Ишай Шлиссель совершил двойное убийство. Он не только убил Ширу Банки, он нанес смертельный удар по тому явлению, которое в СМИ принято называть «ЛГБТ-сообществом». «Внутриобщинные» реакции на трагедию, приведшие к обмену словесными ударами, являются убедительными доказательством того, что «ЛГБТ-сообщество» — абсолютно устаревшее понятие. Я  сомневаюсь, что подобное сообщество когда-либо существовало вообще. Немногое, с ментальной, культурной и идеологической точек зрения, объединяет ЛГБТ, очень разных и непохожих друг на друга людей. Нередко между ними пролегает пропасть. Особенно, когда речь заходит, об образе жизни и политических воззрениях.

Нет ничего общего между геем или трансгендерной женщиной, голосующими за Ликуд, размахивающими израильскими флагами на параде гордости, и лесбийской женщиной, держащей в руках палестинский стяг, перекрикивающей министра от правящей партии, пришедшего на митинг с целью осудить подлое убийство.

Речь идет о важном явлении, которое СМИ, по какой-то причине, все еще отказываются принять:  нет никакого «ЛГБТ-сообщества», есть ЛГБТ-граждане. Нет монолитной группы с единым посылом. Есть огромное разнообразие мировоззрений, социальных, культурных, политических концепций, превалирующих над сексуальной идентичностью каждого конкретного человека. Сексуальная идентичность не только не превалирует над мировоззренческой, культурной и идеологической, а вынуждена подстраиваться под них. Процессы «внутриобщиной» политизации последних лет ясно указывают на это. Поэтому нет ничего глупее комментариев косноязычных спорщиков в социальных сетях реагирующих на аббревиатуру ЛГБТ, как собаки Павлова, и связывающих гомосексуальность с экономической или политической левой идеологией.

На первый взгляд, единственным скрепляющим фактором остается общая борьба за равные права. Но и это не совсем верно. Среди израильских ЛГБТ нет единодушия по вопросу о том, каким образом действовать во имя достижения этой цели, каковым должен быть порядок приоритетов в этой борьбе. Например, некоторые ЛГБТ убеждены, что признание однополых браков — немедленно и любой ценой — является основной целью борьбы за равноправие. Другие полагают, что юридическое равноправие невозможно на данный момент — по практическим и идеологическим причинам — в условиях, когда к подобным изменениям может привести исключительно судебное вмешательство в обход законодательной власти.

Борьба за однополые брачные союзы широко освещается и является, на первый взгляд, предметом консенсуса среди ЛГБТ. Но убийство на иерусалимском параде выявило необходимость пересмотра этой идеи. По-видимому, силы и ресурсы должны быть использованы для иных целей. Даже если завтра (хотелось бы надеяться) будут признаны однополые семейные союзы,  нет никаких гарантий на то, что не появится новый Шлиссель. Нет никаких гарантий на то, что перестанут избивать трансгендерных людей. Нет никаких гарантий на то, что перестанут издеваться над ЛГБТ-подростками в провинции. Разве не следует с той же настойчивостью, проявляемой в борьбе за признание однополых браков, требовать увеличения бюджетных средств на образовательные проекты, воспитывающие в людях терпимость к ЛГБТ?

Вопрос рождения детей также является спорным в среде израильских ЛГБТ. Например, борьба за право пользоваться услугами суррогатного материнства вызывает ожесточенные внутренние разногласия. Выяснилось, что между определенными кругами в «ЛГБТ-общине» и иудейскими ультраортодоксами, мнение которых об ЛГБТ хорошо известно, имеет место консенсус: и те, и другие против суррогатного материнства для мужчин-геев.

Начало этому процессу было положено в период создания ЛГБТ-групп в различных политических партиях. Первым был МЕРЕЦ, который (с определенной долей справедливости) пытался в свое время присвоить себе эксклюзивное право на борьбу за равные права для этой категории израильских граждан. Очень быстро выяснилось то, что было ясно изначально: электральные предпочтения ЛГБТ-граждан ничем не отличаются от таковых среди прочих граждан страны. Разброс огромен: от Объединенного арабского списка до Еврейского дома. Официальный общинный институт «Ассоциация за права ЛГБТ (Агуда)»  — динозавр, исчезнувший с поверхности земли. Значительная часть ЛГБТ не ассоциирует себя с этой организацией.  В телестудиях уже давно предпочитают беседедовать с лидерами разных партийных ЛГБТ-групп. И это правильно. Это харизматичные люди, которые аутентично отражают идеологическое разнооборазие, присущее ЛГБТ-гражданам в Израиле.

Описываемый процесс в обозримом будущем приведет израильских ЛГБТ к полному гражданскому равноправию. Это станет возможным лишь после того, как окончательно уйдет из жизни секторальный подход, квинтэссенцией которого является понятие «община». Нет больше «ЛГБТ-общины», есть ЛГБТ-граждане.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.