Mar 06, 2008 04:30 AM

Если вы видите тонущего человека, что вы станете делать: укоризненно качая головой, попеняете ему за то, что он не научился плавать, или бросите спасательный круг и поможете выбраться на берег?

Так вот, подход Запада к проблемам развития и демократизации России - это то самое укоризненное покачивание головой. Иначе как близоруким его назвать нельзя: такая позиция, возможно, и помогает набрать очки в глазах внутриполитической аудитории, но игнорирует подлинную суть происходящего в этой стране. Более того, из-за этого подхода мы упускаем важнейший шанс помочь России в решении некоторых из одолевающих ее проблем.

В воскресенье у страны появился новый президент. Сегодня, когда большая часть бюллетеней уже подсчитана, становится ясно, что выбранный Путиным преемник, Дмитрий Медведев, получил более 70% голосов, а явка (особенно когда речь идет о выборах, чьи результаты были известны еще до того, как избиратели пришли к урнам для голосования) оказалась на удивление высокой, почти достигнув 70%.

Упорядоченная передача власти (Путин покинет свой пост в мае) имеет важнейшее значение для продолжения развития страны и сохранения стабильности в регионе - но это касается текущего момента. В долгосрочной же перспективе куда важнее ответ на другой вопрос: какой будет Россия через 10 лет, и как мы можем наладить с ней сотрудничество в этот период?

Большинство комментариев на Западе по поводу президентских выборов в России и их результатов показывают, что их авторы судят о происходящем, механически перенося на российскую почву западные ценности. В большинстве случаев их просто называют 'фарсом'. Конечно, российские выборы недотягивают до стандартов западных демократий (их нельзя назвать 'соревновательными' и результат действительно был предопределен заранее) - хотя при наличии 'суперделегатов' в США и 'звездных кандидатов' в Канаде нам, наверно, следовало бы обращать побольше внимания на собственные недостатки, прежде чем критиковать других.

И вот еще что стоит вспомнить: сколько лет ушло на формирование демократического строя в западных странах? Он возник отнюдь не в одночасье.

Параллели с российской ситуацией лучше искать в послевоенной истории Германии и Японии. В 1950-х - 1960-х гг., перед тем, как в Японии утвердился нынешний либерально-демократический строй, в стране существовал авторитарный режим, при котором профсоюзы находились под запретом, а многие люди бесследно 'исчезали'.

Хорошего в этом мало, но такова реальная история демократического развития в обществах, переживших масштабные потрясения.

Да и сами западные страны не чуждаются сворачивания демократии, когда сталкиваются с особо трудной ситуацией. В США уже на следующий день после терактов 11 сентября началось наступление на гражданские права, продолжающееся и по сей день. Большинство американцев добровольно согласились с этим ради обеспечения собственной безопасности. У нас в Канаде, когда мы считали, что страна подвергается угрозе изнутри, в действие вводился Закон о мерах военного времени , и опять же многие были готовы поступиться частью своих свобод в обмен на безопасность.

'Декоративные' президентские выборы - отнюдь не самое важное из того, что происходит сегодня в России. Демократия немногого стоит, если вы бедны, недоедаете, если у вас нет приличного жилья, а системы здравоохранения, образования, и инфраструктура пришли в упадок. Возможно, большинство российских избирателей сделало самый разумный выбор. Они обменяли способность свободно выбирать своих лидеров на повышение покупательной способности, которое обеспечивает им путинский режим.

Критики последних выборов упускают из вида как минимум два важнейших соображения. Впервые в российской истории верховная власть переходит из рук в руки в результате всеобщего голосования. И, опять же впервые в российской истории, глава государства добровольно отказывается от власти, чтобы соблюсти букву конституции.

Более того, нынешние выборы усиливают институциональный и правовой фундамент для утверждения в стране верховенства закона и укрепления структур, либо вообще не существовавших, либо почти полностью утративших дееспособность после распада СССР.

Никакие эпитеты не покажутся преувеличенными, когда речь идет о хаосе, охватившем Россию в 1990-х. Давайте вспомним, какое наследство оставила Путину ельцинская администрация: в девяностые Россия пережила самую тяжелую рецессию из всех посткоммунистических стран Восточной Европы. Ни Первая мировая война, ни революция 1917 г. не сопровождались таким обвалом производства, как этот переходный период.

В 1998 г., ставшем апогеем рецессии девяностых, объем ВВП в России составлял 55% от уровня предкризисного 1989 г. Среднедушевой объем потребления в 1990-х сократился на 33%. Больше четверти населения страны оказалось за чертой бедности, а эффективность государственных институтов снизилась до беспрецедентного уровня, граничащего с распадом государства.

Став президентом - это было всего восемь лет назад - Путин столкнулся со всеми перечисленными проблемами.

Когда речь идет о подобной ситуации, представляется разумным, чтобы решение о том, что необходимо в первую очередь - элементарное выживание и порядок, или демократия - принимали только те, кому приходится жить в таких условиях. И россияне свой выбор сделали. Подавляющее большинство населения страны - от 70 до 80% - отдало предпочтение материальным благам рыночной экономики и восстановлению порядка в обществе.

Сравните эту цифру с рейтингом популярности Джорджа Буша - порядка 30%, или с другим фактом: деятельность Николя Саркози (Nicolas Sarkozy) на посту президента одобряет лишь 36% французов.

Если вы согласны, что Россия встала на путь, ведущий от хаоса к стабильности и более справедливой социальной системе, наибольшее значение приобретает вопрос: что мы можем сделать, чтобы помочь ей пройти этот путь быстрее?

Тревогу внушает ситуация во многих областях - таких как здравоохранение, экология, личная безопасность граждан. Но серьезнее всего созданию дееспособных гражданских институтов в сегодняшней России препятствует коррупция на всех уровнях государственного аппарата и бизнеса. Эта проблема возникла в стране далеко не вчера, но в хаотичные 1990-е произошел взрывной рост ее масштабов: многие представители местных административных структур и преступных группировок получили возможность' скупать на корню' политиков и высокопоставленных чиновников, а также захватывать контроль над сырьевыми ресурсами, используя их в собственных целях.

Для искоренения коррупции необходимо укрепление судебной системы и совершенствование законодательства. Так, последний принятый бюджет предусматривает повышение зарплаты судьям, чтобы ослабить стимулы к мздоимству. Очевидно, однако, что сделать здесь предстоит еще много.

Другой важный фактор в борьбе с коррупцией - необходимость упростить и сократить бюрократический аппарат. Чем больше бюрократия, тем выше ваши шансы столкнуться с коррумпированным чиновником. На этом направлении тоже принимаются меры - вводятся элементы 'электронного правительства', происходит оптимизация бюрократических процедур.

Хотя объем иностранных инвестиций в России резко увеличился, он рос бы еще быстрее, если бы государственное управление в стране было более прозрачным и качественным. И в этой сфере Канада может оказать России помощь.

В качестве страны-участницы 'большой восьмерки', ООН и члена мирового сообщества, Канада должна принять решение о том, как ей следует взаимодействовать с Россией. При этом необходимо помнить, что сотрудничество с ней - не филантропическое предприятие, а деятельность, отвечающая нашим собственным политическим и экономическим интересам.

Переехав в Кремль, новый президент займется уточнением нынешнего политического курса, в том числе и отношений с Канадой. Мы не можем больше просто сидеть и ждать у моря погоды. Либо мы займем позицию стороннего наблюдателя, укоризненно качая головой, пока наш потенциально великий сосед пытается встать на ноги, или стать для него реальным партнером и совместными усилиями еще больше укреплять стабильность и демократию в России - прежде всего потому, что это необходимо для нашего собственного будущего.

Доктор Петр Дуткевич - директор Института европейских, российских и евразийских исследований (Institute of European, Russian, and Eurasian Studies) при Карлтонском университете (Carleton University). Майкл Берк - специалист по России, заместитель директора Канадского международного Совета (Canadian International Council). Его точка зрения не обязательно совпадает с позицией Совета.

* * *

* Суперделегаты (superdelegates) - члены Демократической партии, которые становятся делегатами съезда, выбирающего единого кандидата в президенты, без выборов. Суперделегатами автоматически становятся члены демократической фракции в Конгрессе, губернаторы-демократы, члены национального комитета партии, а также бывшие президенты, вице-президенты и другие люди, имеющие особые заслуги перед партией. В отличие от избираемых делегатов, суперделегаты не должны заранее объявлять, кого они намерены поддержать на выборах единого кандидата в президенты. (Вернуться к тексту статьи)

* 'Звездные кандидаты' (Star Candidates) - известные люди (отставные государственные деятели, ученые, журналисты, бизнесмены), которых канадские политические партии включают в свои списки, чтобы привлечь голоса избирателей на общенациональных парламентских выборах. (Вернуться к тексту статьи)

* War Measures Act - закон, принятый в 1914 г., и предоставлявший правительству чрезвычайные полномочия (в соответствии с его положениями были интернированы тысячи немцев и граждан других стран). Вновь вступил в силу во время второй мировой войны (интернированию подверглись канадцы японского происхождения). В третий раз закон был введен в действие в ходе 'октябрьского кризиса' 1970 г., когда экстремисты из сепаратистской организации 'Фронт освобождения Квебека' похитили британского торгпреда и вице-премьера провинции Квебек. (Вернуться к тексту статьи)

____________________________________________

Диктаторы на глиняных ногах ("The Globe And Mail", Канада)

Сверхдержава? Скорее уж сверхнасос ("The Globe And Mail", Канада)

Акт агрессии против Канады ("The Ottawa Citizen", Канада)

Кто-нибудь, расскажите Санта-Клаусу, что случилось ("The Edmonton Sun", Канада)