Будь то национальный, европейский или международный уровень, ситуация остается неизменной: тот, кто контролирует энергетику, контролирует и политическую власть.

Великие мировые державы вроде России, США и Китая уже давно поняли это и приложили все силы для развития собственного производства энергоресурсов. Кроме того, Вашингтон и Пекин занимают видные позиции на новом рынке «зеленой» энергии. В условиях резкого развития нетрадиционных источников углеводородов в США, китайского демпинга в солнечной энергетике и газовой зависимости от России Европа выглядит совершенно безоружной и не обладает общей политикой.

Тем не менее, Европейский Союз не всегда плелся в хвосте. Некогда он лидировал в энергетическом секторе благодаря сотрудничеству его государств-членов. Будь то ЕОУС или Евратом, Европа сформировала общий энергетический рынок для активизации своего экономического развития и улучшения качества жизни граждан.

Кроме того, такое европейское сотрудничество внесло вклад в борьбу с потеплением климата. В 1997 году Европа зарекомендовала себя ключевым действующим лицом в подписании Киотского протокола, а затем подтвердила эти намерения созданием углеродного рынка в масштабах всего континента.

Тем не менее, после наступления кризиса энергетические и экологические планы сжались как шагреневая кожа. Углеродный рынок оказался неэффективным из-за отсутствия регуляции и недостаточных масштабов поставленных задач, а неудачные международные переговоры по климату (конференция в Копенгагене в 2009 году) подорвали влияние Европы в энергетической сфере.

Наконец, на экономический кризис накладывается беспрецедентный энергетический кризис. Не проходит и дня без того, чтобы у нас не появились новые подтверждения истощения сверхпроизводственной модели. Ископаемые ресурсы Европы с каждым годом становятся все меньше, и она все больше и больше зависит от соседей. Сегодня более половины потребляемых в Европейском Союзе энергоресурсов приходит извне. Нефть и газ практически полностью импортируются из других государств при том, что цена барреля нефти увеличилась с 10 долларов в 1999 году, до более 100 долларов в 2014 году. Сальдо внешнеторгового баланса большинства европейских стран (и в том числе Франции) никак не может выбраться из минуса, причем не в последнюю очередь из-за растущего энергетического импорта.

Для сокращения энергетической зависимости некоторые предлагают развивать ядерный сектор или добычу сланцевого газа. Но две этих отрасли не назвать перспективными. Помимо загрязнения окружающей среды, первая зависит от импорта урана, тогда как существование второй весьма ограничено, как показал польский пример. Что касается конкретно ядерной энергетики, она в любом случае может быть лишь переходным, а не конечным этапом.

Существующая неолиберальная политика не позволит нам освободиться от нынешней модели развития с ее упором на производство и потребление. Она оставляет управление общим имуществом на усмотрение хаотичного рынка, который уже не раз доказывал, что совершенно не в состоянии предвидеть будущее. Хуже того, когда экономический кризис затмил долговой, некоторые государства воспользовались ситуацией для сокращения инвестиций в энергетический переходный процесс, то есть в возобновляемую энергетику и энергетическую эффективность. В этом вся трагедия энергетической политики Европейского Союза. Хотя еще 20 лет назад он был здесь безоговорочным лидером, сегодня его стремление сошло на нет при контакте с либеральной политикой. Господство правых в Европе, а также ограничения в связи с политикой жесткой экономии и ускоренным сокращением дефицитов нанесли сильнейший удар по энергетической программе.

Как бы то ни было, Европейскому Союзу необходимо в срочном порядке выстроить общую энергетическую политику с учетом сильных и слабых сторон каждого государства-члена. От этого он может только выиграть.

Переходный процесс в энергетике не только становится стимулом экономической деятельности, но и создает рабочие места. Проектное исследование сценария Negawatt (умеренность, эффективность, возобновляемая энергетика) показало, что это позволит создать в нашей стране 240 000 постоянных рабочих мест к 2020 году и 630 000 рабочих мест к 2030 году. Таким образом, этот процесс играет не только экономическую, но и общественную роль.

Наконец, в плане конкуренции Европейский Союз получит решающее преимущество по отношению к другим мировым державам.

В построении будущего ему нужно разработать модель, которая не будет ограничиваться повторением китайской производительности и американского консюмеризма. Если Европа нащупает путь к развитию с равным разделом ресурсов и более справедливому обществу, она сможет предложить другим альтернативную модель, которая позволит бороться с неравенством и переступить чрез логику коммерции и прибыли.

Для этого ей нужно не только разработать смелую политику в области климата, но и сформировать стратегию развития в сфере энергетического переходного процесса. Инвестиции должны послужить для укрепления связей между регионами с помощью масштабных проектов транспортных сетей и чистой энергетики, расширения использования возобновляемых энергоресурсов и борьбы с энергетической незащищенностью.

У Европы есть все ресурсы для достижения поставленных целей. Теперь ей остается только создать подходящие инструменты.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.