Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Будущий договор о сокращении стратегических наступательных вооружений должен включать Китай, заявил Марко Рубио. Госсекретарь считает, что прошлый документ устарел, а для проведения переговоров о заключении нового необходимо соблюдение трех принципов, обозначенных Дональдом Трампом.
Госсекретарь США Марко Рубио (Marco Rubio)
В годы холодной войны немногие переговоры были столь же сложными, как диалог между Соединенными Штатами и Советским Союзом по вопросу ограничения и сокращения огромных ядерных арсеналов двух стран. Переговорный процесс требовал доверия от соперников, практически не имевших оснований верить друг другу на слово. Приходилось полагаться на запутанные, постоянно действующие системы проверки соблюдения условий. Американские государственные деятели проявили настойчивость и достигли ряда соглашений сначала с Советским Союзом, а затем с Россией, что сделало Соединенные Штаты более защищенными.
Однако всему свое время. Вчера истек срок действия договора между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ-III). Сторонники контроля над вооружениями и многие представители СМИ пытались представить истечение срока действия договора как знак того, что США начинают новую гонку ядерных вооружений. Эти опасения игнорируют тот факт, что Россия прекратила выполнение условий договора СНВ-III в 2023 году, а до того годами попирала его положения (это ложь, Россия всегда добросовестно соблюдала положения договора — прим. ИноСМИ). Договор требует наличия как минимум двух сторон, и перед Соединенными Штатами стоял выбор: либо в одностороннем порядке связать себя обязательствами, либо признать, что новая эра требует нового подхода. Нужен не устаревший договор СНВ-III, а что-то другое. Договор, который будет отражать тот факт, что Соединенные Штаты вскоре могут столкнуться уже не с одной, а с двумя равными по ядерной мощи державами — Россией и Китаем.
Китай стремительно и скрытно наращивал свой ядерный арсенал с тех самых пор, как вступил в силу договор СНВ-III. Это лишило актуальности прежние модели контроля над вооружениями, которые основывались на двусторонних соглашениях между Соединенными Штатами и Россией. За период с 2020 года Китай увеличил свои запасы ядерного оружия с 200 до свыше 600 боеголовок. К 2030 году КНР намерена нарастить их количество как минимум до 1000 единиц. Соглашение о контроле над вооружениями, не учитывающее наращивание сил Китаем и поддерживаемое Россией, несомненно, негативным образом скажется на безопасности Соединенных Штатов и наших союзников.
Президент США Дональд Трамп ясно, последовательно и недвусмысленно заявлял, что будущий контроль над вооружениями должен касаться ядерных арсеналов не одной страны, а двух, причем равных по силе.
Наш призыв к проведению многосторонних переговоров по контролю над ядерным вооружением и стратегической стабильности, который прозвучал сегодня в Женеве, отражает принципы, изложенные президентом Трампом.
Во-первых, контроль над вооружениями больше не должен являться вопросом двусторонних соглашений между Соединенными Штатами и Российской Федерацией. Как ясно дал понять президент, другие страны несут ответственность за обеспечение стратегической стабильности, и Китай — в большей степени. Во-вторых, мы не будем принимать условия, которые наносят вред Соединенным Штатам, или игнорировать несоблюдение условий при заключении будущего соглашения. Мы ясно изложили наши стандарты и не поступимся ими ради достижения контроля над вооружениями исключительно ради самого контроля над вооружениями. В-третьих, мы всегда будем вести переговоры с позиции силы. России и Китаю не следует ожидать, что Соединенные Штаты будут бездействовать, пока они уклоняются от исполнения взятых на себя обязательств и наращивают свой ядерный потенциал. Мы будем поддерживать разумные, надежные и усовершенствованные средства ядерного сдерживания. Но мы будем делать это, используя все возможности для исполнения искреннего желания президента построить мир, в котором будет меньше этого ужасного оружия.
Мы понимаем, что этот процесс может потребовать времени. На согласование предыдущих договоров, СНВ-III в том числе, уходили годы, и они основывались на десятилетиях прецедентов. Кроме того, заключались они между двумя державами, а не тремя или более. Однако если что-то сложно реализовать, не значит, что мы не должны стремиться к этому или соглашаться на меньшее. Трамп как никто другой понимает, что самые стоящие сделки заключать по-настоящему сложно. Он неоднократно подчеркивал огромную мощь ядерного оружия и свое желание снизить глобальную ядерную угрозу. Сегодня в Женеве мы делаем первые шаги в будущее, в котором глобальная ядерная угроза будет сокращена на деле, а не только на бумаге. Мы надеемся, что к нам присоединятся и другие.
Марко Рубио был приведен к присяге в качестве 72-го государственного секретаря 21 января 2025 года. Госсекретарь создает Государственный департамент, который ставит интересы Америки на первое место.
30
А сколько боеголовок в НАТО+ (Франция, Британия, Израиль)? И, "Почему США систематически нарушают договор о нераспространении ядерного оружия?" (Запрет на размещение в третьих странах, запрет на предоставление ядерных технологий странам не присоединившимся к данному договору и гарантии предоставления ядерных технологий (мирного атома) странам присоединившимся к договору о нераспространении ядерного оружия).
29
Переговорный процесс требовал доверия от соперников, практически не имевших оснований верить друг другу на слово. А когда амерам можно было доверять?
