Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Войну и военную мощь нельзя оценивать лишь по одному критерию, пишет Mehr. Как же так получилось, что США не смогли добиться целей в войне против Ирана? Редакция предлагает свой вариант ответа на этот вопрос.
Войны нельзя оценивать лишь по количеству выпущенных ракет, объему израсходованных боеприпасов или заявлениям о победе. Главным критерием является соотношение между заявленными целями и результатами, достигнутыми на поле боя, где переплетаются наступательная мощь, сдерживание, материально-техническая устойчивость и возможность навязывания политической воли. С этой точки зрения высказывания Барака Обамы, бывшего президента США, о последствиях войны против Ирана выходят за рамки политического спора между демократами и республиканцами; эти слова содержат оценку военных действий США и стратегическим положением Исламской Республики Иран.
Указывая на удары по базам и союзникам США, гибель и ранения американских военнослужащих, сокращение ракетных запасов и рост цен на энергоносители, Обама поставил фундаментальный вопрос: если целью начала войны было ослабление военного потенциала Ирана и навязывание воли Вашингтона Тегерану, то почему спустя месяцы конфликта Штаты по-прежнему сталкиваются с тяжелыми военными и экономическими издержками, а вопрос безопасности Ормузского пролива превратился в одну из важнейших забот?
Важность этого вопроса состоит в том, что он задан политиком, который годами присутствовал на высших уровнях принятия решений в сфере безопасности США. Разумеется, высказывания Обамы не следует рассматривать в одиночку как окончательное доказательство победы одной стороны над другой; однако эти слова, наряду с другими критическими замечаниями, звучащими внутри США, показывают, что оценка последствий войны превратилась в серьезную тему в политических кругах этой страны.
Ормуз; география, придающая смысл военной мощи
При оценке оборонного положения Ирана важно учитывать, что Ормузский пролив — не просто морской проход; этот водный путь является частью уравнения сил в Персидском заливе и одной из чувствительных точек соединения мирового энергетического рынка с крупными производителями нефти региона. По этой причине любое нарушение безопасности и морского судоходства в этом районе имеет последствия, выходящие за пределы Персидского залива, и может повлиять на цены на энергоносители, транспортные издержки и расчеты крупных держав.
Когда Обама говорит о наличии у Ирана "права вето" в Ормузском проливе, важность этой формулировки следует рассматривать в рамках именно такой реальности. Под такой формулировкой подразумевается отнюдь не наличие юридического суверенитета над всем проливом или возможность абсолютного контроля над движением судов; скорее она выражает то, что военный потенциал Ирана и его географическое положение могут оказывать определяющее влияние на издержки, безопасность и надежность морского судоходства.
С военной точки зрения это положение создает для Тегерана своего рода рычаг сдерживания. Любая держава, желающая проводить масштабные операции в регионе, неизбежно должна учитывать в своих расчетах возможные последствия для безопасности линий коммуникаций, энергетических объектов и мировых рынков. В таких условиях военное превосходство измеряется не только количеством судов, самолетов или баз, размещенных в регионе; способность создавать издержки для противоположной стороны также считается частью баланса сил.
Что еще важнее — безопасность Ормузского пролива не ограничивается событиями на поле боя. Даже рост вероятности нарушения морского судоходства может повлиять на мировые рынки еще до какого-либо масштабного коллапса. Таким образом, сдерживающая сила в этом регионе помимо оперативных аспектов также оказывает экономическое и психологическое воздействие.
Однако то, принесет ли этот потенциальный ресурс устойчивый стратегический результат, зависит от целого ряда факторов, включая возможности береговой обороны, защиту жизненно важной инфраструктуры, устойчивость сети командования и управления, безопасность линий коммуникаций и управление экономическими последствиями любой эскалации конфликта.
Американские базы; разрыв между военным присутствием и неуязвимостью
Одной из важных частей высказываний Обамы является упоминание о нанесении ударов по базам и союзникам США, а также о гибели и ранениях военнослужащих этой страны. Этот вопрос имеет особое значение с военной точки зрения, поскольку Вашингтон в Западной Азии опирается на сеть баз, объектов поддержки, командных центров и сотрудничество с региональными союзниками.
Эта сеть обеспечивает возможность развертывания сил, поддержки операций и быстрого реагирования на кризисы; однако ее масштаб отнюдь не гарантирует неуязвимость от атак. В случае расширения масштабов конфликта каждая база должна, помимо своей основной задачи, быть готовой к противодействию прямым и косвенным угрозам, защите личного состава и техники, а также сохранению непрерывности оперативной деятельности.
Успешная атака на военную базу — в зависимости от степени ущерба, типа поврежденной техники и продолжительности нарушения ее деятельности — может иметь последствия, выходящие за рамки человеческих потерь. Выход из строя части объектов поддержки, повреждение техники или необходимость переброски сил и изменения оперативного построения создают издержки, которые должны учитываться при итоговой оценке военных действий.
В этом контексте ракетный и беспилотный потенциал Ирана приобретает значение с точки зрения сдерживания. Ценность этого потенциала не ограничивается количеством имеющихся вооружений; она зависит также от способности сохранять оперативный потенциал, возможности отвечать на атаки, преодолевать различные эшелоны обороны и навязывать издержки системам ПВО противника.
Разумеется, точная оценка степени успешности атак, нанесенного базам ущерба и изменений в оперативном потенциале США требует более полной информации о пораженных целях, размере ущерба и продолжительности остановки их деятельности. Тем не менее даже одно только признание того факта, что американские базы в регионе могут подвергаться эффективным атакам, важно для пересмотра расчетов Вашингтона по безопасности.
Основной посыл для американских командиров ясен: масштабное военное присутствие в регионе само по себе не гарантирует неограниченной свободы действий.
Ракетные запасы; точка соединения поля боя с промышленным потенциалом
Упоминание Обамой сокращения ракетных запасов Америки подсвечивает еще один важный аспект этого конфликта: значение устойчивости вооружений в войнах на истощение.
В современной войне наличие передовых вооружений — лишь часть уравнения. Возможности производства боеприпасов на замену, скорость ремонта и восстановления техники, доступ к комплектующим, мощность военно-транспортных средств и возможность непрерывного обеспечения оперативных потребностей играют основополагающую роль в определении исхода конфликта.
Широкое расходование ракет-перехватчиков и других передовых боеприпасов, особенно в сочетании с необходимостью защиты нескольких баз и стратегических объектов, может оказать значительное давление на запасы вооружений. Этот вопрос приобретает еще большее значение, когда замена некоторых сложных систем требует длительного времени при ограниченных промышленных мощностях.
В таких условиях вопрос не только в том, попала ли ракета в цель или смогла ли ракета-перехватчик ее уничтожить; более важный вопрос — какие издержки создает продолжение этого обмена вооружениями для каждой стороны, и кто способен дольше сохранять свой оперативный потенциал.
Например, если одна сторона для противодействия непрерывным атакам вынуждена расходовать большое количество дорогостоящих перехватчиков, то даже в случае успешного уничтожения части целей она столкнется с проблемой сохранения запасов. В свою очередь, атакующая сторона также должна учитывать в своих расчетах издержки производства и замены боеприпасов, сохранения военной инфраструктуры и продолжения операций.
Однако делать вывод об окончательном превосходстве одной стороны лишь на основе разницы в стоимости ракеты и противоракеты неверно.
Вероятность попадания, размер ущерба, важность цели, темпы производства, объем запасов и способность к восстановлению обеих сторон должны рассматриваться одновременно.
С этой точки зрения высказывания Обамы о давлении на ракетные запасы США, если они подтвердятся независимыми данными, могут свидетельствовать о росте издержек при продолжении операций; это вопрос, имеющий стратегическое значение для военных командиров и политиков, принимающих решения в Вашингтоне.
Почему воздушная мощь сама по себе не является определяющей?
Одна из распространенных ошибок при оценке современных войн — приравнивание превосходства в некоторых областях военных технологий к способности достичь всех политических целей. США обладают большими возможностями в воздушной, разведывательной, космической и логистической сферах; однако обладание ими отнюдь не означает способности устранить весь военный потенциал противника или быстро достичь желаемого результата.
Воздушная мощь может поражать инфраструктуру, нарушать линии снабжения и навязывать противоположной стороне тяжелые издержки; но превращение этих оперативных достижений в политический результат зависит и от других факторов. В том числе от того, какая часть военного потенциала противоположной стороны сохраняется, сохраняется ли ее структура командования и управления, есть ли возможность продолжать операции и действительно ли военное давление меняет политическое поведение противника.
Напротив, страна, находящаяся в оборонительном положении, отнюдь не обязательно нуждается в полном превосходстве в воздухе, чтобы предотвратить достижение целей агрессора. Иногда сохранение части потенциала для ответа, непрерывности командования, защиты жизненно важной инфраструктуры и предотвращение краха оперативного потенциала приобретают большее значение для срыва главной цели агрессора.
Именно здесь оценка военных действий должна выходить за рамки подсчета атак. Если заявленная цель операции — уничтожение потенциала противника для ответа, то сохранение этого потенциала может свидетельствовать о неполном достижении данной цели; хотя для окончательного суждения необходимо также рассмотреть размер ущерба, нанесенного обеим сторонам.
В отношении Ирана оценка оборонного потенциала должна строиться на той же основе. Ракетный и беспилотный потенциал, возможности ПВО, защита чувствительных центров, устойчивость связи и непрерывность цепи командования — взаимосвязанные элементы единой оборонной системы. Эффективность этой системы нельзя измерять лишь одной операцией или отдельной статистикой; главный критерий — способность сохранять обороноспособность в условиях непрерывного давления.
Признания в Вашингтоне; признак разногласий по поводу стратегии войны
Высказывания Обамы следует рассматривать в контексте политических споров в США о необходимости и последствиях войны. Бывший президент этой страны охарактеризовал решение Трампа начать войну как ненужное и сослался на прежнее ядерное соглашение с Ираном; соглашение, которое, с его точки зрения, могло без вступления в масштабный военный конфликт наложить ограничения на ядерную программу Ирана.
Эта критика в первую очередь является политической позицией; однако ее важность в том, что она возвращает к фундаментальным вопросам о целях войны и ее издержках.
Наряду с Обамой высказывания других критиков в США также показывают, что полного консенсуса относительно стратегических последствий противостояния с Ираном не существует. Возражения или выражение сомнений некоторых политических и экономических фигур сами по себе не доказывают военного поражения Вашингтона; тем не менее они могут выражать обеспокоенность издержками войны, риском расширения конфликта и сложностью достижения устойчивого политического результата.
Нефть и энергетика; фронт, формирующийся вне поля боя
Влияние войны на энергетический рынок — один из важнейших стратегических аспектов событий в Персидском заливе. Высказывания Обамы о росте цен на нефть, дизельное топливо и другие товары привлекают внимание к прямой связи региональной безопасности с мировой экономикой.
На энергетическом рынке определяющим является не только реальное сокращение предложения; рост вероятности нарушения маршрутов транспортировки, повышение стоимости страхования судов, изменение маршрутов перевозок и обеспокоенность относительно продолжения экспорта также могут влиять на цены.
По этой причине любой масштабный конфликт в районе Персидского залива и Ормузского пролива, помимо военных последствий, будет сопровождаться целой цепочкой экономических потрясений. Они могут привести к усилению давления на потребителей, отрасли и правительства и в конечном итоге повлиять на политическую атмосферу в вовлеченных странах.
Для Вашингтона проблема становится сложнее, когда военные издержки сопровождаются ростом цен на энергоносители и экономическим недовольством внутри США. В такой ситуации лица, принимающие решения, должны балансировать между продолжением операций, ростом издержек войны и ее внутренними последствиями.
Ошибка в расчетах; представление об окончании войны до достижения целей
Один из ключевых вопросов в анализе войны — различие между объявлением победы и реальным достижением целей. Во многих конфликтах государства для управления общественным мнением или усиления психологического давления на противника подсвечивают свои успехи; однако окончательная оценка зависит от полевых свидетельств и реальных последствий войны.
Если цель операции — уничтожение ракетного потенциала врага, необходимо рассмотреть размер нанесенного этому потенциалу ущерба и возможность его восстановления. Если цель — изменение политического поведения противника, необходимо определить, произошло ли это изменение или нет. Также если цель — создание устойчивой безопасности для сил и региональных союзников, состояние безопасности после операции необходимо сравнить с условиями до войны.
Соответственно, высказывания Обамы о продолжении атак на базы, потерях американских военнослужащих и давлении на ракетные запасы ставят под вопрос достижение заявленных целей Вашингтоном; хотя окончательный ответ на эти вопросы требует независимого и всестороннего анализа военной информации.
Иран и необходимость превращения оборонного потенциала в устойчивое сдерживание
Стратегическое положение Ирана в Персидском заливе, ракетный и беспилотный потенциал и возможность влиять на военные расчеты США — важные составляющие уравнения региональной безопасности. Однако конечная ценность этих составляющих зависит от способа их объединения в целостную оборонную систему.
В такой системе недостаточно просто обладать передовыми вооружениями. Сохранение сети командования и управления в условиях атаки, рассредоточение, непрерывность поддержки, способность ремонта и замены техники и готовность к противодействию комбинированным угрозам играют основополагающую роль.
Кроме того, опыт каждого конфликта должен приводить к выявлению слабых мест и исправлению оборонной структуры. Анализ работы ПВО, степени успешности ответных ударов, уязвимости инфраструктуры и эффективности систем предупреждения и связи обеспечивает возможность повышения готовности к будущим угрозам.
В этом контексте важна также связь между военной мощью и дипломатией. Эффективное сдерживание приобретает большую ценность тогда, когда оно способно предотвратить навязывание войны или, в случае возникновения конфликта, создать необходимые условия для его прекращения на основе национальных интересов и безопасности.
Поэтому конечная цель оборонной мощи не должна состоять лишь в увеличении издержек для противника; она должна приводить к созданию ситуации, в которой лица, принимающие решения на противоположной стороне, будут оценивать начало повторной агрессии как дорогостоящий и малоэффективный вариант.
Баланс, который не определяется заявлениями
Высказывания Барака Обамы о последствиях войны против Ирана с военной и стратегической точек зрения содержат важный посыл: обладание широкой огневой мощью и сетью военных баз отнюдь не означает способности навязать противнику политическую волю.
Если атаки на американские базы, человеческие потери, давление на запасы вооружений и рост экономических издержек войны подтвердятся независимыми данными, эти события могут стать признаками затруднения Вашингтона в достижении заявленных целей и роста издержек продолжения операций.
Напротив, географическое положение Ирана, ракетные и беспилотные возможности и способность влиять на безопасность Персидского залива и Ормузского пролива -это составляющие, которые должны учитываться в любой реалистичной оценке регионального баланса сил.
Тем не менее выводы об окончательном результате войны должны основываться на достоверной информации, сравнении целей с достижениями и анализе издержек обеих сторон; а не лишь на заявлениях о победе или политических высказываниях официальных лиц.
С оборонной точки зрения важно то, что военная мощь превращается в стратегическое достижение тогда, когда она способна воспрепятствовать достижению целей противника, сохранить потенциал для ответа и снизить вероятность повторной агрессии.
Ормузский пролив, военные базы, ракетные запасы и энергетический рынок — каждый из них является частью этого уравнения. Слова Обамы в очередной раз показывают, что оценку силы Ирана нельзя сводить к простому сравнению военной техники; точно так же и мощь США не измеряется лишь количеством ее баз и вооружений. В конечном счете баланс определяет соотношение между реальными возможностями, операционной устойчивостью, издержками войны и степенью достижения политических целей; критерий, который в любом конфликте ставит заявления обеих сторон лицом к лицу с реальностью на поле боя.
