Среди глав государств, которые этой осенью должны собраться в Нью-Йорке на сессию Генеральной ассамблеи ООН есть некая особая категория - лидеры, отличающиеся беспримерными сроками пребывания у власти и общей нетерпимостью к инакомыслию.

Муаммар Каддафи (Muammar el-Qaddafi) будет иметь честь выступить на открытии сессии. Ровно сорок лет назад в этом месяце Каддафи - в ту пору молодой армейский капитан - возглавил переворот против ливийского короля Идриса (Idris). Сейчас Каддафи 67 лет, пришел он к власти во времена первого срока Ричарда Никсона (Richard Nixon).

В тот же день перед Генеральной ассамблеей выступит президент Экваториальной Гвинеи Теодоро Обианг Нгема Мбасого (Teodoro Obiang Nguema Mbasogo) - он на два дня старше Каддафи и правит со времен Джимми Картера (Jimmy Carter). Обианг захватил власть в 1979 году, свергнув и казнив Франсиско Масиаса Нгему (Francisco Macias Nguema).

Исключительная живучесть Каддафи и Обианга, конечно, - политический курьез, однако платить за этот курьез приходится недешево. Несмотря на огромные доходы, которые приносят Ливии и Экваториальной Гвинеи их обширные природные богатства, обе страны по-прежнему крайне бедны. После десятилетий государственного самодурства ключевые институты в них либо не действуют вовсе, либо не способны отвечать нуждам простых людей.

Ничего необычного в этой парочке нет: в список политических долгожителей входят главы некоторых из самых безжалостных и косных режимов в мире. На Кубе братья Кастро находятся у власти уже сорок лет и не собираются уходить. В Венесуэле Уго Чавес (Hugo Chavez) держится пока 'всего' 10 лет. Впрочем, это, вероятно, была только разминка: в феврале он организовал себе победу на референдуме по отмене ограничений на число президентских сроков.

В этом списке хорошо представлен и бывший Советский Союз - речь идет о таких странах, как Азербайджан, Белоруссия, Казахстан, Туркмения и Узбекистан. В Африке компанию Ливии и Экваториальной Гвинеи составляет множество стран, в том числе Египет, Ангола, Камерун и Судан.

Формально ни одно из этих государств не является монархией, однако в некоторых из них на деле возникают династии. В Азербайджане и Сирии власть уже переходила от отца к сыну, в Египте и Ливии также есть похожие тенденции.

Несмотря на разницу политических традиций, культур, истории, сегодня для всех этих стран характерны, как минимум, две общие черты: жесткие ограничения на право выражать свои политические взгляды и на право участвовать в политической жизни. В итоге политическое влияние - и сопровождающие его экономические блага - оседают в таких обществах внутри четко определенного круга. Тех же, кто бросает вызов такому положению дел, ждет тюрьма или нечто еще худшее.

Особенно мрачная картина открывается, если сопоставить список режимов с пожизненным лидерством с рейтингом свободы СМИ (по данным Freedom House) и рейтингом коррупции (по данным Transparency International).

Из 20 стран с пожизненным лидерством в категорию 'несвободных' в ежегодно составляемом Freedom House рейтинге свободы СМИ попали все до единой. Египет, которым уже пятый срок подряд правит 81-летний президент Хосни Мубарак (Hosni Mubarak) выглядит на этом ужасном фоне лучше прочих - он занимает 128 место из 195 стран.

То же самое относится и к коррупции - практически все эти страны оказались в нижней четверти составляемого Transparency International списка из 180 государств.

Многие утверждают, что авторитарная модель пожизненного лидерства, подразумевающая жесткий контроль над политической и экономической жизнью, новостями, информацией, способна обеспечить стабильность. Однако за это приходится дорого расплачиваться. Ученые и политики давно осознали связь между свободными и независимыми СМИ и низким уровнем коррупции, государственной эффективностью, законностью и более высоким уровнем развития в целом.

Напомним, что вначале Роберта Мугабе (Robert Mugabe) также считали образцовым 'сильным лидером', способным облагодетельствовать простых зимбабвийцев, однако за три десятка лет он привел Зимбабве к нищете и ничтожеству.

Сегодня точно такие же разговоры о 'сильном лидере' идут и в отношении России, в которой Владимир Путин пообещал установить 'диктатуру закона', готовя при этом почву для того, чтобы сохранить в своих руках высшую власть на неограниченный срок. В прошлом году Путин срежиссировал передачу власти Дмитрию Медведеву, после чего стал премьер-министром, сохранив огромное влияние. Ходят слухи, что он собирается позднее вернуться на пост президента. При этом качество государственного управления в России оставляет желать много лучшего.

Неготовность подобных режимов мириться с реальными политическими альтернативами и наличием независящих от них надзорных служб означает, что власти сходят с рук любые злоупотребления.

Одновременно подавляется конкуренция идей, которая могла бы положительно сказаться как на государственной политике, так и на жизни простых людей. В итоге, какая бы стабильность не царила в подобных странах, для большинства граждан она зачастую оборачивается жестокой бедностью и зависимостью от сомнительных управленческих навыков престарелых автократов.

Кристофер Уокер - руководитель исследовательского отдела Freedom House.

___________________________________________________________

Экспортируя равенство, импортируя нестабильность ("ISN", Швейцария)

Друзья Чавеса ("TalCual", Венесуэла)

Обсудить публикацию на форуме

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.