В современном глобальном капитализме показателем положения человека выступают его возможности перемещения. Чем он мобильнее, тем сильнее его рыночное положение. Этот принцип работает в обе стороны: от состояния вашего счета зависит, насколько быстро и куда вы можете отправиться.

Хотя на первый взгляд границы открыты и путешествовать по закону можно свободно, не все (как воображают себе энтузиасты свободного рынка) способны игнорировать государственные границы. Деньги и капиталы могут за несколько секунд преодолеть несколько тысяч километров. Те, у кого есть средства, могут отправиться в путешествие как туристы, а остальные не по собственной воле остаются человеческими отбросами, которых никто не хочет принимать.

Для одних отменяют въездные визы, для других ужесточают иммиграционное законодательство. Одни получают в глобальном капитализме привилегию на путешествия, для других, с местом происхождения «похуже», вводятся ограничения. Одни могут уезжать и возвращаться как туристы, когда им захочется, другие перемещаются не по собственной воле, а под давлением обстоятельств: политических, экономических, военных. Одни летают на самолетах, другие плывут на надувных лодках и утлых плотах. Они сильно рискуют, но зачастую это для них единственный шанс выжить.

Американский философ Ричард Рорти (Richard Rorty), видя неравенство, разделяющее разные части мира, писал: «Мы должны воспитать наших детей, чтобы они не могли терпеть того, что мы, сидящие за письменными столами и стучащие по клавиатурам, получаем в десть раз больше, чем люди, которые пачкают руки, убирая наши туалеты, и в сто раз больше, чем те, кто производит наши клавиатуры в странах Третьего мира. Их, с нашей подачи, должен мучить тот факт, что страны, которые индустриализировались первыми, обладают в сто раз большими богатствами, чем те, кто еще не пережил индустриализацию». Сейчас мало кто помнит об этих размышлениях Рорти и замечает, что одни не могут существовать без других. Бедные и богатые страны создаются одними и теми же экономическими и политическими процессами. Та же система, которая обеспечивает богатство меньшинству, производит и человеческие отбросы. Еще меньше людей замечает, что страны, из которых на надувных лодках пытаются выбраться североафриканские и ближневосточные беженцы, совсем недавно подвергались бомбардировкам самолетов богатейших стран мира. Американские бомбардировщики в борьбе за дешевую нефть и влияние на Ближнем Востоке создали в этом регионе не только полнейший хаос, но и Исламское государство, а также лишили миллионы людей крыши над головой. Ирак, Сирия, Ливия: их нынешняя ситуация — это дело рук тех, кто сейчас милостиво устанавливает лимиты по приему мигрантов в Европе. Если мы спросим, кто отправляет оружие в разрушенные войнами страны, окажется, что это те же самые государства и силы, которые сейчас жалуются, как дорого обойдется помощь непрошеным иммигрантам. Лицемерие глобальных богачей сложно описать. Как и масштаб расизма, скрывающийся под показными гуманитарными акциями.

Столь же позорно выглядит обеспокоенность наших правых по поводу приезда «культурно чуждых»: если уж ЕС заставляет нас принимать непрошеных гостей, то, как говорят «истинные поляки», пусть они по крайней мере будут белыми, которые преклоняют колени перед тем же самым христианским богом.

Если существует такое явление, как моральный прогресс, его можно измерить масштабом солидарности и эмпатии, которые мы испытываем в отношении других существ. В прошлом солидарность ограничивалась кругом обитателей одной пещеры. Сейчас польские правые хотят ограничить солидарность людьми одного этнического круга: их волнуют только поляки (да и то, как известно, не все: из этого списка нужно вычеркнуть «коммуняк», геев, иноверцев и всех «непохожих»). Лучшим решением будет расширить границы солидарности как можно шире: включив в них не только всех людей, но и прочие чувствующие создания (здесь у некоторых религиозных фундаменталистов вновь возникнет проблема, ведь, как они утверждают, у животных нет души, не говоря уже о растениях). Но чтобы такой прогресс совершился, нужно сначала отбросить ограничения, которые накладывает национализм, и сделать выбор в пользу космополитической ответственности.

Необходимо также помнить, что проблема эмиграции стала сейчас глобальным вызовом всех частей мира, которые находятся за пределами узкой и не столь густо населенной области богатства. Как отмечает Зигмунт Бауман (Zygmunt Bauman), «массовое производство беженцев — это сейчас единственная быстро растущая и процветающая отрасль промышленности отстающих стран, которые называют “развивающимися”».

В этом контексте не стоит забывать о том, что Польша наряду со значительной частью Восточной Европы тоже продолжает производить массу эмигрантов, уезжающих на заработки. Никаких намеков на то, что ситуация в ближайшее время изменится, нет. Ожидая хорошего отношения в других регионах мира, может быть, нам стоит сначала самим отработать это в Польше — на тех, кто бежит от нищеты и войны.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.