-то серьезное. Та партия, которая выдвинула бы глубокую и серьезную программу, не получила бы за нее дополнительных политических очков - скорее, наоборот. Это мы и наблюдаем сейчас. Все партии занимаются привлечением максимально узнаваемых лиц, изобретают какие-то лозунги... Фактически, идет рекламная кампания мыла, качество которого никого не интересует, потому что мыться им не придется. Но идет соревнование в политтехнологиях и рекламных трюках, которое априори выигрывают те, кто контролирует административный ресурс.

Вопрос: Выборы в Государственную Думу проходят раз в четыре года. Существует ли партийная жизнь в промежутках между ними?

Петров: Я бы разложил партии на три полочки. На первой - партия власти, "Единая Россия". Там партийная жизнь достаточно бурная. Она заключается в борьбе за посты, за влияние на региональных выборах, в борьбе разных региональных группировок за место в федеральных списках. Это бурная, хотя и не вполне политическая борьба. В свое время, перед "Единой Россией" была поставлена задача взять под контроль политическую ситуацию в регионах. Лидеры "Единой России" той поры были в определенной степени антагонистами губернаторов и представителями федерального центра. Сейчас между ними сформировались сложные отношения любви и ненависти. И тот факт, что сейчас все враждующие группировки региональных политических элит вынуждены жить вместе, в рамках "Единой России", не прибавляет этой структуре черт реальной политической партии. Здесь не может быть идеологии, не может быть единства. Вошедших в нее людей объединяет только желание сохранить или получить власть.

На второй полке находится КПРФ. Это глубоко укорененная сила, представленная на всех уровнях, имеющая большое количество активистов-энтузиастов, способных работать за идею. Сила весьма значительная, хотя и не способная в нынешней ситуации серьезно влиять на политическое развитие даже на региональном уровне. Те главы регионов, которые некогда были выставлены от КПРФ, ныне совершенно неотличимы от своих коллег. Тем не менее, Кремль постепенно их заменяет. В этом смысле КПРФ лишилась административного влияния, многие ее популистские лозунги перехвачены "Единой Россией". То есть, компартия находится в более сложном положении, чем раньше. Беда заключается в том, что единственная реальная укоренившаяся сила возникла не в последние 15-20 лет, а сохраняется еще с советских времен.

На третьей полке находятся все остальные партии. Это очень разные структуры. ЛДПР - вспомогательный, но вполне лояльный Кремлю и очень коммерческий проект. "Справедливая Россия" попыталась возникнуть как альтернативная, "младшая" "партия власти". Что-то ей удалось, но ныне она оказалась в очень тяжелом положении, потому что Владимир Путин открыто поддержал "Единую Россию". Если ей удастся сохраниться и пройти в Государственную Думу, то ее шансы очень хороши.

Что касается остальных политических партий, то совершенно непонятно, что им делать между выборами. Между выборами они особенно не нужны. Они были бы важнее в региональном политическом контексте, но и там сейчас возможности конкуренции схлопываются, потому что "Единая Россия" - не просто главная, но единственная партия власти. Поэтому в регионах различные группы политических элит могут использовать другие партии в существенно меньшем объеме, чем раньше.

Следовательно, все без исключения политические силы находятся в глубоком кризисе. Они не нужны ни правящей элите, ни альтернативным элитам, которые ныне вынужденно решают свои проблемы совершенно другими способами. Политическая конкуренция осуществляется не на выборах, не в публичном пространстве, а лоббистскими структурами в каких-то кремлевских кабинетах. Она существует, но принимает менее эффективные для общества и более уродливые формы.

Мне кажется, что Кремль заинтересован в том, чтобы была политическая конкуренция, были политические партии. Если "Яблоку" или СПС удастся пережить этот тяжелый период, то в дальнейшем они окажутся востребованы. Другое дело, как им пережить трудные времена и не превратиться в пыльный, всеми забытый старый брэнд.

Вопрос: Недавно Украина превратилась из президентской - в парламентскую республику. Это редкость на постсоветском пространстве. Как украинская метаморфоза повлияла на партийную жизнь? Что было первично - активность партий или усиление власти парламента?

Петров: Украина никогда не была президентской республикой. Парламент всегда был плохо контролируемый, довольно непослушный и представлял собой сложный конгломерат разных политических сил. Это не столько идеологическая смесь, сколько ситуация, которая отражает очень серьезные региональные и социальные различия внутри Украины. И при Кравчуке, и при Кучме парламент никогда не был марионеточным. Я мог бы сравнить его с польским Сеймом времен, когда выбирали короля, а шляхта была представлена именно в Сейме.

В Украине мы видим прямое участие в работе Рады очень влиятельных фигур из сфер бизнеса. Там идет очень бурная политическая жизнь, в которой присутствуют разные и очень сильные составляющие. В Верховной Раде ни одна из сил не способна добиться доминирования. Партии вынуждены договариваться, создавать коалиции, которые по определению непрочны и постоянно меняются. Но самое главное здесь - реальный плюрализм. Все политические силы поняли, что действовать можно лишь договариваясь со своими соседями. Это довольно демократичный процесс, который сам по себе более демократичен, чем его отдельные элементы. Можно акцентировать влияние на то, как "грязно" все проходит на выборах, на то, как действуют политтехнологи, на то, как используется административный ресурс, но при этом остается то, что остается - невозможность для одной силы добиться доминирования.

В этой связи любопытно посмотреть на украинские выборы, которые во второй раз прошли по системе, которая сейчас будет впервые применена в России, и на августовские выборы в Казахстане, которые также прошли по пропорциональной системе.

Россия, безусловно, находится между Украиной и Казахстаном. В Украине 3%-й барьер, бурная политическая жизнь, активное развитие политических сил и невозможность однозначно понять - кто выиграл, кто проиграл, каким будет новое правительство и новая правящая коалиция.

В Казахстане была объявлена политическая реформа, которая, как заявлялось, была рассчитана на передачу части полномочий президента - парламенту. Но результаты выборов дали противоположный результат: осталась одна главная партия - "Нур Отан". Накануне голосования казалось, что она получит процентов 70 депутатских мандатов, а две другие мощные партии, связанные с определенными элитами, также пройдут в парламент. Но прошла только "Нур Отан", которая и сформировала парламент. И более того, любой депутат, прошедший в Мажилис от партии "Нур Отан", в любой момент может быть отозван по решению партийного руководства. А председателем партии "Нур Отан" является действующий президент Казахстана - Нурсултан Назарбаев.

Вопрос в том, насколько Россия окажется близка или, наоборот, далека от украинского или казахстанского вариантов. Сейчас все дело идет к тому, что думские выборы будут ближе к выборам казахстанским. По закону, в парламенте не может заседать только одна партия. Но если карты лягут так, что "Единая Россия" единственной пройдет 7%-й барьер, а вторая сила - скорее всего, КПРФ - пройдет в Думу не по количеству полученных голосов избирателей, а потому, что согласно закону, в парламенте должно быть, как минимум две партии, то мы получим ситуацию, не очень отличающуюся от казахстанской. Это довольно опасно - опасно потенциальной нестабильностью.

______________________________

'Хомо украинус' - вид на грани исчезновения ("Le Monde", Франция)

Кто потерял Украину? ("The International Herald Tribune", США)

Украинской демократии нужна помощь США ("The Baltimore Sun", США)

Александр Квасьневский: Украина на распутье ("The Wall Street Journal", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.