Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Два важнейших торговых пути — через Ормузский пролив и Суэцкий канал — фактически перестали существовать для транспортных компаний, пишет BZ. Однако пока юг полыхает, север тает, делая все более очевидным: в мировой логистике "Кремль сорвал джекпот".
Василики Манциу (Vassiliki Mantziou)
Пока танкеры простаивают, а страховые компании в Лондоне переоценивают риски, становится ясно: борьба за морские пути уже давно превратилась в глобальную игру за власть.
С момента нападения на Иран все говорят об Ормузском проливе. Этот пролив — одна из самых уязвимых артерий мировой нефтяной торговли — сегодня в центре внимания на телевидении, в газетах и социальных сетях.
Через этот узкий проход, связывающий Персидский залив и Индийский океан, в мирное время транспортируется примерно пятая часть всего мирового объема нефти. Сейчас гигантские нефтяные танкеры простаивают в Персидском заливе. Мы наблюдаем последствия этого конфликта в режиме реального времени каждый раз, когда смотрим на цены на заправочных станциях.
Однако эта опасная ситуация не ограничивается лишь Ормузским проливом. Несколькими тысячами километров западнее, в Суэцком канале, наблюдается аналогичная картина. Те, кто полагал, что канал, соединяющий Красное море со Средиземным, может служить альтернативным маршрутом, в эти дни испытывают горькое разочарование. Обычно через это "игольное ушко" в Египте проходит 12% мировой торговли. Однако в настоящее время судоходство и здесь сильно ограничено из-за ближневосточного конфликта. По этой причине некоторые известные судоходные компании предпочитают тратить 14 дней на обход вокруг мыса Доброй Надежды у южной оконечности Африки. Такое развитие событий вынуждает мировое сообщество искать альтернативы, причем быстро.
Нефть, электроника, металлы и многие другие важные сырьевые товары незаменимы на мировом рынке. Ежедневно суда с подобным грузом преодолевают несколько тысяч морских миль по всему земному шару, что превращает эти маршруты в стратегические элементы игры за влияние, власть и экономическое господство. Центральный вопрос, который все больше определяет мировую политику: кто на самом деле контролирует важнейшие с геостратегической точки зрения торговые пути?
Юг горит, Север тает — стратегическая концентрация России
Пока на Ближнем Востоке война против Ирана приводит к затруднению торговли, Россия усматривает совершенно иную возможность в Арктике. Таяние льдов на полюсах открывает для нефтяного гиганта, а также для Китая морскую супермагистраль. Северный морской путь сокращает время в пути в Европу по морю с 35 до всего 20 дней. В связи с этим нестабильное "игольное ушко" Суэцкого канала может просто стать ненужным — по крайней мере, для двух партнеров по БРИКС. Ведь помимо огромной экономии времени, северный маршрут для этих двух великих держав — это прежде всего акт геополитической эмансипации. Если старый путь пролегает через Малаккский пролив, то новый арктический маршрут почти полностью проходит через экономическую зону России, далеко за пределами досягаемости американского контроля.
Влияние России на мировые рынки в значительной степени ограничено ее собственными территориальными водами. Однако с Северным морским путем Кремль сорвал джекпот. Ведь тот, кто собирается по нему пройти, зависит от инфраструктуры, государственного регулирования и ледоколов страны. Сложнее при этом дела у Москвы обстоят на Черном море. Хотя оно фактически и является воротами на мировой рынок, российский контроль заканчивается в одном решающем узком месте — Босфоре. Конвенция Монтре 1936 года гарантирует там, как и в Мраморном море и Дарданеллах, полный суверенитет туркам. Они могут как ограничить проход военных кораблей (что они и сделали во время конфликта на Украине), так и заблокировать российский флот в случае чрезвычайной ситуации. В то же время Анкара поддерживает тесные экономические отношения с Москвой и избегает полной конфронтации.
С ростом интереса к Гренландии Север также оказывается в центре внимания американской политики силы. При этом так называемый Фареро-Исландский рубеж — морской коридор между Гренландией, Исландией и Великобританией — представляет собой главную линию обороны Запада. Контролируя этот узкий проход, можно в случае чрезвычайной ситуации помешать противнику выйти в открытый Атлантический океан и перерезать трансатлантические торговые маршруты. Глобальная сеть баз и альянсов делает США "шерифом мировых океанов", который контролирует судоходство и в случае необходимости может его заблокировать. Примером может служить блокада Кубы.
Китай как глобальный арендодатель
Если русские используют географические преимущества, а американцы пытаются контролировать важнейшие узловые точки с помощью силы, китайцы в геостратегической конкуренции, словно в глобальной игре в "Монополию", захватывают порты по всему миру. От Пакистана (Гвадар) через Шри-Ланку (Хамбантота), Бангладеш (Читтагонг), Джибути, Кению (Момбаса) до Греции (Пирей) и Западной Европы (Триест, Гамбург, Роттердам) стратегия заключается в следующем: контроль через право собственности, а не с помощью военных кораблей.
При этом Китай покупает не море, а причалы. Контролируя критически важную инфраструктуру в конечных точках торговых маршрутов, Пекин создает необратимую зависимость. Тот, кто хочет разгрузиться в Пирее или Гамбурге, использует китайские краны, китайское программное обеспечение и, в конечном счете, подчиняется китайским условиям.
Козырь Лондона
Однако, как ни удивительно, самый сильный козырь находится в руках британцев. Ведь даже командующие самыми мощными флотами или владельцы важнейших портов должны подчиняться силе, которая не задействует ни танки, ни краны, — страховщикам лондонского Сити. В небоскребах Lloyd’s of London решается судьба каждого маршрута. Ведь ни один судовладелец не отправит в плавание судно стоимостью в миллиарды без страхового обеспечения. Если Лондон в десять раз повысит страховые сборы для какого-либо региона из-за политической напряженности — как это произошло в марте 2026 года в Красном море или в Ормузском проливе, — этот маршрут для компаний фактически перестанет существовать. Таким образом, Лондон — это своего рода невидимый арбитр, который одним росчерком пера может сделать целые торговые пути непроходимыми, не произведя ни одного выстрела.
59
Лондон может "сделать целые торговые пути непроходимыми, не произведя ни одного выстрела." Поэтому необходимо сделать один, но мощный выстрел по самому Лондону. Нет лондОна - нет проблемы!
44
Давно пора лишить UK права монопольно собирать страховые сборы.
Обсудить
